Ирина Субач – История одной убийцы (СИ) (страница 24)

Со стороны казалось, будто ничего не произошло, если бы не хруст чужих костей, который до сих пор звучал в ушах, когда “мой спаситель" вызволял меня. Я изумленно смотрела на черноволосого красавчика и пыталась осмыслить увиденное. Кто он такой? Или что он такое?

Он не пахнет грехами и силен, почти так же, как и я, если не больше.

Вокруг нас теперь собрался почти весь зал, где-то в толпе я различила голос констебля Буллета, который пытался пробраться к месту происшествия и навести порядок. Прикидывая перспективы, поняла, что если сейчас не сбегу, рискую оказаться в участке, из которого меня навряд ли выпустят до рассвета. Мне нужно было уносить ноги и побыстрее. Вот только некуда: зеваки сомкнулись вокруг плотным кольцом, отрезая все пути отступления.

Откуда-то вышел офицер, который танцевал с Бри. Он стремительно приблизился к капитану и неожиданно притянул амбала за грудки. Тот даже не сопротивлялся, продолжал нянчить покалеченную руку.

— Ты посмел украсть капитанский значок? — взревел офицер, заодно срывая с кителя моряка этот самый кругляшок. — Вы уволены с флота, боцман Фьерд!

— Оу! — невольно вырвалось у меня. Боцман, не капитан! Морской волк оказался жутким вруном!

Интересно, на что он рассчитывал, когда зазывал меня осмотреть шхуну? На то, что оттуда не сбегу? В другое время я бы посмеялась от его наивности, но сейчас было не смешно.

Впервые рядах зевак я приметила матушку с сестрами. Они с любопытством разглядывали меня и стоящего за спиной красавца-кавалера, в глазах сестер плескалась восхищение поступком спасителя. Особенно у Эмили, в ее возрасте подобное заступничество автоматически приравнивается к рыцарству, а значит, мачо был тут же возведен в ранг героя.

На авансцену выбрался Буллет, я же едва не взвыла. Все в сборе, а мне никуда деться. Оставалось только верить в чудо.

— Вы, вы, вы и вы, леди, — констебль деловито обвел взглядом всех участников заварухи, — Прошу всех пройти в другую комнату для беседы.

— Но… — я хотела бы возразить, хотя бы попытаться, но “мачо-спаситель” решил схватить меня за руку, одергивая, чтобы не возмущалась.

Я гневно зыркнула на него из-под маски. Вот зачем он полез и кто, вообще, такой?

В голову закрадывались нехорошие подозрения. Будоражащие, поражающие своей неожиданностью, но я не могла делать никаких выводов, не получив доказательств.

На помощь Буллету подоспело два полицейских в форме. Втроем они весьма тактично потеснили нас в сторону темного коридора. Пришлось плестись в указанном направлении, тайком поглядывая на морского офицера, сопровождающего скулящего боцмана. Но гораздо пристальней я рассматривала “красавчика”. Уж слишком уверенно он шел вперед, словно не под конвоем вовсе. У меня же поджилки тряслись, от того, что могут арестовать, проводить в участок, или того хуже, спасаясь мне придется драться со стражами правопорядка. Но это был самый крайний вариант, если выбора совсем не останется.

Буллет провел нас в комнату, вежливо пропустил меня, как даму вперед, и лишь прикрыв за всеми двери решил устроить очную ставку.

Я села на свободный стул, когда констебль расположился за длинным столом.

— Весьма печально, что даже такое культурное мероприятие, как бал-маскарад, не смогло пройти тихо и спокойно, — медленно произнес он, оглядывая собравшихся. — Давайте же разбираться, что и как произошло.

После его слов во мне вспыхнула надежда, быть может все обойдется беседой. Ведь до драки же не дошло. Быть может пожурят и отпустят, но мои грезы тут же рассеялись под пристальным взглядом служаки.

— Могу я увидеть ваши приглашения? — попросил он у задержанных, и если мой незнакомец и морской офицер сразу протянули заветные картонки, то у меня с этим возникли трудности. Так же как и у пройдохи боцмана. Видимо, не я одна проникла на бал обманным способом.

— Не советую врать, — сразу же предупредил его Буллет. — Если пригласительного нет, то лучше признайтесь, как проникли на бал, сразу.

На меня Сэм пока не смотрел, уделяя все внимание лже-капитану. Уж кто-кто, а незадачливый вояка выглядел куда более по-бандитски чем, хрупкая девушка.

— Через забор перемахнул, — признался боцман, видя, что отпиратся смысла нет.

— Перемахнули или сломали? — хитро сощурившись, уточнил констебль.

Я чуть было не ойкнула вслух, едва не выдав себя со всеми потрохами. Кажется, мою высокохудожественную дырку в ограждении все же о обнаружили и показали полицейским, те же в свою очередь спешили найти виновного.

— Перелез, — продолжал настаивать на своем боцман. Как ни удивительно, но не врал. Запаха печеных яблок на этот раз я не слышала, а вот злоба на меня внутри его чуткой души закипала. То и дело он недобро косится в мою сторону, явно обвиняя во всех смертных грехах.

— Вы лучше у этой шлюшки спросите, где ее приглашение, — мстительно кинул он в мою сторону. — А то, на меня всех собак бросили, а про нее забыли.

— Попридержите язык, — осадил его Буллет, но все же руку в ожидании моего конверта протянул.

Мне оставалось только вжать голову в плечи и затравленно пискнуть:

— Потеряла.

— Говорю же, она — шлюшка, небось богатого клиента на ночь зацепить хотела! — победно гыгыкнул моряк. — Я же к ней не просто так подошел, видел откуда пришла. Сразу приметил, что со стороны черного входа в залу вынырнула, и я сам через него проник.

— Ложь! — вскакивая со стула, возмутилась я, хоть и понимала, что парировать не чем.

Но помощь опять пришла откуда не ждали.

— Подтверждаю слова леди, — раздался холодный голос, в котором я узнала “красавчика”.

Обернувшись, увидела, что он успел снять с себя маску и, теперь скрестив на груди руки, стоял у противоположной стены и победно взирал на констебля и боцмана. Настоящий морской офицер молчал и вмешиваться явно не собирался. Его куда больше волновал капитанский значок, который он забрал у подчиненного и теперь закреплял на собственном кителе.

— Вы знаете эту даму? — поинтересовался Буллет у “красавца”, внимательно изучая его пригласительный. — Граф Малкольн.

Мне показалось, что я ослышалась. Сэм назвал мачо графом, и мне от этого стало ещё больше не по себе. Догадка о незнакомце стала походить на правду, но я до сих пор продолжала не верить в совпадения. Мало ли графов на свете.

— Знать не обязательно, — парировал красавчик. — На леди платье, чья стоимость равняется цене двух загородных домов. И вы могли бы это заметить, констебль!

Я с сомнением глянула на графа, потом на свой наряд, и прикусила язык. Платье выглядело богато, но не настолько же.

— Одни аметисты на вышивке, — продолжал Малкольм. — Камни редкой чистоты и огранки. Как вы думаете, может ли быть подобный наряд у шлюхи?

Его вопрос прозвучал, как вызов, это Сэму абсолютно не понравилось.

— Знаете ли, граф! Я понятия не имею о стоимости платья этой леди. На нем не написано, да и вы не производите впечатление зоркого ювелира, способного оценить стоимость камней с расстояния в несколько метров. Из чего я делаю вывод, платье могло быть качественно и недорого пошито у любой городской швеи, а камни всего лишь искусная подделка.

Эти двое так разговаривали, будто меня в комнате не было. Да я и не торопилась встревать в этот разговор, сказать мне было нечего, даже боцман притих.

Граф отлип от стены, подошел к столу, за которым сидел Буллет, достал из внутреннего кармана нечто и сунул ему под нос. Несколько мгновений Сэм разглядывал нечто, похожее на сложенную фотокарточку, пока не перевел взгляд на меня.

— Снимите маску, — потребовал он.

Пусть и со вздохом, но пришлось подчиниться.

Сэм только хмыкнул, явно сравнивая что-то.

— Так бы сразу и сказали, — недоуменно протянул он, отдавая карточку графу. — Зачем было устраивать этот цирк?

— Каждый развлекается по-своему, — загадочно ответил Малькольм. — Теперь, когда все вопросы прояснились, мы можем идти?

— Не смею задерживать, — полицейский развел руками.

Мне оставалось только глупо хлопать глазами, ибо я ничего не понимала. Вот ни капельки. Что за фотографию показал граф? И о каких “мы” он говорил? Но на фотографии точно не могла быть я, это ведь невозможно…

— Пошли, дорогая, — навис надо мной Малькольм, протягивая руку.

Я не шелохнулась, потому как идти куда-либо с этим типом казалось опасным. Граф явно играл в игру, правил которой я не знала.

Видя мое нежелание, Малкольм чуть наклонился, делая вид, что поправляет выбившуюся прядь моей прически и едва слышно прошептал:

— Если не хочешь встретить рассвет в участке, пойдем со мной, пока это возможно.

Сложно описать мои эмоции в этот момент: смятение, непонимание и злость на странного графа. А еще желание его поцеловать так, чтобы лет на тридцать меньше прожил.

Стиснув зубы, я подала мужчине руку.

Уже у дверей меня окликнул констебль:

— Графиня, в следующий раз не теряйте приглашения. Вашего мужа может не оказаться рядом, чтобы все объяснить.

Наверное, это было последней каплей в чашу моего терпения за этот вечер. Я уже открыла рот, чтобы уточнить, с каких пор стала графиней и откуда у меня появился муж, но заметивший мою реакцию Малкольм резво вытащил меня в коридор и захлопнул дверь перед носом.

Два полицейских, которые оставались в коридоре, недоуменно посмотрели на нас.

— Констебль отпустил, — небрежно бросил им граф, тут же утаскивая меня вперед по коридору.