Ирина Субач – Аромат грехов твоих (страница 64)

Всю эту одежду видели и описывали свидетели на разных женщинах, но и этому объяснение Лорн нашел быстро. Грим и парики.

Смущало лишь одно: обыскав всю комнату, он так и не нашел кистей и специальных красок. Также отсутствовали накладки, добавляющие объемы и изменяющие силуэт фигуры. И ни единого намека на препараты, которые помогли расправляться с жертвами. Химики предполагали, что все дело в хитром яде, иначе как еще объяснить такие странные высушенные мумии вместо трупа.

– Роуз, во что ты вляпалась? – прошептал детектив сам себе, продолжая осматривать вещи.

Но, несмотря на некие сомнения, Лорн решил вернуться в участок и взять ордер, а после пригласить понятых и провести полноценный обыск во всем доме. Возможно, будет обнаружено еще что-нибудь, проливающее свет на тайну преступлений, например, недостающий грим, а потом он будет делать окончательные выводы. Хотя выводы уже сейчас были крайне неутешительными…

Окружная тюрьма, в которую меня везли, находилась в достаточном отдалении от дома Малкольма. Где-то между столицей и моим городком. Все то время, что пришлось провести в дороге, я пыталась собраться с мыслями и выстроить хоть какой-то план собственной защиты. Не покидала уверенность в ошибке Лорна, но, зная его отношение к работе и въедливость к мелочам, я вполне допускала, что он мог что-то пронюхать. Вот только каким образом он свяжет воедино все преступления, мне было непонятно?! Оставалось ждать и надеяться.

Когда мы прибыли к огромному трехэтажному зданию, больше напоминающему крепость, моей уверенности поубавилась. Строения, подобные этому, внушали ужас одним своим видом, не говоря уже о назначении, которое выполняли.

Комфортными условиями здесь и не пахло, а вот грехами… так и разило. В этом месте явно содержали опасных преступников. Наводили на эту мысль массивные стены, вырубленные из каменных валунов. Не уступали своей серьезностью и решетки из толстых металлических прутьев на окнах.

Лорн вышел из экипажа и обратился к одному из сопровождающих нас полицейских:

– Ведите ее в камеру.

– Постойте, – не сдержавшись, прокричала я, возмущаясь такому решению. – А как же допрос? Вы совершаете ошибку!

– Допрос мы проведем завтра, – сухо ответил детектив. – А пока у вас будет время подумать.

– Подумать о чем? – не понимала я.

– О том, стоит ли упростить ход следствия и надеяться на смягчение обвинения или дальше строить из себя невинную овечку!

Он был серьезен и на все сто процентов уверен в доказательстве моей вины. Мне же терять было нечего, я пустила в ход свое последнее оружие.

– Лорн, – услышав свое имя, он обернулся. – Скажите честно, вы мстите за отказ быть с вами? Не кажется ли вам, что это не по-мужски, или вы не чураетесь любых способов добиться желаемого?

– Вы заигрались, баронесса, – Лорн подошел ко мне и посмотрел прямо в глаза. – Пора сбросить маски и показать свое настоящее лицо. Кстати, а какой цвет ваших волос настоящий? Тот, что был, или этот, который сейчас?

– Не ваше собачье дело! – огрызнулась я.

– В камеру ее! – в тон мне рявкнул он и жестом указал полицейскому увести подозреваемую.

Надсмотрщик то и дело толкал меня в спину, поторапливая. Вот только мне вовсе не хотелось спешить. Я пыталась запомнить все коридоры, повороты и расположения окон, коих здесь было немного. И с каждым шагом все больше убеждалась, что выхода нет.

Втолкнув меня в камеру, полицейский закрыл решетку и удалился по коридору. Я слышала разносящийся гул его шагов, и каждый удар моего сердца вторил им.

– Ненавижу тебя, Лорн, ненавижу… – обреченно простонала я.

По щекам текли слезы. Мне никогда не доводилось испытывать большего унижения, чем сейчас. Повсюду разносился писк, сновали крысы, и кто-то постоянно кашлял и сплевывал в соседних камерах.

Я опустилась на старую потрепанную подстилку и закрыла лицо руками. Правильнее было бы сейчас заснуть, но как это сделать, когда от всего здесь веяло враждебностью, болью, пороками?! Голова кружилась от обилия запахов, зловония и человеческих грехов. Причем последние сводили с ума куда больше, чем сырость и повсюду разбросанная гниющая солома.

На миг я представила, что сейчас испытывают мои родные. Наверняка матушка и Бриттани бессмысленно бьются в истерике, рыдая и умоляя графа помочь. На их месте я бы тоже первым делом обратилась к нему. Он единственный, кто мог бы хоть что-то сделать. А матушкины столичные связи… Сейчас на всех ее знакомствах поставлен крест позора. Даже если мне удастся доказать невиновность, честь семейной фамилии своим арестом я подпортила бесповоротно. Обедневший род Клейтон скатился ниже некуда – до убийств!

Ночью мне так и не удалось уснуть. Тонкий луч лунного света проникал сквозь небольшое окошко в стене, слегка освещая камеру. Я попыталась закрыть глаза и просто отдохнуть от всех навалившихся переживаний, но в этот момент в коридоре раздались шаги.

Понимая, что в таком состоянии я в любой миг могу потерять над собой контроль и нехотя начать меняться, я встала и отвернулась от решетки. Пусть мой посетитель думает, что я наблюдаю за луной. Не хватало еще, чтобы он заметил мои изменения.

– Не спится? – голос Лорна я узнала сразу.

– Вашими стараниями, – мне удалось совладать с собой и ответить ему достаточно спокойно. Пусть не думает, что я сломлена. – Что привело вас ко мне? Неужели перед сном захотелось насладиться видом женщины в камере?

– Решил не ждать утра и навестить вас сейчас. Вы ведь готовы говорить правду?

– Лорн, прекратите этот цирк, – возмущенно произнесла я. – О какой правде идет речь? Что вы от меня хотите? Какие убийства пытаетесь мне приписать?

– В вашем доме был произведен обыск, – начал он. – В результате чего из вашей комнаты были изъяты вещи, в которых были совершены убийства.

– Боже, что за бред!

– Совсем недавно на месте преступления нами был обнаружен плащ, который куплен в комиссионном магазине «Рэдлин и Скотт». Да будет вам известно, что каждый их товар снабжается определенной нашивкой с наименованием. Так вот, ваша сумка, которую совсем недавно вы переслали почтой, имеет данный ярлык.

– Вы считаете, что я единственная, кто покупает у них вещи? Не понимаю, о каком плаще идет речь!

– Утром я все вам покажу, – заверил Лорн. – Также были обнаружены платья и корсет, по описанию походящие на те, что были на убийце. К тому же большинство вещей разных размеров. Зачем вам они? Знаете, это можно было бы считать совпадением, если бы вся эта одежда не была найдена в одном месте. И есть еще одно НО! Ваши ночные прогулки!

– Вас это не касается.

– Выходит, что касается. Пару раз мы сталкивались с вами утром, и надо же такому случиться, этим же днем полицейские находили трупы.

– Совпадение!

– Я заметил, как вы переживали за ту девушку, что чуть было не казнили. Интересовались новостями, связанными с этим делом. Конечно, ей каким-то образом удалось сбежать, но, предполагаю, ей помог ваш дружок – Эдриан Малкольм, и я это докажу.

– Вы еще и графа сюда приплели, потрясающе.

– Не понимаю только, как вы провернули то дело с его женой Ванессой. Это ведь вы были рядом с ним тем вечером на балу, или будете отрицать, что у вас есть подобное платье?

Через решетку бросили один из аметистов с дорогущей вышивки, он прокатился и отскочил от стены с окном прямо мне под ноги. Как я вообще могла забыть о камнях?

– Баронесса, я знаю, в каком финансовом положении находится ваша семья, вам не по карману позволить себе приобрести такое. Поэтому можете молчать сколько угодно, но все доказательства будут переданы в суд, и, уверяю вас, наказание не заставит себя долго ждать. Подобного количества совпадений не бывает.

– Убирайтесь! – не выдержала я.

На мгновение он замолчал. Наверное, Лорну было неприятно, что все время нашего общения я стою к нему спиной и ни разу не повернулась. Обижало ли его это? Скорее – да.

– Так и будете стоять, отвернувшись? Не хотите посмотреть мне в глаза?

– И что вы хотите в них увидеть?

– Раскаяние в поступках, которые вы совершили.

Я не смогла сдержать усмешку.

– Знаете, Лорн, сейчас вы являетесь последним человеком, кого бы я хотела видеть. Ради своей репутации крутого столичного полицейского вы готовы растоптать кого угодно. Но даже не надейтесь, я выберусь отсюда, обещаю.

– Думаете, ваш граф поможет? Эти стены слишком плотные для фокуса со взрывом, да и двери здесь весьма прочные. Спасти вас может разве что умение проходить через эти преграды.

– Доброй ночи, детектив. Надеюсь, я не стану героиней ваших кошмаров.

– Вы уже ею стали, – с горечью в голосе произнес он. – И, к сожалению, весь этот кошмар происходит наяву.

Утром, как и говорил Лорн, меня отвели на допрос. В комнате, где все происходило, был лишь детектив. Надсмотрщик сопроводил меня до стула, силой усадил и вышел, оставляя нас наедине. Сказать по правде, именно этого я и боялась.

– Удалось поспать? – спросил детектив, не поднимая на меня глаз и продолжая что-то читать.

– Лорн, не пытайтесь быть любезным, сейчас это неуместно.

– Как скажете, – согласился он, откладывая страницы. – Тогда перейдем к делу. Итак, баронесса Клайвшот. Вчера я обещал вам, что покажу все те вещи, что были изъяты в вашем доме.

Он достал из-под стола мою сумку и начал медленно выкладывать ее содержимое.