Ирина Субач – Академия Пяти Домов (страница 45)
Его не было долго, уже прозвенел звонок на пары, а я все маялась в коридоре. Прошел целый час, а может, и дольше…
Когда старик все же явился, то был в нормальной одежде, умытый и, похоже, даже успевший что-то перекусить, потому что вид имел куда более довольный.
– Держи, – он протянул мне сверток наподобие старого. – И больше не проси. Это из партии для знатных особ.
– А-а-а, – догадливо протянула, вспоминая, как сильно моя форма отличалась от формы Виктории. – Понятно. Спасибо.
Я уже развернулась и была готова мчать переодеваться, когда голос коменданта меня все же догнал в спину:
– Кстати, как тебе живется в подвале?
Я рассеянно обернулась.
– Хорошо, – отозвалась я.
– А соседка? Не докучает?
– Нет, – все так же рассеянно ответила я.
– Это хорошо, – будто расслабился комендант. – А то она так требовала поселить ее в подвал в начале года, что я даже переживать стал. Не сожрет ли тебя, часом, ночью. Кровопийцы – они такие. А я-то что могу, ничего не могу. Дом-то знатный.
Тут я остановилась, замирая на полушаге.
– В каком смысле она требовала поселить ее в подвал? Это же ее комната?
Комендант нервно хохотнул:
– Ее? Рурк упаси. Ее апартаменты занимают половину второго этажа и до сих пор пустуют. Где это видано, чтобы дом Гемахолд по подвалам ютился? Чистая блажь, да и только.
Во рту пересохло.
Стало нехорошо.
– То бишь она не жила в подвале раньше? – зачем-то еще раз переспросила я.
– Нет, конечно, – совершенно спокойно ответил старик. – Там вообще никто до тебя не жил. И ты бы не жила, но мест других не было. Вот по распоряжению Мефисты тебе и отвели то, что оставалось свободным.
Казалось, пол ушел из-под ног.
Я будто проваливалась сквозь землю, теряя равновесие.
Потому что Мефиста и в самом деле не врала мне, когда поселила в подвал.
А вот Виктория…
Я вспомнила, как и когда она появилась в моей комнате.
Утром, после убийства ректора. Уверенная в себе, она тычком распахнула двери, и у меня даже мыслей не было спросить у кого-то, почему столь знатная особа оказалась со мной рядом в подвале.
Виктория была слишком убедительна в своих аргументах.
Так убедительна, что у меня не родилось сомнений.
Она в два счета раскусила меня и Миртл, даже умудрялась манипулировать – где-то шантажом, где-то добрым словом, где-то даже заботой, что я невольно ей верила.
Ее странное поведение иногда настораживало меня, но после я оправдывала его тяжелым беременным положением и даже жалела.
И вот теперь непонятно было, стоило ли это делать.
– Спокойно, – уговаривала я саму себя, все в порядке. – Виктория просто переехала в подвал, чтобы скрыть ото всех свою беременность, не нужно выдумывать то, чего нет.
Вот только что-то все же было.
Нечто неуловимое в ее поведении, и обрывок фразы на тот случай, если вдруг со мной что-то случится, когда-то вскользь сказанный Викторией, всплыл в памяти: «Миртл, пойдешь жить ко мне?!»
Я вдруг представила, что бы случилось, погибни я тогда в том озере.
Миртл стала бы свидетелем моей смерти, и куда бы фее пришлось деваться?
Только искать нового покровителя, а тут она – Виктория Гемахолд, щедрая и добрая.
С этими мыслями я ворвалась в подвальную комнату, молясь обоим руркам, чтобы я оказалась неправа.
– Миртл! – позвала я. – Миртл!
Но ни феи, ни Виктории.
Никого!
– Рурки, пусть она еще будет с Рэкшором в лазарете! – Во мне очнулась вялая надежда, что Миртл просто еще продолжает дрыхнуть там, но и это чувство тут же испарилось, стоило только опустить взгляд на пол.
Дрожащими пальцами я подняла с пыльного ковра маховое фейское крыло.
Полупрозрачное и безжизненное.
Миртл похитили.
Рыдать и убиваться не было времени, я сжала в руках крылышко и бросилась в единственное место, где мне могли помочь.
К Рэкшору, в лазарет! Два часа почти прошли, надежда была только на чудо, что он все еще там.
Но мысли мои мчались быстрее меня.
Нас запутала мнимая беспомощность Виктории: несчастная беременная от каторжника, она строила из себя жертву, и я верила. И не только я.
Даже Рэкшор верил, клятый амулет на шее вампирши не давал ему прочесть ее мысли.
А дальше мы лишь путали причину со следствием. Виктории нужна была моя смерть, чтобы Миртл ушла к ней добровольно. Она ведь втиралась к фее в доверие с первого дня.
Я должна была погибнуть в озере, куда меня заманивали лжееноты, но не случилось. В панике Миртл полетела за помощью, но не к Виктории, как та рассчитывала, а случайно наткнулась на Рэкшора. А когда тот меня спас и Миртл не явилась в рассчитанное время, вампирша вышла в сад сама. Якобы переживая, и выследила нас до домика профессора.
Виктория играла так убедительно, что не верить ей было сложно – она ведь даже хотела помочь в поисках убийцы ректора. Какая же я глупая…
Виктория все время кичилась тем, что Артемиус был дружен с ее семьей и даже служил им. Что, видимо, не было такой тайной, если она рассказывала это столь открыто. А как она его притворно жалела…
Я добежала до дверей лазарета, охрана отсюда уже была снята, и я толкнула двери. Ворвалась внутрь, и паника вновь охватила все тело.
Рэкшора уже не было.
Он был явно на пути к дворцу. В ловушку, потому что только сейчас, когда я сжимала в руках крылышко Миртл, поняла, зачем кому-то нужны крылья.
– Рье Вокс, – раздался голос позади, – может, подскажете, по какой причине вы мало того, что не на занятиях, так еще и соврали коменданту, что я в курсе про форму?
Я обернулась и увидела Мефисту. Никогда бы не подумала, что буду так рада видеть ее.
– Это неважно, – бросилась к ней. – Миртл похитили, и я знаю кто. И даже знаю зачем. Оборотней не поймали, это была ловушка! Вы должны помочь. Это все Виктория! Гемахолд!
Карета остановилась у ступеней дворца, я выпрыгнул из нее и поспешил в замок.
Допрос уже наверняка шел, и хоть я безнадежно опоздал, мне хотелось узнать причины.
– Кристофф! – раздался за спиной голос матери, и я невольно закатил глаза к потолку.
Только ее сейчас не хватало.
Обернулся.