Ирина Снегирева – Цветок Белогори (страница 78)
-
Постараюсь! Скоро, так вообще весна настанет, ручьи потекут, нарочито бодро произнесла я, садясь за стол рядом с
сестрой.
Треск поленьев в камине отвлёк нас, добавляя мир и тепло в нашу компанию. И мы замолчали, потому что и без слов нам было так
тихо и уютно. Я смотрела, как Власт поправляет огонь, ставит на место кочергу и снова садится в кресло. Переплетённые пальцы мужчины
лениво меняли своё положение, а у меня закралась мысль — этот жест говорил о том, что он явно что-то задумал. прояснилось все сразу, тайны из своих умозаключений брат делать не стал:
-
Оль, расскажи нам, что между вами произошло на самом деле. Все эти разговоры, недомолвки. Отец молчит, леди
Ярослава тоже.
Голос князя звучал мягко, и вместе с тем я чувствовала, что он волнуется. Узкая ладошка сестры легла на моё плечо и ободряюще
сжалась:
-
Не хочешь, не надо, - тут же тихо произнесла Ксения, встав на мою сторону, - просто мы за вас обоих волнуемся, понимаешь?
А я прикоснулась к сё руке своими пальчиками и посмотрела на сестру, а затем на брата: Что рассказывать? О том, что Змей звал меня замуж, а у самого баб целый полк? Вы подробностей хотите?
Оль, ты же взрослая и понимаешь, он давно не мальчик, тут же с лёгким укором произнёс брат. А Ксюша с каким-то возмущением
посмотрела на него. Хотелось посмотреть, чтобы стало с Властиком, застань его Ксюша за разглядыванием других женщин с особым
интересом. Ну да ладно, сами разберутся, у меня же другая правда. Да и брат в чужую сторону просто не смотрит, он очень любит свою жену.
Власт видел мои скривившиеся губы, но промолчал. Он хоть мужчина, но все понимает. Наверное.
-
Я это осознаю. Возможно, он врал мне, стараясь защитить. Но Рональд не в курсе, насколько близко я всс увидела. А
ждать, когда его отношения с кем-то третьим закончатся, я не хочу. И поверь, что я точно знаю, о чём говорю.
-
Может вам всё-таки стоит поговорить? Прошло достаточно времени... Вы оба успокоились. Могу помочь, - предложил
Власт нахмурившись. Наверное, тот момент, что друг может в чем-то мне солгать, его не устраивал. Или братишка на его стороне и теперь
задумался, как всс исправить, чтобы и мыши были целы, и кошки (или змеи) сыты?
-
Не смей, - серьёзно предупредила я, с полуулыбкой на губах, надеясь, что Властик все поймёт правильно,- иначе больше
не приеду сюда!
Мы посидели ещё какое-то время, и я ушла, оставив супругов одних. Прикрывая за собой дверь, мне показалось, что я расслышала
взволнованный шёпот Ксюши, адресованный брату:
-
Даже не думай устраивать их встречу! А то она действительно к нам не приедет! С Оли станется.
Не переживай, родная, мурлыкнул один из Видаров, Рон мне, конечно, лучший друг, но сестрёнку свою я люблю больше. Мне
кажется, им просто ещё не пришло время встречаться... Подумать только, она ещё выступает!
- Знаешь, - задумчиво произнесла Ксюша, - он тоже хорош! А помнишь, месяц назад, когда мы к нему ездили в гости, прислуживали
девицы? Я тогда тебе сразу сказала, что это его наложницы. Мне кажется, их до сих пор слишком много в жизни Змея, а это неправильно. Оля
же не наивный ребёнок, она о них знает! Прибила бы за всех этих тёток! А заодно тех, кто на них залазит!
Что? Власт постарался произнести как можно грознее, о чём ты, женщина? Кажется, пора заняться твоим воспитанием!
Я поспешила уйти, понимая, что краснею от невольно подслушанного воркования супругов. Ишь ты , воспитатель!
Верба Зимняя
Хмурое утро напоминало тысячу других, таких же холодных, с пронизывающим ветром. Но в маленьком доме ангоры было сухо и
тепло.
Верба проснулась, прислушиваясь к шуму просыпающегося городка и бушующего ветра, стучавшего в се окна снежинками.
Прикрыла глаза, давая себе возможность ещё подремать в неге.
Портовый городок, где она поселилась, не отличался ничем особым от себе подобных. Та же суета на улицах, то же столпотворение
в порту. Все, как всегда. Сам город находился на небольшом холме, а мощёные булыжником улочки стекались, как и полагается, к морю, минуя городскую управу. Порт был сердцем этого городка, гак что ничего удивительного в этом не было. Даже местный рынок и гот
располагался рядом с морем и просыпался самым первым.
Голая обледеневшая ветка сирени стукнула в окно, и Верба решительно откинула одеяло, уговорив, наконец-то, себя встать. Каждое
сё утро неизменно было связано с одним и тем же ритуалом. После водных процедур Леди садилась у большого окна и пила ароматный кофе
со сливками, любуясь видом и ожидая прихода молочника, у которого женщина покупала свежайший замечательный творог и утреннее
молоко. Мужчина непременно кланялся и благодарил добрую госпожу за доверие к его товару, а когда ещё не выпал снег, смущаясь, протягивал цветок.
Позавтракав, Леди направилась на прогулку. Она делала это не торопясь, словно размышляя о чем-то важном, что ни в коем случае
не требовало спешки. Иногда
Верба покупала рыбу, которую затем сама лично готовила на обед. Но чаще всего женщина просто гуляла, рассматривала
прибывшие в порт корабли, а то и просто народ, приплывший издалека.
Пару раз она натыкалась на незнакомых ей морян, и после этого Верба изменяла своему маршруту какое-то время. А потом все
снова шло своим чередом.
И можно было бы порадоваться такому размеренному укладу жизни, да сердце никак не могло успокоиться. Она отчаянно скучала но
родным, даже хотела съездить к ним, чтобы хоть издалека посмотреть на родителей, на брата с сестрой. Но Леди прекрасно отдавала себе
отчёт в том, что ей не хватит на это путешествие средств. А продавать дом и плыть в один конец... Кто знает, будут ли рады ей родные. Здесь
же у неё был уже устоявшийся мирок. Даже появились воздыхатели, а точнее, целых два с половиной. Двое — это молочник и один важный
господин, владелец одной модной лавки. Кажется, вдовец. А половина... Это старик-сосед, изредка оказывающий Вербе знаки внимания. И
иногда грустно вздыхавший вслух (думая, что женщина не слышит): «Эх! Был бы я помоложе! »
А ещё был Гарольд, не желающий её отпускать во снах. Поначалу ангора думала, что все пройдёт и сердце успокоится. Забудутся
обиды, пережитые ею у Змея в замке, рубцами лягут на нежные чувства и тс пропадут, зажив со временем. Одни только воспоминания о em отношениях с женщинами, об их количестве и его потребительском отношении к ним, то и дело лезли ей в голову, возобновляя и причиняя