Ирина Шлионская – До мурашек. ASMR и другие технологии чувственного воздействия (страница 58)
В ASMR-ролевых играх зритель находится перед экраном, но психика его вовлечена в процессы ассоциации и диссоциации. Оба эти процесса целительны, в зависимости от того, что именно требуется психике в данный момент. Часть ее обычно нуждается в ассоциации – это, например, принятие травмы, прощение обидчика и т. д. Часть – в диссоциации: это процесс сепарации, предположим, отделение от родителей или от близкого человека, если он/она токсичен/токсична.
Так, зритель в роли пациента чувствует, что доктор не только стремится вылечить его, но и испытывает к нему искреннюю человеческую симпатию – и восполняет свою потребность быть принятым, любимым. Или, скажем, иногда зрителю хочется побыть в роли заключенного, потому что этого требует некая внутренняя его суть, с которой он хочет соединиться. Даст ли это терапевтический эффект, мы не знаем, но если зрителю в процессе просмотра контента становится хорошо – значит, эта роль удовлетворяет важную для него потребность.
РОЛЕВАЯ ИГРА – ЗАКЛЮЧЕННЫЙ И НАДЗИРАТЕЛЬ
«У человека существует базовая потребность в игре, – комментирует Владислав Лех. – В животном мире эволюционный смысл игры – безопасный способ потренировать свои охотничьи навыки. Мы можем получать удовольствие от исполнения „роли“ или „вхождения в образ“ в интересных для себя обстоятельствах – на неосознанном уровне это также является тренировкой. Например, люди часто получают удовольствие, выступая на сцене.
Инстинкт исследовательского поведения и поиска новизны очень силен у многих высших животных и особенно у человека. Удовлетворение этой потребности обычно сопровождается сильным эмоциональным подъемом».
Если ASMR-автор в своих видео все время меняет образы, у зрителя возникает нормальный поисковый интерес: «А что еще будет? А кем я еще могу быть?» И это способствует ролевому позиционированию.
Глава 7
Театральная импровизация проявит вашу самость
Театр импровизации подразумевает одновременное выполнение участниками действа функций драматурга, режиссера и актера. Причем делают они это без всякой подготовки, ориентируясь на текущий момент. В сущности, это процесс создания всего спектакля, включая сюжет, характеры, отношения и смыслы, на глазах у зрителей в реальном времени.
Обычно техники импровизации широко используются в театральной педагогике для подготовки актеров сцены, кино и телевидения и могут являться важной частью репетиционного процесса. Это так называемый этюдный метод, когда перед студентом ставится задача «я в предлагаемых обстоятельствах». Выполняя этюд, студенту необходимо сымпровизировать действия и речь, логически вытекающие из его характера и заданной ситуации. Но это также и полноценное шоу. По всему миру существуют импров-коллективы, создающие свои спектакли в единственном экземпляре и исключительно для тех зрителей, которые собрались в зале. В этой главе мы предлагаем театральную импровизацию как оригинальный метод саморазвития.
Конечно, и в таком, казалось бы, бессистемном театре существуют определенные правила и актерские приемы. Например, в нем используются только воображаемые предметы и детали интерьера. Сначала все актеры находятся за пределами игрового пространства, но зрители их видят. После примерно минутной паузы один из участников представления выходит и начинает что-то делать, говорить, «заявляя» ситуацию. Остальные актеры, руководствуясь импульсом, по одному вступают в игру и должны поддерживать его. Без внимательного отношения к партнеру, умения слушать и слышать контакт между исполнителями не состоится и представление развалится.
Одно из ключевых понятий театра импровизации – изменение. Изменяться можно, лишь действуя, – внутренне, словесно и физически. Например, актер может изменять себя – переживать внутреннюю трансформацию, и это будет опосредованно воздействовать на партнера. Или же можно влиять на других исполнителей, выполняя актерскую задачу. Если вы трансформируетесь, а партнер упорно не хочет меняться, – нужно искать другие способы воздействия. Например, если история зашла в тупик, то игровым ходом может стать кардинальное изменение сюжета: «Ваше величество, принцесса умерла!» Это новое событие, иная отправная точка развития темы называется «слом».
Как видите, для того чтобы играть спектакль без сценария, необходимы раскрытие личной харизмы, расширение собственных границ сознания, развитие интеллекта, личной энергетики и коммуникативных навыков для работы с партнерами по сцене – совсем как в жизни. Не будем углубляться в формы импровизации и театральные приемы, ведь нам здесь интереснее разобраться, что именно эта практика помогает «прокачать» в области нашей психики.
Михаил Пайкин, тренер-импровизатор с 20-летним стажем, высказывается на эту тему так:
«Я всегда говорил, что разницы между импровизацией и психотерапией нет, потому что первая и есть самая лучшая психотерапия. Когда от вас требуется быть спонтанным, ярким, уверенным, интересным самому себе, когда вы, проявляясь на полную катушку, чувствуете свою природу, это и есть незаметная психотерапия. Для того чтобы играть весь спектр человеческих эмоций, нам важно его принять, а когда мы это делаем, то исцеляем себя.
Люди боятся, когда в них пробуждаются чувства. Потому что главное, чего они в своей жизни избегают, – это болезненные чувства. Когда им говорят, что в них будут пробуждаться эмоции, – это вызывает опасение. Вдруг пробудятся негативные чувства, а я не хочу с ними жить! Поэтому я бы сказал, что театр импровизации создает и закрепляет три важных навыка взаимодействия со своими чувствами: 1) глубоко понимать свои чувства, внимательно и точно смотря внутрь себя и ясно видя их как на ладони; 2) замечать те чувства, которые мы подавляем. Видеть в себе то, от чего мы бежим и что отвергаем, – любить это, принимать и разрешать этому проявляться; 3) понимать природу трансформации своих чувств. Знать и уметь трансформировать не только свои чувства, но и чувства партнера по сцене.
Самое большое препятствие для развития нашей личности и раскрытия творческого потенциала – это страх неизвестности. Он мешает нам покидать зону комфорта, делать то, что мы никогда не делали, и получать то, чего мы никогда не получали. Поэтому мы начинаем наш путь развития в театре импровизации с трансформации этого самого главного страха. Мы можем превратить страх неизвестности в состояние приятного предвкушения, и тогда по принципу вибрационного соответствия мы начнем притягивать в свою жизнь еще больше приятных событий. Когда мы вибрируем на частоте страха, то словно привлекаем в свою жизнь все то, чего боимся. Стоит нам начать излучать ощущение удовольствия и предвкушения – и наша жизнь меняется к лучшему».
Но при чем тут ASMR-контент? О его целительных свойствах для зрителей мы уже говорили. Но следует упомянуть и о невероятных личностных результатах, которые получают сами авторы от своего творчества. Если рассматривать каждый YouTube-канал как театр одного актера, то вы увидите прямую связь с жанром театральной импровизации. Ведь действа, разворачивающиеся перед зрителем, в большинстве случаев не имеют четкого плана или сценария.
Не существует и инструкции о том, как стать ASMR-артистом или вызывать этот эффект, как добиться популярности. Авторам приходится выходить из зоны комфорта, постоянно «прощупывая» себя и зрителя. Этот творческий процесс происходит по наитию – обычно блогер не имеет театрального образования или каких-либо знаний по стимуляции ASMR. Ему приходится двигаться навстречу самому себе и искать свой истинный творческий голос и стиль. Но, как и в импровизации, здесь невероятно важен зритель – просто контакт с ним отложен во времени. Найти зрителей, с которыми вы будете по-настоящему на одной волне, – огромный дар для ASMR-художника на его тернистом пути самоисследования и самораскрытия.
АЛИСА В СТРАНЕ ASMR – ОСТОРОЖНО! ЧУДЕСНЫЕ МУРАШКИ МОГУТ СВЕСТИ ВАС С УМА
Глава 8
Хоррор в качестве психотерапии
Хоррор в жизни людей в той или иной форме присутствовал всегда. Наши предки всерьез верили в колдовство, злых духов, оживающих мертвецов, пытались защититься от них с помощью бытовой магии. Многие сказания и легенды были довольно страшными и кровавыми, и даже детские сказки типа «Красной Шапочки» до нас дошли уже в адаптированном виде. Все эти истории нашли свое отражение в литературе. Элементы ужастиков можно встретить еще у Гомера в «Илиаде» и «Одиссее». Еще больше их в пьесах того же Шекспира. Не говоря уж о многочисленных готических романах более позднего периода. А первые фильмы ужасов стали появляться в конце XIX века, практически одновременно с появлением собственно кинематографа.
Подготовка к апокалипсису
Спрос на хоррор всегда имелся – и столетия назад, и в наше время. Например, по статистике, с начала пандемии коронавируса резко возросла популярность романов Стивена Кинга, признанного «короля ужасов».