Ирина Шлионская – До мурашек. ASMR и другие технологии чувственного воздействия (страница 49)

В 2016 году в Нью-Йорке художники Мелинда Лаув и Андре Хопфнер открыли иммерсивный театр Whisperlodge, представляющий собой смесь театрального действа и комнаты релаксации, где зрители могут непосредственно соприкоснуться с источниками своих переживаний.

Русскому зрителю иммерсивный театр знаком прежде всего по адаптациям Федора Белютина, которые начались с локализованной версии спектакля-променада немецкой творческой группы Rimini Protokoll под названием Remote Moscow. Также это постановки бельгийской группы Ontroerend Goed и Whist/Вист, проект, созданный Аои Накамурой и Эстебаном Фурми (британская танцевальная группа АФЕ), соединившие иммерсивность с VR- и AR-элементами.

Помимо зарубежных адаптаций в последние годы в России появляются и собственные иммерсивные постановки. Среди них «Норманск» (2014), поставленный режиссером Юрием Квятковским в Центре им. Вс. Мейерхольда, адаптация романа Стругацких «Гадкие лебеди» и «Черный русский» Максима Диденко по пушкинскому «Дубровскому».

Но давайте перейдем к главному: чем иммерсивный театр отличается от традиционного? Авторы «Белого зеркала» указывают на следующие моменты:

– отсутствие сцены размывает физические границы между актерами и зрителями;

– декорации реалистичны и устроены таким образом, что нигде не видны технические зоны, характерные для традиционного театра (кресла, фойе и т. д.);

– возможность свободного или почти свободного перемещения позволяет зрителю постоянно менять угол зрения и последовательность восприятия событий постановки;

– в случае если авторы до определенной степени допускают влияние зрителя на сюжет, у зрителя появляется возможность участвовать в постановке и порой влиять на ее ход и даже на ее результаты.

Иммерсия в таких постановках возникает в момент, когда традиционный просцениум исчезает, уступая место другому пространству, в котором находится зритель. Это может быть и театр-променад, и сцена-коробка, и театр, привязанный к определенному месту.

В иммерсивном театре пространство размывает прямые физические границы. Сцена спускается на уровень зрителя, и барьеры между актерами и зрителями тоже исчезают. Зритель может получить заранее оговоренную роль, а иногда становится вообще центром всей постановки (a game of you: в русской адаптации – «твоя игра»).

Также иммерсивный театр – редкий шанс оказаться в непосредственной, почти интимной близости с любимыми актерами.

Многие постановщики, работавшие с иммерсивными проектами, обращают внимание, что одежда актеров, сценография и декорации в целом здесь должны быть на более высоком уровне, нежели в традиционном театре. Ведь зритель находится ближе к действу, чем обычно. Режиссер Ксения Балдина отмечает, что, помимо самого пространства и сценографии, на атмосферу постановки работают и другие триггеры. Во-первых, это одежда самих зрителей. Смена внешнего образа, скажем, за счет использования масок, влечет за собой сдвиг внутреннего ощущения. Во-вторых, это эксперименты со звуком и, в-третьих, запахи.

К примеру, именно так была устроена иммерсивная выставка фотографий 5d SLAVA DURAK, проходившая в феврале 2013 года в Центральном доме художника (Москва). На выставке были представлены работы фотохудожника Владимира Мишукова, посвященные знаменитому актеру и клоуну Вячеславу Полунину. Зритель включался в происходящее через все органы чувств: запахи, тактильную составляющую, визуальный ряд и даже специально разработанный сорт мороженого.

В 2019 году арт-терапевт Ольга Щербакова и дизайн-студия «МЫ» организовали в московском Центре современного искусства «М’АРС» иммерсивную выставку RESET 2.0.

Наверное, необычнее всего, что выставкой как таковой это не является, ведь выставочные экспонаты здесь заменяют интерактивные инсталляции, объекты натуральной природы, зеркала… Вы вдыхаете ароматы, специально созданные ольфакторным разработчиком Анной Сивачевой, каждый из которых соответствует определенному состоянию или настроению. В каждом зале звучит оригинальный саундтрек, написанный композитором Тимом Ивановым. Но центральный экспонат – это сам зритель. Прожив в этом специально созданном пространстве определенный опыт, посетители непременно узнают о себе что-то новое.

Этот своеобразный квест предусматривает включение всех сенсорных систем – аудиальной, визуальной, тактильной, обонятельной и др., кроме разве что вкуса. Посетителю предлагается совершить путешествие через несколько комнат, для каждой из которых задан свой цвет и значение по системе чакр: красная, оранжевая, желтая, зеленая, голубая, синяя, фиолетовая…

 Флешбэк от Ирины Шлионской:

Честно говоря, сначала я ощущала себя немного странно, оказавшись в комнате с красным освещением, где меня окружали деревья с голыми ветками и искусственными листьями – причем самые настоящие… Мы переходили из зала в зал, повсюду была необычная тягучая атмосфера. Я пыталась вчувствоваться в нее, понять, как это соотносится со мной и моим внутренним миром.

Все изменилось, когда мы попали в зеленую комнату, где нам предложили сесть в массажные кресла и совершить виртуальное путешествие в очках трехмерной реальности.

Массаж оказался довольно жестким, но я была к этому готова, поскольку это было похоже на сеансы у профессионального массажиста, а подобный опыт у меня, конечно, имелся. А вот попадание в виртуальную реальность стало для меня полной неожиданностью. Я полагала, что просто буду видеть разные картины, но кресло вдруг… полетело! Оно мчало меня по каким-то фантастическим мирам, состоящим из невообразимых сплетений и узоров: мне казалось, что я то поднимаюсь в небо, то падаю с горы в пещеру, что я вижу, как в действительности устроена Вселенная…

Разумеется, я понимала, что все это просто иллюзия: на самом деле кресло остается на месте и я никуда не лечу. Но окружающая реальность выглядела так правдоподобно!

Впоследствии сопровождавшая нас сотрудница рассказала, что во время сеансов некоторые посетители перестают контролировать себя – кричат, истерически смеются и даже пытаются вырваться из кресел…

Однако больше всего на меня повлияла фиолетовая комната. Там вроде не было ничего особенного, но я никак не могла оторваться от завесы, по которой пробегали фиолетовые сполохи. Мне казалось, что это связующая нить с космосом, мирозданием… Хотелось смотреть на это до бесконечности и чувствовать, как в меня вливается космическая энергия… Так и должно было быть: сюда приходят, чтобы помедитировать.

Каким-то непостижимым образом команде авторов проекта удалось создать атмосферу, в которой человек действительно может заглянуть вглубь себя. Мне даже показалось, что после посещения выставки я стала немного другой, не такой, как была до этого. Что-то во мне изменилось…

Глава 11

Тактильность в ASMR-роликах

Ранее мы всесторонне обсудили потребность человека в разнообразных по содержанию контактах – с миром, с собой и другими, – в том числе посредством прикосновений, движения и взаимодействия тел. Возвращаясь к теме ASMR, в первую очередь хочется напомнить, что телесные проявления ASMR-эффекта описываются людьми как мурашки, тепло, приятное онемение, расслабление мышц, чувство щекотки – т. е. целый спектр ощущений в проприоцептивном канале восприятия.

Проприоцепция – это комплексное понятие, объединяющее несколько видов телесной чувствительности, и она, по-видимому, биологически более значима, чем такие отдельные виды чувствительности, как зрение, слух, обоняние или вкус. Ведь отсутствие одного или нескольких из этих видов чувствительности совместимо с жизнью, отсутствие же общей, кожно-кинестетической чувствительности, – нет. Если представить себе существо, лишенное способности воспринимать окружающий мир через кожу и прикосновения, то оно просто не смогло бы остаться в живых.

К проприоцептивному каналу относятся все телесные ощущения, вызванные как внутренними происходящими в теле процессами, так и непосредственным внешним физическим воздействием. И практика взаимодействия с ASMR-контентом (посредством просмотра с соблюдением пошаговой технологии) является осознанной и последовательной стимуляцией авторами роликов этих ощущений.

Иллюзия прикосновения

В подглаве о так называемых зеркальных нейронах мы уже говорили о том, как работают физиологические механизмы, дающие человеку способность моделировать ощущения во время процесса наблюдения. Эту особенность авторы ASMR-контента используют как инструмент при съемке практически всех видов роликов.

К отдельной категории стоит отнести так называемые Real Person ASMR-видео, т. е. ролики, где один человек в кадре ухаживает за другим – расчесывает волосы, делает массаж, просто нежно прикасается к нему руками или перышками. Это могут быть и ролики на тему медицинского осмотра или массажа. Причем они могут быть наполнены и довольно агрессивными взаимодействиями.

Например, для тайского массажа характерны скрутки и хруст суставов, а для индийского и китайского – удары. Зрители отмечают, что легко могут представить себя на месте «испытуемого» и «пережить» весь спектр ощущений от прикосновений. Этот триггер можно отнести также к категории визуальных, но механизм стимуляции ASMR здесь несколько другой и базируется на способности тела человека отражать эмоции и телесные реакции.