Ирина Шевцова – Диалоги с внутренним ребенком. Тренинг работы с детством взрослого человека (страница 37)

3 июня. Пятница.

Ужасный день! Сил нет, но я все же решила написать несколько строк. Дети плачут почти все. В группе много совсем маленьких – до двух лет, и всего человек пять тех, кто постарше трех. Целый день мы только их успокаивали, кормили, переодевали… Прибежала Бабка и стала орать, почему они у нас писаются! А они уже из автобуса вышли мокрые, в чем мы виноваты? Она сказала, что кастелянша (она же прачка) будет только через три дня, мол, стирайте сами. Наорала и унеслась. После обеда пришла Лера, стала помогать укладывать детей спать. Почти никто не уснул. Особенно сильно плачет Вика Абрашитова, ей всего год и семь. Успокаивается только, когда берешь её на руки. Ольга осталась на ночь, а я просто валюсь с ног.

5 июня. Воскресенье.

Это дурдом, а не дача! Вчера целый день шел дождь. После завтрака Ольга помыла посуду и ушла спать – она же с ночи. А я осталась одна. В обед обещала прийти Лера-методист. Дети слоняются, не знают, чем заняться. Я стала с ними играть, но многие опять стали плакать и звать маму. Книжки не слушают, в хоровод не собрать, да и водить его особо негде – пятачок между кроватями. Некоторые мальчишки очень агрессивны, особенно Ренат и Саша Макаров, и так шум стоит, а они еще норовят кого-нибудь толкнуть. Я от бессилия чуть не расплакалась. Потом схватила с пола тигра – такой коврик из меха в виде шкуры, и стала разговаривать «тигриным» голосом: «И кто это у нас здесь плачет?». Вроде, немного притихли. Потом я от лица тигра прочитала стихи «Где обедал воробей» – стало совсем тихо, но ненадолго. Тогда я встала на четвереньки, накинула шкуру на спину и поползла между кроватями. Кто-то даже засмеялся. Так и ползала минут пятнадцать, пока детям это не надоело. Шкура, надо сказать, мочой воняет страшно, я чуть не задохнулась. Но только я перестала играть в тигра, как опять начался плач, и еще сильнее. Взяла на руки Вику, а они меня облепили со всех сторон и кричат: «К маме хочу! Мама!». Тогда я увидела в игрушках телефон и сказала: «Сейчас мы позвоним нашим мама». Кручу диск, говорю в трубку: «Але, это мама Лены? Приезжайте, Лена вас очень ждет» …и так много раз, пока всех мам «не обзвонила». Наверное, так поступать нельзя – я же их обманываю. Но другого выхода я не вижу. Если бы у меня был настоящий телефон, я бы обязательно обзвонила всех мам этих плачущих детей.

6 июня. Понедельник.

У меня несколько часов на сон – завела будильник на 15 часов. Потом надо будет идти за полдником и помогать Ольге. Она, бедная, сегодня одна – Бабка сказала, что завтрак и обед принесут девочки с соседней дачи, а посуду мыть будет Ольга. Ерунда какая-то: полная группа детей и еще посуду мой! Ночью у меня случился казус: в час ночи, как и положено, мы самых маленьких высаживаем на горшки. У каждого ребенка свой горшок, но я пробежалась пару раз и решила, что буду сажать на чей придется, я же их все равно мою хорошо. Сонного ребеночка сажаю на горшок, придерживаю, чтобы не свалился, и на ушко шепчу «Псссс». Слышу – зажурчало. Поднимаю, укладываю, и – к следующему. В спальне темно, свет только от уличного фонаря. Вдруг, чувствую, наступаю в лужу на полу. Не могу понять, откуда. Потом еще, и еще. Вытерла полы, так ничего и не поняла. Пошла к Галке в соседнюю группу – она сегодня дежурила. Посидели немного, поболтали в коридорчике, чтобы было слышно и её и мою группу. Потом рассказываю про лужи. А она меня спрашивает: «А ты мальчиков сажаешь на горшок, или держишь перед ними»? Я говорю- «сажаю», а она смеется: «Вот они тебе полы и обоссали! У них же все вперед льется, а не вниз.» Мы с ней так хохотали… Все, сплю, осталось 6 часов.

8 июня. Среда.

Сегодня у нас ночью будет дежурить подменная. Мы с Ольгой боремся за право мыть посуду. Оказалось, что быть няней намного легче: закрыл дверь мойки и плещешься себе. А за едой ходить – вообще кайф. Пищеблок далеко, да еще там в очереди стоишь – получается прогулка минут на 30. Решили мыть и носить по очереди: она- завтрак, я – обед. Сегодня впервые хорошая, солнечная погода. Но мы вывели детей в сапогах потому, что трава мокрая. Ребята понемногу привыкают, уже так не плачут. Я научила их играть в некоторые игры: «Шла коза по лесу», «Каравай», «Маленькие ножки». Такое ощущение, что с ними в городе никто не занимался. После дождя в лужах много дождевых червей. Я стала проводить наблюдение, как и положено по методике. Рассказала, что червячки приносят большую пользу, они хорошие, их топтать и трогать нельзя. Конечно, многие ничего не понимают, но чувствуют, что я хочу им передать. Вдруг вижу, Витька Макаров взял совок железный и стал им червяков разрубать. Я отобрала, отругала – улыбается, гаденыш. Ведь большой уже, все понимает и каждый раз пытается какую-нибудь гадость сделать!

Вечером сидели с Ольгой на крыльце – так приятно, когда не надо детей укладывать! Слышим – нянька подменная орет. Мы колыбельные песни пели, а она орет. Интересно, удастся ей их усыпить? Вдруг видим, по направлению к нашей даче тетка чешет: маленькая, кругленькая, с рюкзаком, в спортивном костюме и с огромными, красными бусами на шее. Мы как заржали! А она заулыбалась и даже рукой нам замахала. Оказалось, это наша кастелянша. Зовут Тася. Сразу видно, что добрая и веселая. Будет жить на нашей даче, прачечная расположена между группами. Слава Бога, что она появилась, одежды чистой почти не осталось, особенно колготок. Мы уже плюнули на надписи – где чье, и надеваем просто близкие по размеру.

10 июня, Пятница.

Сегодня ровно неделя, а я уже так устала! Иногда даже плачу. Опять идет дождь. В группе холодно, сыро. Детей по ночам кусают комары. Мы смазываем укусы одеколоном «Гвоздика», но толку мало. На малышке – Вике живого места нет, расчесывает укусы до крови. Я когда её ночью поднимаю на горшок, она, сонная, начинает ручонкой по мне шарить и губками хватает. Я поняла, что её недавно еще грудью кормили. Спит только с соской. Что будет, если соска потеряется?! Я уже не обращаю внимания, когда дети бегают по спальне и носят игрушки на кровати, и даже залезают с ногами – они просто с ума сходят от безделья! Постоянно развлекать я их не могу, а условий для самостоятельных игр нет. Помыла уличные игрушки и вывалила на ковер. Расхватали моментально, а потом ходят и не знают, что с этими совками и ведерками делать. Я села в углу на кровать и смотрю, чтобы только ничего опасного не случилось. Подходит ко мне Женя Хватов: «Тетенька, а где моя мама?». Я ему стала объяснять, что мама на работе, у неё много дел, а он мне: «Позвони её!», и уже телефон тащит. Я в ужасе – опять начинается! Говорю: «Её нет дома, она на работе» – «А ты на работу позвони» – «Она не может приехать» – «Может, она меня не любит?». Вот как можно объяснить трехлетнему малышу, что помимо любви к ребенку существуют еще обязанности, которые надо выполнять?! И почему эти обязанности важнее, чем любовь к ребенку – этого я сама понять не в силах!

12 июня. Воскресенье.

Сегодня мы с девчонками решили, что с удовольствием станем нянями, кода приедут медики. Они даже и не представляют, что их ожидает! В своем бараке почти не бываем, постоянно на работе. У других яслей есть выходные, девочки даже домой ездят. А у нас самый большой отдых – это после ночи отоспаться и вечером на работу не идти. Бабка обещает выходные через неделю. Очень хочу домой. Не хватает одежды и обуви – взяла сарафан и летние платья, а нужны брюки и свитера. Хорошо еще, что у нас прачечная есть. Тася сама предлагает – приносите, постираю. И сушилка у неё, можно быстро все просушить. Она стирает, гладит, как заведенная. Детские трусики и маечки только в тазике, детским мылом. И гладит все, даже самое мелкое. Мы её прозвали Ухти-Тухти. Еще она сделала в своей комнате уголок для чаепития – есть куда сходить, когда детей уложим спать.

14 июня. Вторник.

Хочу рассказать еще об одном нашем работнике – истопнике Сандро. Парень молодой, наверное, наш ровесник, но какой-то нелюдимый. Я с ним познакомилась, когда носила ему сырники. У нас вообще часто остается много еды, и мы все выбрасываем. На полдник были сырники со сгущенкой – вкуснотища! Мы уже всем желающим детям добавки дали (а среди желающих у нас всегда Макаров), все равно штук восемь осталось. Вот я и решила отнести их в кочегарку. Захожу, а он на лавке лежит, как будто спит. Но увидел меня, вскочил и стал одежду поправлять. Я ему все объяснила насчет сырников и тарелку протягиваю. А он говорит: «Спасибо, не надо». Я сырники поставила на скамейку, сказала: «Тарелку потом принесешь», и ушла. Вечером мою посуду – смотрю, он пришел и в дверях топчется с тарелкой. Я взяла инициативу в свои руки, познакомились, стала его расспрашивать. Оказалось, что он не очень хорошо говорит по-русски, все понимает, а говорить не может. Я ему говорю: «Приходи к нам, практикуйся!». Когда Сандро уходил, в дверях столкнулся с Розой – она пришла спросить, нет ли у нас молотка. У них в группе развалился кухонный стол. Сандро сказал, что у него есть, и он все починит. Мы стояли на крыльце и смеялись, как он побежал в свою кочегарку, наверное, обрадовался, что может нам помочь.

15 июня. Среда.

Сегодня приехали медики! На нашу группу распределили двух девушек – Алину и Веру. Они пришли и говорят: «Нам Зоя Михайловна сказала, что мы будем работать воспитателями». А мы им – «Работайте!». Они так и опешили, думали, что мы скандалить начнем. Ольга пошла спать – она с ночи, а я осталась работать. Стали мы детей на прогулку одевать. Вера еще ничего, старается, с детьми разговаривает, а Алина – как кукла бессловесная, обращается с детьми грубо и мне говорит: «А что это они у вас сами не одеваются?», А я ей отвечаю: «Вот и научишь». Не понравилась мне эта Алина. Даже страшно на неё детей оставлять. Потом я убиралась в группе и смотрела на площадку. Девчонки сидели вместе и болтали, а дети были предоставлены сами себе. Но зато у нас теперь будут выходные! Ольга уезжает завтра, а я в пятницу.