Ирина Шестакова – Ветер перемен. Книга вторая (страница 9)
Нет сомнений, что мисс Катрин подверглась такой атаке со стороны наёмников и наверняка уже плывёт в страну османов. Её уже никак оттуда не вытащить. Леди Маргарет и её супруг были в страшном ужасе. Но такова судьба Катрин, увы …
Шон видел, что его мать взволнованна и ждёт, когда вернётся отец.
– Матушка, что ещё произошло?
– Твой отец такой медлительный! – в сердцах произнесла Маргарет – наверняка не спешит обратно и надеется, что я сама всё улажу. Шон, мы хотели тебе сообщить позже, так как ты и так собирался свататься к Катрин Дансмор. Твоя бабушка, герцогиня де Монбазон, в очень плохом состоянии. Недавние волнения во дворце, подкосили её здоровье. Она жаждет, чтобы ты приехал, хочет успеть переписать на тебя всё своё имущество. А у герцогини обширные владения, ты знаешь. Но её непременное условие в письме, чтобы ты был женат. Понимаешь?
– Не понимаю! – Шон нервно заходил по гостиной – почему? Наследство бабушки и так достанется мне. Что за срочность?
– Срочность есть, сынок. Со стороны покойного герцога Монбазона, объявились какие-то дальние родственники из Италии. Они уже навещали твою бабушку, и этот визит ей весьма не понравился. Нам нужно действовать очень быстро. Раз пропала мисс Катрин, то ты должен жениться на Элизе Осборн.
– Ни за что! – Шон не выдержал и вылетел на улицу. Морозный воздух охватил всё его существо. Плевать! Только не Элиза Осборн. Его не покидала надежда отыскать свою любимицу Катрин. Отец медленно поднимался по ступенькам. В темноте лица сына было не разглядеть.
– Матушка, наверное, всё уже рассказала тебе? – робко спросил он. И Шон наконец понял, что его отец не имеет права голоса. За него всегда и всё решает леди Маргарет. Ну, мама …
– Рассказала – процедил Шон. Теперь ему захотелось найти Мэйсона и самому предложить выпить. Такое скверное чувство было у него внутри.
***
Элиза вернулась к матери. Её глаза горели радостным огнём.
– Я такое сейчас услышала … – девушка закружилась по комнате матери, тихо напевая весёлую песенку.
Леди Джейн, со смоченной в холодной воде тряпкой, придерживала её на своём разгорячённом лбу. У неё разыгралась сильнейшая мигрень от таких переживаний. Она не хотела, чтобы с Джеймсом что-то так скоро случилось. Граф нужен ей, только через него ей откроется доступ во дворец короля Якова.
– Что там у тебя? – умирающим голосом простонала она, махнув в сторону служанки – а ты иди отсюда, не грей уши.
Девушка шустро выскочила из комнаты Джейн. Все слуги её недолюбливали за чрезмерную вспыльчивость и грубость, помня, какой доброй и учтивой была покойная миссис Оливия.
– Леди Маргарет сейчас такое сказала Шону! Оказывается, герцогиня де Монбазон больна и требует к себе своего любимого внука. Только её условие вовсе не понравилось Шону. Он едва не сбил меня с ног, я только и успела от двери отлететь.
– Какое условие, говори яснее – всё тем же умирающим голосом продолжила Джейн.
– Шон должен жениться. И леди Маргарет объявила сыну, что женится он на мне! Представляешь, мама!
Элиза снова стала порхать по комнате. Леди Джейн убрала со лба надоевшую примочку и энергично сползла с кровати. Лежать некогда, а то можно упустить удачу. Надо же! Её дочь может стать самой герцогиней О'Брайен де Монбазон!
Глава 12
Пронизывающий февральский ветер тоскливо завывал за окнами замка Дансмор. Венчание Элизы и Шона состоялось в старой церквушке. Радости леди Джейн не было границ. Осталось только Мэйсона пристроить, и всё. Она наконец свободна от надоедливых, взрослых уже детей. И может заняться своей жизнью. Мечту попасть в свиту придворных дам короля Якова, Джейн не оставляла.
Граф Дансмор был ещё очень слаб. Но надежды на то, что он всё же восстановится, были. Это обстоятельство радовало Джейн. Становиться вдовой, она не собиралась. По крайней мере пока. Оставалось женить Мэйсона на Валенсии Робинсон. И что, что девушка внешне слывёт дурнушкой? Зато её отец даст хорошее приданное за своей дочерью и оболтуса Мэйсона пристроит на королевскую службу. К его дочери не выстроилась очередь из достойных женихов, поэтому они будут просто счастливы, когда к ним посватается Мэйсон Осборн. К тому же он весьма недурен собой. Леди Джейн гордилась внешностью своего сына. Ему повезло родиться похожим на мать, а не на своего довольно некрасивого отца.
***
В комнате, отведённой для молодых новобрачных, было холодно не от того, что в камине давно потухли угли. Ледяной озноб пронизывал от нежелания Шона О'Брайена прикоснуться к своей супруге.
– Я не люблю тебя. И никогда не смогу полюбить, как бы ты из кожи вон не лезла. Брак с тобой, вынужденный. Тем более после такого. Запомни это – прозвучал в темноте голос лорда.
Элиза, скрючившись под одеялом, закрыв себе рукой рот, беззвучно рыдала. Шон сразу понял, что она не невинна, и в гневе оттолкнул её от себя. Наутро нужны были доказательства того, что супруга сохранила чистоту до свадьбы. Этого требовали законы его семьи в Ирландии.
И что ему теперь делать? Он, конечно, мог бы воспользоваться этим моментом и расторгнуть брак, имея на то все основания. Но тогда его мать на этом не успокоилась бы. Она ему всё равно нашла бы другую невесту. Чтобы заполучить наследство бабушки Де' Монбазон, нужно непременно успеть жениться.
Элиза не издала за всю ночь ни звука. Казалось, что она просто спит. К утру, Шон решил не позорить девушку. Резким движением он провёл ножом по руке. Капли крови упали на белоснежную простыню. Элиза в ужасе смотрела на действия лорда, вжавшись в угол и не смея посмотреть Шону в лицо. Не смогла она его обмануть, и это будет огромной пропастью между ними. Получив в жёны невинную девушку, Шон мог хотя бы уже за это уважать Элизу. А теперь …
– Никто не узнает. Можешь не волноваться за свою репутацию – бросил Шон, сдёрнув простыню с кровати – но когда мы переедем во Францию, то наши спальни будут далеко друг от друга, и не дай Бог, мне узнать, что ты имеешь наглость изменять мне с каким-нибудь шевалье. Тут же обращусь к Епископу, и нас развенчают.
– Умоляю, прости … Прости! Я … Я не сама … Это случилось в пятнадцать. Один грязный конюх затащил меня к себе и совершил насилие! Я просто побоялась признаться тогда отцу и матери! Пойми! Прошу тебя! Я … Я не такая, как ты обо мне подумал! Я люблю тебя, Шон! Вернее жены, чем я, ты не найдёшь! Только дай мне шанс … – захлёбывалась слезами Элиза, упав на колени, она обхватила О'Брайена за ноги.
Она отчаянно врала. Конюха придумала на ходу. Не признаваться же в своём горячем темпераменте и любви к разного рода утехам. Шон тогда её вообще возненавидит и действительно разведётся. На Элизе Осборн навсегда повиснет клеймо разврата, и никто не осмелится взять её замуж. А куртизанкой она быть не желала. Уж лучше см#рть.
Шон был настолько красив и благороден, что он полностью завладел её сердцем. Никого больше не желала, только его.
– Элиза, я не терплю женских истерик и унижений. Я никому не расскажу, но своего решения не изменю. Мы будем супругами только в глазах общества. Ты понимаешь?
Не смея возражать и поднять своего заплаканного лица, Элиза горячо закивала головой. Шон мягко высвободился из её цепких рук и направился к двери. Леди Маргарет и леди Джейн уже ждали в коридоре. Лица обеих были напряжены.
– Акт брачной ночи совершён – не удержался всё же от насмешливого тона, молодой О'Брайен. Простыня была продемонстрирована родительницам. Леди Джейн мысленно выдохнула. Она была уверена, что это исключительно её заслуга. Элиза сделала всё, как она её учила. Леди Маргарет обняла сына.
– Я за вас безумно рада. Теперь мы со спокойной душой, можем собираться в Ирландию. А оттуда, уже к весне, вы отправитесь с Элизой во Францию.
***
Катрин была страшно возмущена. Заносчивый евнух из главного дворца османов, определил её в служанки. Зато Лиззи попала в гарем. Даже Ребекка! Главному евнуху, Али-аге, пришёлся по вкусу высокий рост девушки и её необычное лицо с чётко очерченными скулами. Вместе с Лиззи её готовили в наложницы к шехзаде Мураду. Через пару недель он вместе со своим братом Ахмедом, покидает дворец. Их ждут свои санджаки.
Султан Баязид и хасеки Ясмин султан устраивали по этому поводу большое празднество. Оно совпало со временем рождения первенца у их старшего сына, Мехмеда. Дворец кипел своей жизнью, и Катрин растерялась. Жизнь у османов совершенно отличалась от размеренной жизни в замке Дансмор.
– А ты чего рот раззявила? – напустился на девушку Али-ага. Разве калфы не объяснили тебе твои обязанности?
Катрин упрямо сверкнула своими глазищами. Этот евнух совсем ослеп? Он не видит, что она не предназначена для черновой работы? Ах, как ей отчаянно хотелось попасть в главные покои султана и рассказать о том, кто её мать и что она потомок рода османов. В ней течёт османская кровь!
– Не надо на меня орать. Я не глухая – Катрин сжала кулаки – между прочим, я дочь графа Дансмора. И ты не имеешь права указывать, что мне делать. А тем более заставлять быть прислугой! Я из благородного рода!
Пощёчина от Али-аги прилетела мгновенно.
– Скажи спасибо, что твои дерзкие речи понимаю только я! Наглая девчонка! Радуйся, что тебя купили во дворец, а не оставили на рынке в услужение какому-нибудь торговцу! Твоё благородное родство заканчивается за границей османского государства. Здесь все девушки равны, и не имеет значения, какими титулами они обладали до того, как попали во дворец. Не будешь подчиняться нашим правилам, я верну тебя на рынок и продам за бесценок в какой-нибудь кабак! Будешь там прислуживать!