Ирина Шестакова – Игра судьбы (страница 2)

Григорий поджал губы, услышав про Ларисочку. О том, счастливый их брак или нет, история умалчивает. Первоначальная страсть, вспыхнувшая было между ними, давным-давно угасла.

Информация, что мать видела Таню в больнице, Гришу взволновала.

Они после развода совсем не общались. И живя в одном городе, даже не пересекались ни разу. Нигде.

О Марине ничего Гриша не знал. И о том, как их с Татьяной дальнейшая жизнь сложилась, тоже. Мама в то время убедила его, что девочка не от него. Видели, мол, Таню пару раз с её одноклассником, который из той же деревни был, что и она, и встречи эти на дружеские совсем не были похожи.

Григорий разбираться в том, правда это или нет, не стал. О том, что одноклассник был влюблён в Таню Григорий знал с её слов. Этого ему было достаточно, чтобы кое-какие факты сопоставить. Серьёзно и интеллигентно переговорив с Таней, Гриша настоял на разводе. На удивление, отпираться она не стала, что ещё сильнее его убедило в том, что есть за Татьяной грешок, есть. Иначе кричала бы и ногами топала, что всё это наговоры на неё и ложь.

Развод оформили быстро, претензий друг к другу не имели. Прописка у Тани в деревне была, и дочку свою она прописала там же, потому как свекровь категорически отказалась давать согласие на то, чтобы внучку прописали в её квартире. Гриша не возражал в тот момент.

У ребёнка остались его отчество и фамилия. На этом отцовство Гриши закончилось. Больше он бывшую жену не встречал. А вскоре и вовсе женился на молоденькой Ларисочке, которая поспешила тоже родить ему дочку. Так на свет появилась Стрельцова Вероника Григорьевна. Его золотце, его сокровище.

Имея соответствующее высшее образование, Гриша по протекции родителей Ларисы прочно устроился в министерстве здравоохранения. Тепло, сытно, хорошо. Что ещё для счастья нужно?

– И что? Поговорили с Таней? Как живёт она? – осторожно поинтересовался взмокший от волнения Гриша. С Таней они по юности лет поженились. Он студент второго курса на экономическом, она студентка первого курса. Не институт, училище. Профессию выбрала товаровед. Познакомились случайно, лбами столкнулись на подножке автобуса. Ёкнуло тогда что-то у Гриши, терять из виду симпатичную девушку не захотел. Познакомились, встречаться стали.

Таня в общежитии жила, приехала из деревни. Простенькая, непривередливая, как городские девушки. Этим Гришу она и подкупила. Зато очень сильно не понравилась его маме. Маргарита Петровна была настроена решительно против. Но Таня, как это чаще всего происходит, забеременела, и, как истинный джентльмен, Гриша, не раздумывая, сделал ей предложение.

Их брак продержался пять лет. Поначалу-то Гриша воспитывал Маринку как свою. Но мама, словно камень воду, точила своего сына тем, что не от него девчонка и от их породы ничего в ней нет. Жили они тогда все вместе, у мамы.

Таня терпеливо сносила подозрения свекрови, её презрение к ней. После рождения Марины очень быстро вышла на работу, отдав чуть подросшую дочку в ясельную группу. Гриша после института на предприятие устроился. Зарплата небольшая, едва хватало им. Мама требование выдвинула тогда, что коммунальные платежи пополам, раз они живут с ней.

Работая обыкновенным продавцом в продуктовом магазине, Таня тоже мало зарабатывала. К тому же при первой же ревизии выявилась огромная недостача, которую повесили на всех и вычитали из зарплаты.

Гриша до появления Тани всегда на широкую ногу жил и ни в чём себе не отказывал. Родители его всегда зажиточными были. Это после смерти папы пришлось затянуть потуже пояс. Мать при отце всю жизнь нигде не работала, до пенсии ещё далеко было. Вот и получилось так, что на плечи Гриши легла огромная ответственность, к которой он не совсем оказался готов с рождением ребёнка.

С Ларисой у него во втором браке совершенно всё по-другому сложилось. Тут и подаренная тестем квартира на их бракосочетание, и козырная должность для Григория.

– Гриша, какая тебе разница, как живёт твоя бывшая жена? Поверь, это не стоит твоего внимания – раздался в трубке раздражённый голос матери.

– Тогда зачем вообще про неё речь завела?

– Ой, всё. Сама не знаю зачем. Беспокоит меня её тихушничество. Как бы в голову что не ударило ей, и на алименты она не подала. Девица-то выросла её, мало ли чего от них ждать.

Маргарита Петровна намеренно смолчала о том, что Тане туго приходится с двумя-то детьми одной, безо всякой поддержки. Это видно по её измождённому виду. Счастливая и самодостаточная женщина выглядит по-другому.

– Таня, если сразу не подала на алименты, то и не подаст – уверенно произнёс Григорий. Свою бывшую жену он хорошо успел изучить в своё время. Совесть его не мучила. От чего? Пускай девочке, которая на его фамилию записана, помогает её биологический отец. Гриша порывался в своё время отцовство проверить. Да мама отговорила, а Таня и не настаивала. Ушла молча, и всё.

– В любом случае будь начеку. Я не верю в случайные встречи – предупредила Маргарита Петровна и отключилась.

***

Марина вернулась домой только под вечер и тут же получила от матери нагоняй. Таня с красными от слёз глазами отхлестала дочь сырым кухонным полотенцем.

– Я же просила тебя Толика после уроков забрать! Он же маленький, пока один не может до дома добираться! А ты что? Бедный ребёнок до самого вечера прождал тебя возле школы. Спасибо, техничка тётя Валя, которая в нашем подъезде живёт, прихватила Толика с собой! Где тебя носило, отвечай!

Марина зло взглянула на мать. Она никогда её не била. Даже в детстве! А с появлением брата всё изменилось. Марина будто перестала существовать для неё. Только один Толик с языка не сходит. Только ему одному и радуется.

– Тебе какая разница, где меня носило! – прокричала Марина, расстроенная ещё и оттого, что с Ильёй разругалась. Весь мир, казалось, против неё сейчас был. Слёзы душили, рыдания готовы были прорваться наружу. Мама ещё не понимает её и не поддерживает совсем.

– Ну как… Какая… Я же тоже переживаю за тебя – растерянно произнесла Таня, опустившись на стул. Взгляд Марины, злой и ненавистный, опустошал. Неужели она не понимает, что бросила своего маленького брата одного? Он же только в садик недавно за ручку ходил, а сейчас должен учиться в большом для него городе самостоятельности. Но ведь пока он научится, должно время пройти! И нужно научить его, объяснить, показать. Таня просила старшую дочь присмотреть за братом. Это же не на всё время! Пока она на работе, а в свои выходные в больнице торчала. Теперь уже по больницам ни к чему таскаться. Только если хуже станет…

– Тебе плевать, плевать на меня давно! – истерично выкрикнула Марина, хлопнув дверью в свою комнату. Тотчас оттуда послышалась громкая музыка, этот нудный реп, от которого у Тани ломило виски.

Господи, как со всем этим справиться? Как Марине всё объяснить? Своим диагнозом она не хотела её грузить и бить её не хотела, и кричать. Просто испуг за Толика довёл её до взвинченного состояния. Не смогла она эмоций своих сдержать и накричала на Марину.

– Мам, не плачь, пожалуйста. Я тебя люблю – неслышно подошедший Толик прижался к матери, положив ей на плечо свою голову – не ругайся на Марину, ладно? Я и с тётей Валей неплохо добрался. А потом сам научусь. Только не плачь, мамочка моя любименькая.

От слов Толика зареветь захотелось ещё горше. Таня вытерла насухо мокрые от слёз щёки, проморгалась, прогоняя новую порцию подступающих слёз, и, крепко обняв сына, уставилась в одну точку. Нет, она не может так просто сдаться. Нужно бороться, до конца. Ради детей. Ради них.

Глава 3

Таня отсутствовала в магазине неделю. Всего лишь неделю. Когда она уходила на больничный, то товаровед заверила её с милой улыбкой, что всё будет в порядке на время её отсутствия. Поэтому Таня не спеша сдавала анализы, сидела в длинных очередях к врачам и о работе голову не забивала. Не детей же в детском саду оставила, взрослых людей.

В своё время и Таня многих заменяла и подменяла, отпускала решать семейные проблемы или лечиться. Так неужели ей всё это теперь не вернётся сторицей?

Вернулось. В виде недостачи в сто тысяч рублей. В каком-то шоковом состоянии, забыв о своём страшном диагнозе и прочих проблемах, Таня сидела в крохотном закутке, именуемом кабинетом, и смотрела тупо в монитор компьютера. Сто тысяч! Какой ужас. Мелкие мурашки побежали по всему телу от предчувствия новых проблем.

– Как так получилось, Аня? – тихо спросила она, вскинув глаза на товароведа.

Аня была молодой девушкой, двадцати пяти лет. Работала бойко, шустро. Умело вела переговоры с поставщиками, принимала товар и следила за всеми продавцами-кассирами. Таня на неё нарадоваться не могла. Ведь таких днём с огнём не сыщешь.

Замужем девушка не была, детей не имела, поэтому могла и до самого поздна в магазине задержаться, утром приходила раньше всех всегда. Лихо каталась на своей «Ауди» и выглядела так, что за директора скорее принимали её, чем измождённую, вечно загруженную Таню.

– А чего вы от меня ждали, Татьяна Валерьевна? – невозмутимо вопросом на вопрос ответила девушка – половина персонала вдруг заболела. Сезон простуд, знаете ли. У меня в наличии осталось всего два кассира и я сама. Мне не разорваться было. Конечно же, те, кто нечист на руку этим воспользовались. Камер нет, охранника нет. Вы что мне предлагаете? Инспектировать торговый зал на сто квадратов и каждого за руку ловить?