Ирина Шестакова – Грехи прошлого (страница 10)
– Здравствуй – с порога раздался недовольный голос Якова. Вид у него был хмурым. Устал, наверное. Вера бросилась к мужу. Курточку, пиджачок помогла снять, сапоги. Всё аккуратно повесила, поставила. Потом постирает и помоет. Главное – накормить теперь главу семьи.
– Яшенька, попробуй огурчики. Вкусные, хрустящие. Я картошечку пожарила, как ты любишь. На сале, с лучком – Вера суетилась возле мужа, нервничая от его неодобрительного взгляда, от приподнятой вверх брови.
Яков был расстроен отказом Нади. Потому и настроения у него не было. Суетливая беготня Веры раздражала, да и сама она тоже. Худющая, один нос картошкой и остался. Глаза вечно красные, с тёмными кругами под ними. Бледная, как поганка. Другое дело Надя. Кровь с молоком. С такой и хмурый день ясным станет.
– Сядь, не суетись – осадил Яша, поморщившись – сама что не ешь? Ходишь, костями гремишь. Питаться надо, Верочка, лучше. А то что люди подумают? Голодом я тебя морю, что ли? Или больная какая ты, не приведи Бог.
Вера растерянно хлопала длинными ресницами. На табурет опустилась, скомкав в руках кухонное полотенчико.
– Да я ем, Яшенька. Кто ж виноват, что консистенция у меня такая? Не поправляюсь я.
– Оно и видно. Всё детдомовская дурь из тебя не выветрится никак. На лице написано, кто ты и откуда.
Яков с раздражением захрустел малосольным огурчиком, картошку в рот отправил.
– Выпить есть что? Устал как собака за день.
Вера вскочила. Как же она забыть могла! Ведь хорошего вина дефицитного для Яши припасла. Такое только начальники пьют, и на витрину его Люда в магазине не выставляет как зря. Кому надо, из-под полы продаст.
– Вот, Яшенька. Выпей с устатку – Вера сама открыла, сама налила в гранёный стакан, других пока не было у них. Руки её дрожали, так и распирало радостной новостью поделиться. Ведь тогда и мрачное настроение Яши улетучится вмиг. Ребёночку он рад будет. Сам же упрекал её, что никак забеременеть не может.
Яков залпом выпил целый стакан, крякнул довольно. Хорошо теперь стало, горячо внутри. Видел он, что Вера сказать ему что-то хочет, да всё жмётся, глаза в сторону отводит.
– Что стряслось-то у тебя? – уже более мягким тоном спросил он, продолжая огурцами хрустеть, да картошку уминать. Рядом грибочки стояли, колбаска тоненькими ломтиками нарезана, хлебушек. Яков разохотился и ещё вина себе налил. Сразу и на Веру раздражение сошло.
– Беременна я, Яшенька – Вера затаила дыхание, не глядя мужу в лицо – у врача сегодня была.
Яков замер со стаканом в руке. Вот этого события он как-то и вовсе пока не ждал.
Глава 11
Май выдался душным. Вера работала через силу. Её постоянно тошнило. От еды, от запахов. А ещё слабость была, вялость. Хотелось только лежать и не вставать.
– Это нормально в вашем состоянии, Верочка – «утешила» врач – идёт гормональная перестройка всего организма. Беременность не болезнь, голубушка. А тошнота вскоре пройдёт, и вы будете наслаждаться своим состоянием.
– Поскорее бы уж – вздыхала Вера. Она теперь пешком не ходила. Ездила с шофёром Егоркой. Он был старше самой Веры лет на пять, но относился к ней с должным уважением. Весёлый и общительный парень отвлекал Веру от грустных мыслей. То одну байку местную расскажет, то другую. Она слушала вполуха и скромно улыбалась.
Веру беспокоил муж. В его лице она что-то радости не увидела, когда о беременности сообщила, и в их отношениях ничего за это время не изменилось. Как был он груб с ней, так и остался. Даже родителям не позвонил, не сообщил. Чего, мол, их зря пока беспокоить, по его словам. Вот срок побольше будет, тогда и расскажет. А сейчас нечего, а то сглазить можно.
Мужу Вера не перечила. Молчать приказал – хорошо. Она и сама придерживалась того же мнения. Хоть и видели её несколько раз в женской консультации, а расспрашивать не решались. За спиной всё шушукались. Вера на это шушуканье внимания старалась не обращать. Она вообще как-то за это время с Людмилой сблизилась. Вроде как старшей сестры она для неё, что ли, была.
Всего ей Вера не доверяла, конечно. Да Люда и сама в душу не лезла. Но некоторые её советы при тошноте и вправду помогали, и дома Вере было значительно лучше.
– Скоро юбилей у нашего посёлка. Праздничный концерт теперь устроят. Передовиков чествовать будут и другой люд, что на благо посёлка трудится. Якова Витальевича тоже поздравлять со сцены будут. Тогда вам и не только вам, наверное, и ключи от квартиры вручат. Дом-то уже сдали – прищурив глаза, произнесла Люда.
– Наверное, вручат – пожала плечами Вера – только я что-то уже в частном доме привыкла жить. Мне бы ещё огород научиться сажать. Свежий воздух, тишина. Во двор выйду утром и слушаю, стою пение птичек, на верхушки сосен любуюсь. А в посёлке что? В квартире такой роскоши не будет.
– Зато воду таскать из колонки не нужно, печку топить, и всё под боком. Работа, больница. На автобусе не трястись. А то не дай Бог что, пока скорую дождёшься до вас…
Люда не договорила, прикусив язык. Ходили сплетни неуверенно среди своих, что Яков Виталич служебный роман крутит. Да видно Вера пока не в курсе была. А в её положении и подавно знать об том не надобно.
– Ты о чём, Люда? Зачем мне скорая? К родам я уже тут буду, в посёлке. А так из Лесхоза уезжать не хочется. Но как Яша решит, так и будет.
– Вы бы, Вера Михална не шибко к мужу прислушивались. Своё мнение тоже иметь надо. А то ведь не ровен час супруг ваш ноги начнёт об вас вытирать – вырвалось у Люды – сейчас не прошлый век и у женщин прав прибавилось. Мужик он в семье, конечно, голова, но женщина всё же шея. Мудрая баба знает, как быть «шеей» и куда правильно «голову» повернуть.
Вера к словам Люды прислушивалась, но что она могла со своим характером поделать? Уж такой она родилась. Её и в детском доме всегда подружка Зойка защищала, если обижал кто. Журила она Веру постоянно, ума вкладывала, что по такой жизни нельзя быть нюней. Вера старалась, внимала. Но когда наступал какой-нибудь решающий момент и нужно было проявить себя, то у Веры страшно дрожали руки, сердце стучало и мурашки по телу бегали, вызывая холодный пот. Такие панические атаки были частыми предвестниками.
В конце концов Вера решила с собой не бороться. Чем она хуже других? Скромная, да. И что? Яша полюбил её и женился. Не было бы чувств, зачем бы ему свадьбу с Верой играть. Как Ася ей тогда говорила, «
После окончания рабочего дня Егорка отвёз Веру домой. С ветерком домчал, за сорок минут. Возле дома притормозил и неожиданно Веру Михалну за руку схватил, не давая из салона вылезти.
– Вам помочь может чем, Вера Михална? Давайте воды натаскаю вам, или ещё чего поделаю?
– Что ты, Егор! Зачем? Это уже лишнее – Вера покраснела, как маков цвет. Заметила она, что Егор как-то заглядываться на неё стал. Было бы на что! С момента беременности, Вера только ещё сильнее похудела и подурнела. Яша вон смотреть на неё без раздражения не может. То и дело повторяет, что все бабы как бабы при беременности, округлые и мягкие, а Вера что скелет. Зла не хватает на неё! Ребёнок хоть бы здоровый родился, а то ещё, может, и выносить не сможет? Веру слова мужа задевали. Обижал он её этим сильно, только пока она ответ придумывала, Яша уже на боковую ложился и храпел.
– Просто… Просто слыхал я, что нельзя вам тяжёлое сейчас ничего. Вот и решил помочь. Вы только плохого обо мне ничего не думайте! Меня так мамка воспитала к женщине уважительно относиться и бескорыстно помогать. Муж-то ваш человек занятой, домой теперь поздно приезжает, а мне вам помочь нетрудно.
Вера мягко высвободила руку. Ещё не хватало, чтобы из соседей кто увидел. А то сплетни пойдут тут же.
– Спасибо, Егор. Мне помощь не нужна – покачала Вера головой – жениться бы тебе. Уверена, золотой муж из тебя будет.
Егор резко отвернул лицо, упёрся подбородком в руль. Взгляд его устремился куда-то вдаль, брови нахмурились.
– Муж-то из меня, может, и золотой будет, только не любая девушка мне по сердцу придётся. Доброго вам вечера, Вера Михайловна. Извиняйте, если что не так сказал вам. Завтра за вами как обычно заехать?
– Егор, не нужно за мной по утрам бензин катать. Я на автобусе прекрасно доберусь. До завтра.
Вера выскочила из машины и торопливо направилась к дому. Егор её смутил. Неужели он в неё влюбился? Да нет, не может такого быть. Сама Вера очень сильно мужа любила и другого мужчину себе не представляла на его месте. Чем дольше они жили в браке, тем крепче Вера привязывалась к Яше.
Зеркало, висевшее в кухне, показало невыразительное лицо. Вера прижала холодные ладони к бледным щекам. А ведь какой красавицей ещё недавно была. Но, может, это впервые месяцы беременности так! Потом снова глаза её засияют, щёки румянцем нальются!
Дождавшись, когда Егор умчит обратно в посёлок, Вера набросила вязаную шаль на плечи и, заперев дом, вышла за калитку. Ведь интересно же им с Яшей раньше было. Она ему что-то рассказывала, он. Куда только делось что. Может, сейчас с работы его встретит, да лесочком пройдутся, прогуляются перед сном.
Вечер-то дивный какой стоит, не надышаться. Романтики в их отношениях не хватает. Вот бы такой, как Ася быть или Люда! Чтоб глаз горел, лицо в улыбке расплывалось, а слова так и лились ручьём. Вера вздохнула. Кому что дано. Скучная она стала. Вот Яша и сам стух возле неё. Не подпитывает она огонь любви ничем. Её вина.