Ирина Шайлина – Путевка в роддом (страница 4)

— Ну, посидите тут, и домой, — сказал я и ободряюще похлопал даму по плечу.

Признаться, за следующий час я про нее забыл. И про соблазнительную пятую точку, и про капли в декольте. Меня таки поймал Афанасьев, пришлось выдержать максимально скучную беседу. Потом меня вовсе вытолкали на сцену, где начали благодарить за вклад в спасение бездомных животных и бездомных людей. А я даже не знал, что я их спасал — просто распорядился, чтобы часть дохода уходила на благотворительность. Пришлось толкнуть скучную речь, потом основательно выпить, запивая стресс — каждый раз выступая где-то вспоминаю маленького Пашу на утреннике, который стоит перед толпой мам и бабушек, пытаясь вспомнить свой стишок.

В общем из ресторана я вырвался изрядно навеселе, уставший, и успешно избежавший старую жену и всех новых претенденток. На парковке с удовольствием закурил — курил я редко, но каждый раз в охотку.

— Артем, ты где? — позвонил я водителю. — Я вышел уже, давай скорее.

Парковка была забита, поэтому ему нужно было развернуться, совершая неудобный маневр. Затем он вышел из машины и открыл передо мной дверь.

— Вы богатый, да? — услышал я женский голос.

Голос был мне знаком и я недоуменно развернулся. Она сидела на бордюре позади машин, прежде мной незамеченная. Уже в пальто. К груди по прежнему прижимала бутылку, только теперь пустую. По бутылке, и разумеется по маске, я ее и узнал.

— Нет, — ответил я. — Есть люди и богаче.

— Но вам водитель открыл дверь в машину.

— Я знал, что выпью и заранее договорился о назначении мне машины с водителем.

— Кайф, — сонно отозвалась девушка и зевнула, завалившись назад и едва не упал в снег.

Позади нас уже начинала разворачиваться другая машина и скоро мы начнем ей мешать.

— Вы почему домой не едете?

— А мне некуда.

— Вы бомж?

Дама обиделась.

— У меня двушка, — гордо ответила она еще раз зевнув. — Только туда я завтра поеду. Там Лиза и Костя. А я их не люблю. Знаете, почему?

— Почему? — послушно спросил я.

— Потому что я плохая! А еще старая!

— И я старый, — вздохнул я. — Куда вам такси вызвать?

Девушка упрямо покачала головой, машина сзади сердито засигналила. Я выругался. Оставлять ее жопой в сугробе очень не хотелось.

— Артем, помоги ее в машину, по дороге разберёмся, куда везти.

В машину мы ее запихали. Тронулись

А вот разобраться куда везти никак не выходило. Она начала плакать. Говорила, что плохая и какой-то Костя ее не любит. И Леша этого не понимает. Поэтому она обиделась на Лизу. Ещё в повествовании фигурировал какой-то Вася, единственное, что я понял — у дамы очень бурная личная жизнь. А затем она и вовсе уснула свесив голову и тихонько посапывая из под кружевной маски.

— Может ей хоть маску снять, — спросил Артем. — Чтобы не задохнулась.

— Она анонимность соблюдает, — мрачно буркнул я. — Что вот с ней делать?

— Оставить в ближайшем отделении полиции?

Поступить так у меня рука не поднималась. Искать номер в отелях — прорва времени уйдет, перед новым годом все забито. На Адмиралтейскую везти, так у меня ключей с собой нет. Да и Полинка ее побьет.

— Хер с ним, — решил я. — Давай ко мне. Протрезвеет и уйдёт. Не считая того, что у нее похоже любовников штук пять и пьяна в дрова, где то в ней проглядывает порядочность и даже как будто интеллигентность.

Артем заехал на подземную парковку. Дама все так же посапывала, не проснулась даже когда я закинул ее на плечо. Внеся в квартиру я стал выгружать ее на диван в гостиной и вот тогда то она проснулась. Распахнула испуганно голубые глаза, затем словно узнала меня, потянулась сонно, закинула руки, притягивая меня к себе и чуть царапая кожу на моей шее своей маской.

Глава 5. Вера

Я просыпалась с трудом. Сон был словно песок зыбучий, затягивал меня в себя и не выпуская, но спать дальше было решительно невозможно — в висках пульсировало, а изнутри раздирало таким сушняком, словно я ужинала картоном, не запивая.

— Мне же нельзя пить, — глухо простонала я.

Голос едва продирался через иссохшее горло. Я открыла глаза. Некоторое время пространство вокруг меня вращалось, затем, неуверенно затрепетав, все же зафиксировалось на одном месте. Я растерянно моргнула. В поле моего зрения попала стена нейтрального, светло-серого оттенка. Пушистый бежевый ковер на полу. Выводы простые — я не в своей квартире. Ковров у меня не имелось вовсе, на них собиралась Васькина шерсть.

Я приложила все усилия, повернулась на спину, а затем и на другой бок. И — едва не заорала вслух, пришлось прикрыть ладонью рот и тихо, но истерично что-то в него промычать. На второй половине кровати спал мужчина.

— Матерь господня, — пробормотала я.

Я не была святой — в моей жизни было мужчины. Но все, как полагается. Сначала знакомства, потом свидания и прогулки в парке, затем первый поцелуй. Каждый раз я думала, что это серьезно, это навсегда, и короче двух лет у меня отношений не было. А сейчас — я в постели с незнакомым мне мужчиной.

Лица я его не видела — лежал на животе отвернувшись в другую сторону. Но и коротко стриженные русые волосы, и две родинки на лопатке, да и вообще вся ситуация говорила мне о том, что я его первый раз в жизни вижу.

— Ужас какой, — прошептала я.

Заглянула под своё одеяло и снова глухо застонала — голенькая, прямо, как мать родила. Потом осторожно, чтобы не разбудить, заглянула под соседнее одеяло. Моему взгляду предстали обнажённые крепкие ягодицы, на одной из них еще одна родинка красуется.

Я пала ниже некуда. Я осторожно села на кровати. К моему боку приклеилась моя же маскарадная маска, оставив на коже забавные вмятины. Я расправила ее, как смогла, и вновь надела на лицо. Пусть голая — зато инкогнито.

Затем прижав к себе одеяло прокралась прочь из комнаты. В коридоре на полу валялись мои капронки — безнадёжно порванные, даже поднимать не стала. Пошла дальше по квартире, которая впечатляла — такие широкие коридоры в жилых помещениях мне еще не встречались. И все так дорого богато. Платье нашлось в гостиной. Там же и пальто, там же и сапоги. Нашелся лифчик, трусики канули в лету. Бог с ними, главное сбежать до тех пор, пока хозяин квартиры не проснулся.

Я натянула на себя платье, лифчик просто запихала в сумку. Сапоги, пальто — готова бежать. Уже на выходе из квартиры поняла, что так и не попила и если не попью, то умру сейчас.

Входная дверь открылась, когда я судорожно искала стакан. Процокали каблучки и на кухню вплыла девушка из телевизора, потому что в реальной жизни таких быть не должно, слишком идеальная. Высокая. Волосы белоснежные по пояс. Чуть вздёрнутый носик. Пухлые губки. Ресницы — до бровей.

— Что вы здесь делаете? — сурово спросила она.

— Водички хотела попить, — тихо пискнула я.

Девушка закатила глаза.

— Где мой муж?

— М…., — невразумительно промычала я. — М…муж?

Такое грехопадение просто не укладывалось в моей голове. Вера так не делает. Не напивается и не занимается сексом с чужими мужьями, впрочем поди вспомни, был этот секс или нет.

— Муж, — подтвердила блондинка.

— Это не то, что вы подумали, — торопливо пробормотала я. — И водички мне перехотелось. До свидания. Нет, прощайте. Простите.

Я стрелой промчалась мимо красавицы и юркнула в дверь, которую она не успела закрыть. Раз десять нетерпеливо нажала на кнопку вызова обоих лифтов. Уже изнемогала от жажды, но жизнь дороже, в квартиру под страхом расстрела не вернусь.

Наконец прибыл лифт, затем слава богу закрылся пряча меня, и я покинула место преступления. Внизу — огромный холл. Весь в мраморе. Посередине фонтанчик. Мягкие кресла. Настоящая зелень. Не подъезд, а просто дворец какой-то.

У входа стоял консьерж, а из-за стекла на меня внимательно смотрел дюжий охранник — богатеи очень волновались о своей безопасности. Под их немигающими взглядами я наконец выкатилась из подъезда.

Жилищный комплекс состоял из трех высоток, что стояли почти идеальным треугольником, скрывая обширный внутренний двор со сквером, несколькими детскими площадками, беседками, и фонтаном, куда ж без него. Фонтан был засыпан снегом.

Я не могла открыть калитку сама, поэтому стояла и ждала, пока меня кто нибудь выпустит. Прошла за женщиной с собачкой — обе одарили меня осуждением. Конечно, конец декабря, я без колготок и трусов, коленки мёрзнут, еще и чья-то жена чуть не побила. Я снова застонала.

От богатого комплекса я почти бегом добежала до соседних, тоже богаче, но поскромнее. Там стоя у калитки заказала такси. Пить хотелось невыносимо и ни одного магазина не видно.

Оглянувшись еще разок я решилась сожрать снежок. С земли подбирать было боязно, тут собаки писают и мужики окурки бросают, поэтому взяла снег с ближайшей припаркованной машины. Укусила. Заломило холодом зубы, а затем божественная влага просочилась в измученное горло. Хорошо, но мало, я весь снег сожрать готова, может хоть благодарность от города выпишут.

Такси приехало, когда я доедала второй снежок. Я закинула в рот последний кусочек и села в машину.

— Тяжелый день? — сочувственно спросил таксист, глядя на мои голые, розовые от холода коленки и помятую маску на лице.

— Вы даже не представляете, — мрачно ответила я.

До дома оказалось не так далеко — добралась меньше, чем за полчаса. Подавила желание сожрать еще один снежок в своем дворе и поспешила в подъезд. Коленки уже щипало от холода. Маску я сорвала и запихала в карман пальто.