Ирина Селина – Трилогия. Пелагеевы сны. Книга первая. Пока я сплю (страница 3)

- Неделями! Неделями не с кем поговорить. Скоро во рту завоняет, - пробурчала пожилая женщина, и ее подслеповатые глаза привычно наполнились слезами.

Боль потихоньку отступала. И в сознание Пелагеи стали проявляться образы только что увиденного сна.

- Какая же красота невиданная мне сейчас приснилась, – укладываясь обратно в постель, не удержалась она от улыбки. – Розовая планета, инкубатор, волшебная музыка, тихим мужской голос… Просто - фантастика! Приснится же такое.

По привычке, Пелагея собиралась провести остаток ночи без сна. Многолетняя бессонница приучила ее смиренно и терпеливо переносить мучительные ночные часы, дожидаясь рассвета. Но! Впервые за много лет, глаза Пелагеи закрылись, и она моментально провалилась в глубокий и долгий сон.

Глава 3

Тщательно причесав коротко стриженные седые волосы и надев лёгкое платье, Пелагея вышла на улицу. Пройдя вдоль длинного многоэтажного дома, она свернула на зелёную аллейку, которая с одной стороны была обрамлена стеной высоких тополей, а с другой — пышно разросшимися кустами сирени.

Аллейка в этот вечерний тихий час была безлюдной, и женщина неспешно передвигала своё грузное тело к дому приятельницы, что жила неподалёку. Сумерки окутывали её словно ватой, делая приглушёнными щебетание птиц в кронах деревьев, голоса играющих во дворах детей и шум редких автомобилей. Но, вдруг Пелагея отчётливо услышала странную мелодию, которая отозвалась в сердце щемящей, но удивительно светлой грустью. Чем внимательнее женщина прислушивалась, тем тревожнее становилось на душе. Звуки были не похожи ни на один музыкальный инструмент. Казалось, они сгущаются вокруг неё, обволакивают звенящими волнами и становятся почти видимыми в предвечернем воздухе.

Испугавшись этого странного ощущения, Пелагея остановилась. Озираясь по сторонам, она пыталась угадать источник необыкновенной мелодии. Через несколько мгновений она скорее почувствовала телом, чем услышала - музыка доносилась со школьного стадиона, спрятанного за густыми зарослями сирени. Свернув на узкую тропинку между кустами, женщина осторожно двинулась вперёд, и почти сразу увидела её. Огромную металлическую конструкцию в центре спортивной площадки. На первый взгляд она напоминала небольшую подводную лодку. Но лишь на первый взгляд. Поверхность загадочного аппарата переливалась всеми цветами радуги. Она словно жила собственной жизнью, меняя оттенки в такт таинственной мелодии.

От изумления Пелагея открыла рот, но останавливаться не стала. Будто загипнотизированная, она продолжала двигаться вперёд. Подойдя почти вплотную, женщина замерла. В ту же секунду верхняя часть конструкции вспыхнула ослепительным светом. Яркий луч ударил в темнеющее небо, и Пелагея невольно прикрыла глаза рукой. Внутри светового столба начали проступать очертания фигуры.

Фигура шагнула вперёд, и замерла. Свет погас так же внезапно, как и появился. Наступила тишина, и лишь где-то внутри аппарата слышалось мерное жужжание.

Пелагея вздрогнула. Она ожидала увидеть кого угодно: инопланетянина с зелёной кожей, робота, светящееся облако, да хоть чёрта с рогами. Но существо, стоявшее перед ней, выглядело почти обычным человеком. Правда очень высоким… выше любого человека, которого ей доводилось встречать: широкие плечи, прямая осанка, спокойная уверенность в каждом движении. На нём был светлый костюм необычного покроя. Ткань казалась одновременно плотной и почти невесомой. Высокий серебристый, на первый взгляд выглядевший частью одежды, воротник поднимался к самому подбородку. Однако Пелагея почему-то сразу почувствовала, что назначение у него гораздо сложнее. От воротника по шее тянулись тонкие серебристые линии, которые едва заметно светились под кожей. Создавалось впечатление, что внутри его тела текли не кровь и нервы, а жидкий свет. Нижнюю часть лица закрывала узкая полумаска из матового серебристого материала. Но когда он приблизился, полумаска бесшумно растворилась. Будто её никогда и не существовало. Именно тогда Пелагея впервые увидела его лицо - слишком красивое и правильное. Как будто природа потратила на него особенно много времени. Но самым странным в незнакомце были глаза: светло-серые, почти серебряные. В их глубине мерцали крошечные световые отблески. И когда он повернул голову, Пелагее показалось, что внутри зрачков на мгновение вспыхнули какие-то геометрические фигуры. Что-то похожее на маленькую вращающуюся пирамидку. Женщина моргнула, и видение исчезло… «Наверное, показалось», - подумала она. Взгляд же незнакомца не был изучающим или высокомерным. Скорее он смотрел так, словно ждал встречи очень долго. И теперь пытался убедиться, что Пелагея действительно существует. А затем прозвучал его голос: спокойный и приятный, но какой-то, как показалось Пелагее, немного механический. В нём проскальзывали щелчки и тихий треск.

— Гея...

Слово прозвучало так, словно значило для него гораздо больше, чем просто имя. Пелагея нахмурилась.

— Какая ещё Гея? Незнакомец неожиданно улыбнулся. И эта улыбка вдруг сделала его удивительно живым... почти земным.

— Полагаю, нам предстоит очень долгий разговор, - тихо произнес он, и на несколько секунд замолчал, будто не верил собственным глазам. — Наконец-то мы встретились.

От этих слов по спине женщины пробежал холодок. Ей почему-то показалось, что незнакомец произнёс их совершенно искренне.

— Не стоит так волноваться, Гея, — продолжил мужчина. — Всё самое плохое на этой планете с тобой уже случилось. Я прилетел, чтобы избавить тебя от болезней и забрать домой.

— Домой? — растерянно переспросила она.

— Да.

— Но… вероятно…Вы меня с кем-то перепутали.

— Нет.

— Меня зовут Пелагея.

— Я знаю.

— Тогда почему называете Геей?

— Потому что это твоё имя.

Пелагея недовольно поджала губы. Странный разговор начинал её раздражать.

— Молодой человек, меня почти семьдесят лет называют Пелагеей. Это – моё имя!

— Для Земли — да.

— А для чего ещё?

На мгновение незнакомец замолчал.

— Для меня ты всегда была Геей.

От его спокойной уверенности становилось не по себе. И Пелагея стала внимательно рассматривать собеседника.

Он действительно казался молодым… По крайней мере внешне. Однако смущала её вовсе не красота, а взгляд. Незнакомец смотрел на неё так внимательно, словно видел перед собой не пожилую женщину в простом платье, а кого-то совершенно другого. Именно это заставляло чувствовать себя неловко.

— Почему я? — неожиданно спросила Пелагея.

Мужчина ответил сразу:

— Потому что только ты смогла пройти этот путь.

— Какой путь?

— Очень длинный.

Он помолчал.

— И очень одинокий.

У женщины болезненно сжалось сердце. Слова прозвучали слишком точно. Словно он каким-то образом заглянул в её душу.

— Кто вы такой?

— Лагей.

— И кто - этот Лагей?

В глазах незнакомца мелькнуло что-то похожее на грусть.

— Когда-то мы принадлежали друг другу.

— Ого! С каждой минутой становится всё любопытнее! Что сие значит?

— Не сейчас, Гея.

Его голос стал неожиданно мягким, но в нем продолжали звучать щелчки.

— Я слишком долго ждал этой встречи, чтобы испортить её объяснениями.

Пелагея окончательно растерялась. Она никак не могла решить, кто перед ней. Безумец? Фокусник? Инопланетянин? Или просто, это очередной странный сон. Последнее объяснение нравилось ей больше всего. Ведь, сон мог объяснить всё: и космолёт, и музыку, и этого невероятного красавца. А также эти его нелепые речи про воссоединение спустя тысячи лет.

— Допустим, я соглашусь тебя выслушать, — осторожно произнесла она. — И что дальше?

— Дальше мы поговорим в более удобном месте.

— Здесь тебе неудобно?

— Здесь небезопасно.

Пелагея невольно рассмеялась. Лагей неожиданно замолчал и, хотя пауза длилась всего несколько секунд, Пелагея успела её заметить. Что-то изменилось в выражении его лица. Не настолько сильно, чтобы она могла точно понять, что именно, но достаточно, чтобы насторожиться. Сначала ей показалось, что он удивился. Потом — что растерялся. Однако ни одно из этих объяснений не подходило. Скорее, в его взгляде появилось какое-то странное внимание, почти забытое любопытство человека, который вдруг столкнулся с чем-то очень редким и неожиданно важным. Он смотрел на неё так, словно пытался уловить не сам смех, а то, что стояло за ним.

— Что? — подозрительно спросила Пелагея.

Лагей словно очнулся от своих мыслей.

— Ничего, — ответил он слишком поспешно.

Но даже после этого его взгляд ещё некоторое время оставался на её лице. И Пелагее вдруг почудилось, что этот странный человек пытается запомнить каждую чёрточку, каждую интонацию, каждый оттенок её улыбки, будто боялся снова всё это потерять. Женщина невольно смутилась, и поспешно попыталась продолжить разговор:

— Небезопасно здесь находится? Для кого? Для меня или для тебя?

— Прежде всего, для твоего спокойствия.

Он слегка повернул голову в сторону пустых трибун, и по его скуле и вискам пробежала маленькая серебристая молния.

— Скоро здесь появятся люди.

— Ну и что?