Некоторые привязки к абсолютным датам позволяют сделать и дендрохронологические исследования (Haffner А., 1979). Под одним из умбонов, найденных в Ла Тене, сохранились остатки дубового щита. Умбон относится к тинам, характерным для ступени С1, а точнее, к самому началу этой ступени и в основном к переходной фазе В2/С1. На корреляционных таблицах И. Буйны находки таких умбонов легли на границу между В2/С1 и B2b (Bujna J., 1982, Abb. 3, 47; 5, 47). Дендрохронология дает 229 г. до н. э. (Haffner А., 1979, s. 405). Остатки обуглившегося дерева из погребения 96 могильника Ведерат на Рейне с фибулами, характерными уже для ступени С1b, определили дату 208 г. до н. э., а исследование бревен моста в Тилле (Швейцария), где все сопровождающие находки относятся к ступени D, показало, что деревья были срублены между 120 и 116 гг. до н. э. (Haffner А., 1979, s. 405–409). Таким образом, дендрохронология не противоречит датировкам, полученным из историко-археологических сопоставлений. К сожалению, по-прежнему нет даты, уточняющей границу ступеней С1 и С2.
Несколько слов о переходе к римскому времени в Европе. Процесс этот растянулся почти на 100 лет. В верховьях Дуная и Рейна С. Рикхофф выделила два этапа сложения зачатков провинциальноримской культуры с соответствующим набором вещей (Rieckhoff S., 1975). Первый этап соответствует времени после галльских войн и до 20–15 гг. до н. э. Параллельно ему на кельтских территориях, остававшихся свободными, существуют вещи латена D 2, а вся остальная Европа продолжала еще жить в позднем предримском времени, в его поздней фазе. Выделяется еще переходный горизонт Гроссромштедт, он же «горизонт прогнутых фибул» (Peschei К., 1968, s. 192–206), продолжавшийся на средней Эльбе вплоть до середины I в. н. э. (Schmidt-Thielbeer Е., 1967, s. 28). С оккупацией Норика, Реции и Паннонии начинается второй этап раннего римского времени на правобережье Дуная, а на некоторых участках, слабо подвергшихся романизации — ступень Латен D3, имеющая уже сугубо локальное значение (в основном это северо-восточная Бавария).
На территории Чехии римское время ступени B1a начинается после заключения договора римлян с вождем маркоманнов Марободом в 6 г. н. э., после чего в Европу хлынула первая «чешская» волна импорта (Motyková-Šneidrová К., 1965; Tejral J., 1969; Wołągiewicz R., 1970). С 19–20 гг., с образованием «буферного» государства Ванния, начинается римское время в Словакии, следует «словацкая» волна импорта — ступень В1b (Tejral J., 1969; Wołągiewicz R., 1970). Выделяется затем здесь и переходный этап B1c (Kolnik Т., 1971).
На территории Польши во время B1a еще сохраняется позднее предримское время. Римское время наступает здесь с появлением фибул Альмгрен 68, т. е. где-то в интервале 40–70 гг. (Liana Т., 1970, s. 429–491; Dąbrowska Т., 1976, s. 153–165). И только ступень В2, начало которой синхронизируется с эпохой Флавиев (70-90-е годы н. э.), имеет уже общеевропейское значение.
Латенские памятники Закарпатья и находки к востоку от Карпат в рамках уточненной системы европейской хронологии выглядят следующим образом (рис. 3; 4).
Рис. 3. Хронологическая позиция латенских вещей Закарпатья. Составитель М.Б. Щукин.
1 — меч с Х-видной рукояткой (табл. XXV, 2); 2 — дротик с длинной втулкой (табл. XXV, 18); 3 — «рубчатые» браслеты (табл. XXVI, 20, 21); 4 — браслеты с тройными шишечками (табл. XXVI, 22); 5 — меч с «колоколовидной» слабоизогнутой гардой (табл. XXV, 1); 6 — фибула с шаром на ножке (табл. XXVI, 2); 7 — мюнзингенская фибула (табл. XXVI, 7); 8 — «пауковидная» фибула (табл. XXVI, 4); 9 — поясной крючок (табл. XXVI, 3); 10 — поясной крючок в виде головки бычка (табл. XXVI, 14); 11 — чека осей повозки (табл. XXV, 16); 12 — браслеты из сапропелита; 13 — браслеты из полых полусфер (табл. XXVI, 19); 14 — железные пояса-портупеи (табл. XXVI, 16, 17); 15 — ножи секачи (табл. XXIV, 5, 6); 16 — среднелатенские скрепленные фибулы с шариками (табл. XXVI, 5); 17 — крючок «выбитого» пояса-портупеи (табл. XXVI, 18); 18 — женские бронзовые пояса-цепи (табл. XXVI, 1, 15); 19 — стеклянные гладкие браслеты; 20 — графитированная керамика (табл. XXVIII, 6); 21 — эсовидные псалии (табл. XXV, 14); 22 — среднелатенские гладкие фибулы (табл. XXVI, 6, 13); 23 — расписная керамика (табл. XXVIII, 1).
Комплексы:
2–4 — Куштановицы, курган XI; 13–19 — клад из Малой Бегани; 22–23 — курган у с. Бобовое.
Рис. 4. Хронология основных латенских находок к востоку от Карпат. Составитель М.Б. Щукин.
1–3 — духцовские фибулы с «гусеничной» спинкой (Дубляны, Тростяница, Долиняны; табл. XXVII, 12, 14); 4 — «рубчатые» браслеты (Иване-Пусте и др.); 5, 6 — гривны с маленькими печатевидными окончаниями (Мельниковка, Макаров Остров; табл. XXVII, 9); 7 — «волнистые» гривны (Пекари; табл. XXVII, 13); 8-12 — классические духцовские фибулы (Залесье, Липлява, Малая Сахарна, Рудь, Головно; табл. XXVII, 7, 8); 13 — фибулы, переходные от духцовских к «пауковидным» (Биевцы; табл. XXVII, 6); 14 — «пауковидные» фибулы с «фальшивой» пружиной (табл. XXVII, 10); 15 — фибула типа Говора Сад (табл. XXVII, 11); 16 — фибула из Калфы (табл. XXVII, 1); 17 — браслеты из сапропелита (Горошова; табл. XXVII, 5); 18, 23, 24 — графитированная керамика (Горошова, Бовшев, Велемичи); 19 — стеклянные браслеты (Степановка); 22 — серая гончарная керамика (Бовшев).
Самой ранней кельтской вещью из советского Закарпатья может быть короткий меч с иксовидной рукоятью, найденный в Галиш-Ловачке (табл. XXV, 2). Такие мечи, зачастую украшенные бронзовой человеческой головкой, характерны еще для Латена А (Godłowski К., 1977, tab. I, 6, 11). Впрочем, спорадически они встречаются на всем протяжении существования культуры вплоть до позднего Латена. Поздние, вероятно, имели уже не боевое, а культурное назначение (Duval P.-М., 1977, fig. 187; 188, p. 182; Megaw J.V.С., 1970, fig. 228; 229).
Второй меч из Галиш-Ловачки, сохранность которого позволяет определить тип (табл. XXV, 7), относится к Латену В2 и С1. У него слабоизогнутая треугольная гарда, клинок без сложной профилировки и с плавносужающимся острием — тип 1 по классификации 3. Возьняка (Woźniak Z., 1974, s. 87, fig. 7, 1; Bujna J., 1982, fig. 5, 44, 49).
Среди достаточно многочисленных наконечников копий и дротиков из Закарпатья (Бiдзiля В.I., 1971, рис. 29) нет характерных для Латена Б широких листовидных. Все относятся к Латену С. Исключение составляет лишь дротик с длинной втулкой (табл. XXV, 17). Аналогичный найден в могильнике Карнча-Гура около Вроцлава (Woźniak Z., 1970, tab. I, 1, s. 57) и датируется еще ступенью В1 (Еременко В.Е., 1986, с. 12).
Трудно с достаточной определенностью датировать псалии из Галиш-Ловачки (табл. XXV, 14). С одной стороны, они по форме повторяют скифские архаического периода. С другой стороны, в южных областях латенской культуры дуговидные псалии с шишечками на концах и двумя отверстиями на восьмерковидном расширении в середине встречаются на памятниках Латена С2 и D. Они известны в материалах оппидумов Манхинг, Страдоницы, в кельтских погребениях Трансильвании и Шампани, на поселениях в Румынии и Болгарии (Каспарова К.В., 1981, с. 73, рис. 9).
Кельты широко пользовались колесницами, использовали их и в военном деле. Различные детали колесниц, в том числе чеки, удерживающие колеса на оси, встречаются достаточно часто в латенской культуре. Роскошный вариант их в стиле «чеширского кота» найден, например, в Мезеке в Болгарии (Duval Р.-М., 1977, fig. 103). Комплекс, по всей вероятности, относится ко времени оккупации Фракии кельтами в 280–212 гг. до н. э., т. е. соответствует ступени В2Ь. Более простые чеки из Трансильвании и Венгрии 3. Возьняк датировал ступенями В2 и С (Woźniak Z., 1974, s. 55, fig. 4; 5; 6). Так же, вероятно, следует датировать и находки из Закарпатья (табл. XXV, 16) (Бiдзiля В.I., 1971, рис. 17, 1–3; Еременко В.Е., 1986, с. 12).
Бронзовые и железные «рубчатые» или «гусеничные» браслеты, представленные в Галиш-Ловачке (табл. XXVI, 20, 21), характерны для всего горизонта Духцов-Мюнзинген, включая и его позднюю, «выклинивающуюся» часть (Kruta V., 1979, fig. 1). Корреляционные таблицы И. Буйны демонстрируют, что в Карпатской котловине появляются они на рубеже ступеней B1 и В2а и иногда сочетаются и с вещами переходной ступени В2/С1 (Bujna J., 1982, Abb. 2, 9). Браслеты с тройными выступами-шишечками (табл. XXVI, 22) тоже появляются на рубеже Латена B1 и В2 (Еременко В.Е., 1986, с. 12; Marić Z., 1963, tab. II, 20; Woźniak Z., 1974, s. 42; Kruta V., 1979, fig. 1, 81, 106), но существует очень долго, в других культурах — вплоть до первых веков нашей эры (Зубарь В.М., 1982, с. 95, 96). Чрезвычайно характерным элементом юго-восточного ареала латенской культуры являются бронзовые браслеты из полых полусфер, скрепленных шарнирами. Их иногда считают ножными. Один такой браслет происходит из Галиш-Ловачки (табл. XXVI, 19), деталь второго — из клада в Малой Бега ни. Оба представляют поздние варианты этого типа украшений — из трех-четырех очень крупных звеньев. По И. Буйне, они появляются на ступени В2/С1 и существуют на протяжении всей ступени С1 (Bujna J., 1982, Abb. 2, 28), т. e. от последней четверти III приблизительно до середины II в. до н. э. О существовании их вплоть до начала ступени С2 свидетельствует и сочетание обломка такого браслета с гладким стеклянным в кладе из Малой Бегани.
