Ирина Рай – Шёпот Кха'ззри (страница 4)
Изабелла ждала Эйдана в глубине своего игорного дома, в личном зале, куда редко ступала нога постороннего.
Тяжелые портьеры из черного бархата плотно задернуты, не пропускали ни лучика света. Единственным источником освещения служили несколько высоких канделябров, уставленных толстыми свечами. Их пламя трепетало, бросая причудливые отблески на роскошную мебель, резьбу по темному дереву, и, главное, на саму Изабеллу.
Она стояла у камина, обернувшись к нему спиной, и пламя, лизавшее поленья, играло в ее распущенных, цвета воронова крыла волосах. Длинное бархатное платье облегало ее фигуру, подчеркивая каждый изгиб.
В полумраке ее кожа казалась словно бы светящейся, а глаза – бездонными, темными озерами, полными обещаний и тайн. Она была воплощением порока и соблазна, женщиной, способной свести с ума одним взглядом, одним жестом.
Когда Эйдан вошел, она медленно повернулась, и на ее губах расцвела ленивая, чувственная улыбка.
– Ну здравствуй, Эйдан, – произнесла она голосом, звучавшим словно бархатное мурлыканье кошки. – Я думала, ты совсем забыл, как я выгляжу.
Эйдан ощутил знакомое напряжение в висках. Этот голос, низкий и вкрадчивый, всегда действовал на него, как наркотик – дурманил, ослабляя волю. Он заставил себя остаться невозмутимым, вцепившись в этот образ гвардейца, как в якорь. Его собственный взгляд был намеренно холоден.
Ее взгляд скользнул по его строгой форме императорского гвардейца, задержался на жестких линиях его лица, подчеркивая контраст между его официальным обликом и их общим, темным прошлым.
В ее глазах играл искренний интерес, отражающий неугасающую симпатию, то ли тоска по прошлому, то ли предвкушение новых, захватывающих игр.
– Привет, Изабелла, – ответил он сухо, – Как видишь, живой. И дело есть.
Он движением головы указал на диван, предлагая ей присесть. Сам остался стоять, держась в центре комнаты, словно занимая позицию для торгов.
Изабелла рассмеялась тихо, не без иронии. Ее смех звучал словно перезвон хрустальных колокольчиков.
– Дело, значит… Как официально. Я думала, после стольких лет хотя бы формальности отбросишь, Эйдан. Но видно, императорская служба сильно тебя изменила. Превратила в сухаря в мундире.
Она подняла руку, жестом приглашая его присесть рядом, на мягкий диван. В ее движениях читалось явное желание сократить дистанцию, разжечь искру прошлых отношений, но Эйдан оставался неподвижен, словно каменный.
– Дело, Изабелла, – повторил он невозмутимо, продолжая игнорировать ее игры. – Мне нужен Рагнар. Выход на него. И ты можешь мне в этом помочь.
Улыбка слетела с губ Изабеллы, словно тени скользнули по лицу. Взгляд стал резче, проницательнее.
Игра в соблазнение закончилась, начался серьезный разговор. Она оценила его настойчивость, его непробиваемую оборону, и, возможно, это только разжигало ее интерес. И азарт.
– Рагнар… – протянула она, словно смакуя имя. – Странно слышать это имя в связи с тобой. Что тебе от него нужно? Опять грязные делишки? Императорская гвардия переквалифицировалась в наемных убийц?
– Информация, – ответил Эйдан коротко, не поддаваясь на провокацию. – Мне нужна информация, которую может знать только Рагнар. И за нее я готов заплатить. Чем нужно.
Он взглянул на нее холодным, пронзительным взглядом, не оставляющим места для двусмысленности. Этот мужчина всегда был не такой, как все остальные, и в этом заключалась его неповторимая притягательность.
Изабелла оценивающе посмотрела на Эйдана, словно львица, присматривающаяся к добыче. Пламя свечей отражалось в ее зрачках, делая их похожими на два горящих угля.
– Информация, значит… – протянула она, задумчиво проводя кончиком пальца по краю бокала, стоявшего на столике рядом. – Рагнар – орешек крепкий. Он не из тех, кто болтает лишнее, даже за большие деньги. Но…, – Она многозначительно улыбнулась. – Для старого друга, возможно, найдется лазейка.
Изабелла грациозно поднялась с дивана, и ее платье соблазнительно скользнуло по коже, открывая длинную, изящную ногу в высоком разрезе. Она подошла к Эйдану, покачивая бедрами, и остановилась в опасной близости от него, заглядывая в глаза снизу вверх.
– Но ты же понимаешь, Эйдан, – прошептала она, и ее голос стал ниже, бархатистее, – что такие услуги не бывают бесплатными. Особенно, когда речь идет о Рагнаре.
Она протянула руку и кончиками пальцев провела по его щеке, едва касаясь кожи. Жест был мимолетным, но в нем чувствовалась скрытая сила, обещание и вызов одновременно.
– Что ты хочешь взамен? – спросил Эйдан, сохраняя ледяное спокойствие, хотя внутри у него все сжалось от ее близости.
Изабелла улыбнулась, довольная произведенным эффектом. Она видела, как напряглись его мускулы, как сжались челюсти. Он не был так неуязвим, как пытался казаться.
– Не спеши, мой дорогой, – промурлыкала она. – Всему свое время. Сначала скажи мне, зачем тебе Рагнар. И не вздумай врать, я ложь за версту чую. Особенно твою.
Эйдан на мгновение задумался. Он чувствовал, как ловушка захлопывается. Сказать правду – рисковать всем. Солгать – потерять единственную зацепку. Он знал, что Изабелла не просто владелица игорного дома, она хитра, проницательна и, возможно, опаснее многих мужчин, с которыми ему приходилось иметь дело. Тишина в комнате давила, нарушаемая лишь потрескиванием поленьев в камине.
– Мне нужно, чтобы он помог мне достать одну вещь, – наконец произнес Эйдан. – Очень редкую. Очень ценную.
– И что же это за вещь? – В глазах Изабеллы вспыхнул интерес. – Неужели очередная безделушка для императорского двора?
– Не совсем, – уклончиво ответил Эйдан. – Это… артефакт. Древний.
– Артефакт? – переспросила Изабелла, ее голос стал еще тише, а взгляд – буравящим. – Какой именно?
Эйдан понимал, что Изабелла слишком умна, чтобы удовлетвориться туманными намеками. Но и раскрывать все карты он не хотел. Слишком опасно. Он сделал глубокий вдох, чувствуя вкус риска на языке, горький и знакомый.
– Это называется «Сплетенье», – произнес он медленно, – Или «Красный Шелест». Древняя магическая реликвия из Зафирии.
Глаза Изабеллы на мгновение расширились, в них мелькнуло нечто, похожее на узнавание, но она тут же взяла себя в руки, и ее лицо вновь стало маской невозмутимости. Однако Эйдан уловил этот миг. Она знала. Или, по крайней мере, слышала.
– Сплетенье…, – повторила она задумчиво, словно вспоминая что-то. – Никогда о таком не слышала. Но звучит… интригующе. И что же оно делает?
– Это сейчас неважно, – отрезал Эйдан. – Важно то, что Рагнар может знать, где его найти. Он имеет связи с Зафирией, и торгует подобными редкостями.
Изабелла, не прерывая зрительного контакта, медленно, очень медленно, провела рукой по его груди, задержавшись на мгновение у края мундира.
– О, не сомневайся, Эйдан, я обеспечу тебе встречу, – вкрадчиво проговорила она, – Один мой очень хороший… знакомый, – в интонации послышалась двусмысленность, – задолжал мне немалую сумму, которую он пока не в силах вернуть. А вот Рагнару вполне в силах оказать любезность. Он сведет вас, – ее пальцы продолжали опасный танец, спускаясь все ниже.
– А ты потом попросишь Рагнара об одолжении?
– Именно, – улыбка Изабеллы стала шире, хищной. – Рагнар, при всех своих недостатках, верен своим долгам. Как и большинство тех, кто имеет с ним дело.
– И что же я получу в итоге? – настаивал Эйдан.
– Ты получишь шанс, – Изабелла приблизилась к нему почти вплотную, – Заполучить то, что тебе нужно. А взамен, поможешь и мне кое с чем. Если все пойдет по плану, то у тебя на руках окажется то, что ты хочешь. Сплетение. А ты… Что ж. Вспомнишь старые деньки. Сделаешь то, что у тебя так хорошо получалось раньше.
– О чем ты? – нахмурился Эйдан, пытаясь убрать ее руку со своей груди. Но Изабелла опередила его, резко схватив за лацкан и притянув к себе.
– Ты соскучился по острым ощущениям, Эйдан, я вижу это в твоих глазах. – Она почти дышала ему в губы, игнорируя сопротивление, – Иначе бы не пришел ко мне. Императорская служба – не для тебя. Ты создан для другого.
Эйдан отстранился, резко, но аккуратно, высвобождаясь из ее захвата.
– Не говори ерунды, Изабелла. Я пришел по делу. И только.
– Не обманывай себя, Эйдан, – в глазах блеснуло злое веселье, – Ты жаждешь адреналина, как пересохший путник глотка воды.
Он отвернулся, сжимая кулаки. Изабелла была права от части, чертовка. Он скучал. Скучал по той жизни, полной риска, где каждый день был как последний.
– Допустим, – наконец процедил он сквозь зубы, стараясь унять странное возбуждение. – Какая цена?
– А вот это уже разговор, – Изабелла отпустила его лацкан и, довольная произведенным эффектом, отступила на шаг. В ее глазах плясали озорные искорки, выдавая азарт и предвкушение.
Воздух между ними сгустился, стал тягучим и сладким, как яд. Эйдан чувствовал, как натянутая струна внутри вот-вот лопнет. Эта вечная игра, эти плетения словес, этот ядовитый флирт – все это внезапно показалось невыносимым. Усталость накатила волной, смывая осторожность и расчет.
Он не думал о последствиях, не просчитывал ходы. Им двигало смутное, почти отчаянное желание разорвать этот паутиный шелк, в котором она так искусно его опутывала.
Вместо ответа, Эйдан сделал шаг вперед, не в силах больше терпеть ее соблазнений, сокращая расстояние между ними. Изабелла замерла, не ожидая такого поворота. В ее глазах мелькнуло удивление, но тут же сменилось предвкушением.