Ирина Рай – Алый цвет моей одержимости (страница 6)
– От кого сбежала?
Открываю глаза и встречаюсь с единственными в мире глазами, в которые когда-то мечтала смотреть всю жизнь.
Денис. Мой Дионис.
Глава 5
Что я там говорил? Буду готов к следующей встрече с ней? Нихрена подобного! Я увидел её сразу, как только она вошла в зал. Дышать, блять, перестаю и боюсь моргнуть лишний раз. Пользуясь тем, что стою в относительно укромном месте, разглядываю её, будто она самое прекрасное, что мне доводилось видеть. Да к чёрту! Признаю, что это действительно так. Дерзкая, отстранённая, яркая. Не сомневаюсь, что каждый мужик из здесь присутствующих, пускает на неё слюни и хочет трахнуть. И я, сука, не исключение.
Но я не позволю её красивому личику снова затуманить мне голову. Больше дураком я не буду. И избегать её не стану. С чего вдруг? Она вот прекрасно проводит время, мило улыбается Смоленскому, мужику вдвое старше неё. Даже не сомневаюсь, что это её новый ёбарь.
Тогда какого чёрта от этой мысли становится тошно? Какого, спрашивается, хера, я уже две недели, со свадьбы друга, одержим ожиданием скорой, неизбежной встречи с ней?! И ведь даже мысли не возникает, что мы можем больше не пересечься. Почему нутро кипит каждый раз, когда представляю, как она отдаётся кому-то другому? Когда я перестану вспоминать нашу единственную ночь, когда Света принадлежала лишь мне и я, как последний идиот, в это верил?
Сука! Да когда же это закончится, а?! Снова башка забита только ею. А мне сегодня надо навести контакты с парочкой возможных выгодных бизнес-партнеров. Ведь все мы прекрасно понимаем, что подобные мероприятия, типа благотворительности, это отличный повод для налаживания новых знакомств и привлечения новых партнёров.
Заставляю себя прекратить наблюдение за Светой и подхожу к отцу, который оживлённо беседует с нашей давней знакомой и одновременно стабильным партнёром – Анастасией Владимировной.
– Добрый вечер, Анастасия Владимировна, – включаю всё своё обаяние. – Вы, как всегда, неотразимы. Не знал, что вы вернулись. Как успехи в вашем заграничном филиале?
Быстро теряю нить дальнейшего разговора, потому что мне мешает постоянно теряющаяся из вида красная точка. Перемещающиеся люди и обслуживающий персонал всё время мешают мне контролировать её местонахождения. Стараюсь проявлять участие в беседе, но когда замечаю, что красное платье мелькает около выхода, тут же вежливо завершаю нашу беседу.
– Прошу меня извинить, мне надо поздороваться с давним знакомым.
Отец хмурится, ему явно не понравилось, что разговорам о бизнесе и рассуждениям о новой стратегии расширения рынка сбыта, я выбираю кого-то менее перспективного. Но, как и всегда, меня мало волнует его мнение.
Быстро пересекаю зал и оказавшись в длинном коридоре, успеваю заметить мелькнувший красный силуэт за поворотом в конце фойе*. Не трачу времени на анализ, зачем я вообще пошёл за ней, иду следом и оказываюсь в маленьком, уютно обустроенном холле. Света расположилась в кресле и откинув голову на спинку, закрыла глаза. Вижу, что она напряжена и в то же время выглядит безмятежно. Нежно. Невинно.
Позволяю злости заполнить меня, потому что чувствую, что опять поддаюсь на её лживый образ.
– От кого сбежала?
Она открывает глаза и я разбиваюсь о прозрачные голубые небеса её глаз.
Они ни капли не изменились. Именно такие, какими я их помнил все эти годы. Сейчас я понимаю, что у меня не было ни единого шанса забыть этот невероятно чистый цвет. Какая ирония, что эта завораживающая чистота принадлежит такой лживой суке.
– Просто хотела побыть одна.
– Неужели богатый ресторатор не смог удержать твой интерес? – не скрывая сарказма, спрашиваю я.
Она какое-то время пристально смотрит на меня, прежде чем ответить.
– Мне вот интересно, какой ответ ты от меня ждёшь?
Пожимаю плечами. Я ведь и сам не знаю. Я даже не знаю, зачем пошел за ней. Но ей-то это знать не обязательно.
– Честного. Для разнообразия.
– Ты и честность? – с усмешкой спрашивает она. – Это что-то новенькое.
– Кто бы говорил, – отвечаю, но смутное недоумение из-за её ответа тяжёлым осадком оседает в душе.
Что она имеет ввиду? Из нас двоих только она играла лживую любовь.
– Оу, а может у тебя тут ещё одно свидание, а я мешаю? – язвительно спрашиваю.
– Я не намерена слушать твои оскорбления, – она встаёт с кресла и успевает сделать лишь пару шагов, чтобы пройти мимо меня, до того, как я удерживаю её за руку. Рывок на себя и она впечатывается мне в грудь. Перехватываю её за талию и толкаю к стене, сразу же плотно прижав своим телом. От лёгкого удара о стену она охает. Но, к чёрту! Я не собираюсь с ней нежничать. Наши взгляды скрещиваются и через мгновение, не давая себе ни секунды на размышления, я впиваюсь в её полные губы.
Её вкус разрывает связь с реальностью.
Я дома.
С жадностью поглощаю давно забытый вкус. Провожу языком по её губам и они тут же раскрываются, приглашая меня в рай. Наши языки сплетаются в долгожданной встрече, пытаются утолить дикую тоску по давно забытым ощущениям. Осознаю ли я, где нахожусь? Конечно, нет! В моих руках жар единственного тела в мире, которым я мечтал обладать, а её запах заполнил всю дыхательную систему. На мгновение отрываюсь от её губ, чтобы хапнуть кислород и буквально глохну от того, что слышу.
– Дионис, – на выдохе стонет моя Конфета.
И это отрезвляет.
Опять её манипуляции. Опять она пытается мне внушить, что я для неё Бог. Что единственный для неё. Но я давно понял, что ей без разницы, кому отдаться.
Лицемерка.
Пытаюсь справиться со сбившимся дыханием и немного отстранившись, смотрю на неё. Образ слегка расплывчатый и мне приходится приложить усилия, чтобы сфокусировать свой взгляд на красивом лице.
– Не смей никогда ко мне так обращаться, – шиплю ей в лицо и обхватив её тонкую шею ладонью, прижимаю Свету к стене.
Припухшие от поцелуя губы слегка приоткрываются в немом шоке, но она лишь смотрит на меня широко открытыми глазами. Вижу, что Света так же шокирована произошедшим, как и я.
– Пошла прочь, – тихо говорю и убираю свою руку от её шеи.
Делаю шаг назад и этого оказывается достаточно, чтобы она тут же прошмыгнула мимо меня. А я упираюсь лбом в стену и пытаюсь справиться с бешеным биением пульса.
Блять! Как я мог потерять контроль?! Мне же плевать на неё.
Какая-то одержимость, не иначе.
*Фойе – термин, который обозначает просторное помещение в общественном здании. Фойе обычно находится у входа в здание, но иногда – это коридор, окружающий главный зал.[1]
Глава 6
На его территории
Ещё не до конца проснувшись, чувствую пульсирующую головную боль. Приоткрываю один глаз и убеждаюсь, что проснулась раньше будильника почти на час. С досадой понимаю, что уже не усну. Из ящика прикроватной тумбы достаю таблетку обезболивающего и запиваю стаканом воды из графина, который всегда стоит здесь же, на тумбе. Трогаю затылок и нисколько не удивляюсь, когда нащупываю небольшую болезненную шишку. Что ж, это я даже легко отделалась за свои выходки.
Вспоминаю, что после вчерашнего дикого поцелуя с Денисом, буквально сбежала домой. Написала отцу, что мне стало плохо, только когда уже ехала с водителем домой. Весь вечер мысли были заняты только поцелуем Дениса. Зачем он меня поцеловал? Хотел унизить? А я? Какого чёрта, я с таким пылом отвечала ему? Надо было его оттолкнуть, а мне даже мысль такая в голову не пришла. Да какая такая мысль, когда после прикосновения его губ, из головы исчезло абсолютно всё. Какая же я тряпка!
Погрузившись в свои мысли, не сразу заметила, что в проёме двери моей комнаты стоит Паша, чтобы проводить меня к отцу. Внутренности сжались от страха. Раз Паша пришёл за мной, значит папа не планирует заканчивать разговор без него. Но не подчиниться я не могу, поэтому безропотно иду. Но, как только я вхожу в кабинет, отец сразу же говорит, что сегодня он справится сам и Паша ему уже не нужен. После того, как оказываемся в кабинете одни, отец начинает свой монолог. Буквально брызжет слюной мне в лицо, орёт так, что в его глазах лопаются сосуды. Так сильно жаждет донести до меня, какая я не благодарная. Выглядела, как шлюха. Опозорила его перед Гришей. Посмела перечить будущему мужу и высказывать своё мнение. Пару раз приложил меня головой о стену и сказал радоваться, что завтра у меня свидание с женихом, а иначе моим воспитанием занимался бы Паша.
Что ж, снова прощупывая шишку, я действительно радуюсь, что легко отделалась. Может, наличие жениха и частые свидания с ним действительно станут оберегом от папочкиного гнева? Хочется надеяться на это. Но и мне действительно надо вести себя потише, не стоит провоцировать папу на наказания.
Головная боль постепенно стихает и приняв душ, я начинаю собираться на новую работу. До сих пор удивляюсь, что папа разрешил мне работать. Конечно, прежде чем дать своё согласие, он тщательно проверил фирму моего работодателя. Так же посоветовался со своим пиарщиком и поняв, что его карьере будет очень выгодно, если дочь будущего мэра будет работать, а не вести беззаботную обеспеченную жизнь, согласился.
Осматриваю себя в зеркало и заметив на шее пару светлых синяков от вчерашних разборок с отцом, решаю надеть сливочно-жёлтого цвета блузку с воротником-стойкой и чёрные классические брюки. Конечно, это немного закрытый образ для знойной погоды, но следы скрыты и этого мне достаточно. Завершаю образ лёгким макияжем и натуральным оттенком блеска для губ.