Ирина Поповичева – Птица в клетке (страница 3)
– Ты забыла историю с Каролиной Дэвис? Я могу напомнить.
В глазах Аниты тут же заблестел страх. Я поняла, что подобрала правильные слова.
Тогда родители бедной девочки, которая на следующее утро пришла домой невменяемая и опороченная, подняли на уши весь город, написали заявление в полицию, но то так и осталось лежать в чем-то ящике стола. Хозяин клуба щедро осыпал их фунтами, чтобы те притворялись слепыми. И самое страшное, я знала в лицо того мерзавца и изредка должна была с ним разговаривать.
– Даже Star 11 не заставят меня идти в это ужасное место, – дополнила я.
– Бет, ты преувеличиваешь, – повторила Диана. – Ничего с нами там не случится. Позовешь того красавчика, который тебя вечно забирает с занятий на дорогой машине. Он будет нас защищать.
– Это мой брат. – Я поморщилась. Вранье. Очередное. Джерри – мой лучший друг. И я могла бы сказать, что и правда считала его практически своим братом, но нет. Мне тяжело было слушать комплименты Дианы в его адрес, потому что Джерри нравился и мне самой…
– Вот и поделись им, – с улыбкой сказала Диана, вызывая в моей груди ураган. Накатывающую гневную тираду оборвал подошедший к нашему столу парень, которому Диана до этого подмигнула. Она принялась невинно трещать с ним, оставив нас с Анитой в одиночестве.
– И так всегда, – вздохнула я.
– Ты слишком строга с ней, – улыбнулась Анита. В отличии от Дианы, она была ангелом. – Что плохого может случиться в «Песнь сирены» если мы будем приглядывать друг за другом? Немного осторожности, и мы сможем здорово провести этот день.
– Я не пойду. Делайте, что хотите.
– Как скажешь, – мягко улыбнулась Анита.
Мы молча какое-то время наблюдали за беседой Дианы с незнакомцем. Я мысленно посочувствовала ему. Он попал в сети паука как муха.
Я почувствовала на себе пристальный взгляд и резко обернулась. Высокий, худощавый парень с зализанными волосами быстрым шагом шел в нашу сторону через лужайку. Его злые глаза смотрели мне в душу, а сам он был похож на коршуна, который искал себе добычу. И звали этого коршуна – Марк. Я подскочила на ноги, хватая со стула рюкзак. Не хватало еще, чтобы этот идиот подошел к девочкам и открыл свой рот, чтобы сказать хотя бы слово. Ничего доброго наружу из этого человека выйти не могло.
– Мне пора! – громко сказала я. Диана завертела головой, оглядывая лужайку, но не заметив на ней Джерри или кого-то похожего на него, удивилась.
– Какая муха тебя укусила? – спросила Анита. – Твой брат ведь не приехал?
– Похоже он сегодня и не приедет, – натянуто улыбнувшись, сказала я и оглянулась. Марк оказался настолько близко, что отвертеться от разговора с его участием не было ни малейшей возможности.
– Собралась? – грубо спросил Марк.
– Ага.
– Поехали тогда. Надоело тебя ждать.
– Кто это? – удивилась Диана.
– Один знакомый, – нервный кашель сдавил горло. – Он сегодня подвезет меня до дома. Мне пора. Пока.
Не давая опомниться подругам, я развернулась и быстро прошла мимо Марка. Он пошел за мной следом. Диана и Анита переглянулись, но останавливать нас не стали.
– Мог бы позвонить, – буркнула я.
– Могла бы просто подумать своим крошечным мозгом. В это время Джеральд забирает тебя, разве не так?
Парировать очередное оскорбление от того, кого за глаза называла «упырь», я не стала. Наша перебранка могла затянуться на несколько часов, чего я обычно старательно избегала. В особо плохие дни я специально выводила Марка из себя, чтобы разозлившись до предела, этот болван уходил из дома куда-то «проветрить голову». Мы знакомы около двенадцати лет и все это время ненавидели друг друга. Марк – личный помощник Гарри, буквально правая рука, а считаться с моим мнением в этом вопросе Гарри не считал нужным. По крайней мере он мог бы не посылать Упыря сегодня в колледж. Я прекрасно добралась бы пешком. Было обидно, что Джерри не предупредил меня о столь важном моменте. Даже если у него возникли срочные дела, мог бы написать короткое смс…
Мы молчали всю дорогу. Положение не спасала даже приятная музыка по радио. Машина не успела притормозить возле огромного особняка на отшибе города, как я пулей вылетела из нее. В след услышала несколько «ласковых» о своей неадекватности и тупости, но с радостью пропустила все мимо ушей.
Вот оно – место, которое я ненавидела. В целом доме нельзя было найти ни кусочка, где я в полной мере ощущала себя в безопасности. Гарри считал особняк крепостью, куда не проберется враг, но я боялась не тех, кто был снаружи, а тех, кто обитал внутри.
Влетев в дом, я понадеялась, что смогу незаметно пробежать в свою комнату, но в просторном зале первого этажа оказался Гарри собственной персоной. Редкое явление.
Гарри старше меня на целых девять лет, и разница между нами ощущалась колоссальная. Внешне мы были похожи: большие карие глаза, темные волосы, утонченные черты лица; но вот внутри совсем разными.
– Привет, – он улыбнулся.
– Привет, – неохотно сказала я. Подумав, что на этом все и закончится, я хотела сбежать, но Гарри продолжил.
– Как дела в колледже?
– Нормально.
– Марк сказал, что ты была в компании девушек…
И когда только успел?
– Это мои подруги. Нельзя?
Я изогнула бровь, но внутри меня все похолодело. И зачем я только снова собралась ему перечить? Наверняка он хотел узнать всю подноготную моих подруг, узнать все, что я рассказывала им, но мне не хотелось говорить с ним об этом. Я хотела, чтобы он отстал от них, отстал от меня и наконец дал мне вздохнуть свободно. Вместо этого он продолжил:
– Не скажешь кто они, я сам узнаю.
Гарри не станет им вредить, максимум сделает так, что те не захотят со мной больше общаться. И если он и правда поступит так, то у меня не останется никого кроме Джерри.
– Анита Нанди и Диана Купер. Если это все вопросы, то я пойду.
Я боялась сдвинуться с места, не зная, чего еще от меня хочет Гарри. Смотреть в его глаза, копию моих, было ужасно тяжело. Я не могла прочесть их, а вот в моих он всегда видел страх. И ничего кроме.
– Элизабет…
Я ненавидела свое полное имя, потому что почти каждый в огромной семье бандитов, звал меня так и никак иначе. Только не Джерри. Он тоже ненавидел свое имя – Джеральд.
– Элизабет, – повторил Гарри, будто знал, что я ненавижу, когда он звал меня так. – Пойми, что это ради твоей же безопасности. Что может быть в головах у этих девчонок? Ты ведь знаешь, после смерти родителей, ты все, что у меня осталось от настоящей семьи.
Я повторяла эту фразу вслед за ним у себя в голове. Он так часто говорил мне ее, что она въелась в корку мозга. Вот только то, что осталось от моего брата давно умерло. Передо мной стоял просто Гарри Барнс, преступник и убийца. Тот, кто не давал мне свободу и держал в золотой клетке. Мне повезло, что он позволил ходить мне в колледж. Это было его подарком на мое совершеннолетие.
– Ты можешь идти, – сказал Гарри, поняв, что реакции он не дождется. – Сегодня вечером ужин с мистером Нанди и мистером Лоу. Ты будешь присутствовать.
Я лишь кивнула. Когда Гарри отвернулся, я бегом забежала по лестнице прямиком в свою комнату.
Завалившись с разбегу на кровать, я разрыдалась. Как же хотелось, чтобы этого разговора не было. Гарри специально ждал меня, чтобы допросить о моих подругах. Как он о них узнал? Джерри рассказал? Нет, он бы не стал… Значит кто-то просто заметил, как мы сидели в той кафешке.
Меня душила забота Гарри. С тех самых пор, как мы сбежали из Вайтпорта, я только и мечтала о свободе. Обучение только домашнее, с постоянно меняющимися учителями. Выходить из дома можно только в компании старших. Но тогда у меня была хоть какая-то возможность вырваться. Мы иногда сбегали вместе с Джерри, но всегда возвращались вовремя. В последние лет пять проворачивать такое стало опасно. Гарри будто стал более озлобленным и защищал меня куда агрессивнее. Только вот опасность исходила именно от него. Лучшей защитой от его конкурентов и «друзей» было бы отправить меня на северный полюс, где он и сам меня не нашел бы.
Почему Джерри не приехал? Приедь он за мной, разговора с Гарри не было бы.
Развернувшись на спину, я уставилась в потолок. У меня был небольшой кнопочный телефон, который я взяла в руки и уставилась на пустой экран. Я не могла дать номер подругам. Гарри не должен был слышать, как мне звонит кто-то посторонний, тогда у него возникли бы вопросы. Но порой мне так хотелось, чтобы телефон разрывался от звонков. Так я узнала бы, что нужна кому-то. В моей жизни было так много «а что если бы…», что задумавшись об этом, я начала рыдать с новой силой.
Сколько прошло времени прежде чем я успокоилась, я не знала. Но когда это наконец произошло, я пошла умыться. Мне не нужно выходить в коридор и встречаться с кем-то нос к носу, потому что в ванную комнату вели двери только из моей комнаты.
В особняке было много комнат, больше чем здесь жило людей. А жило нас здесь трое: я, Гарри и служанка, которую я почти никогда не видела. Она не имела права заходить ко мне, даже когда я уходила на учебу. Удивительно, но при всей любви Гарри к тотальному контролю, он не позволял ни себе, ни кому-либо другому не то что рыться в моей комнате, даже заходить в нее без моего разрешения.
Я приоткрыла окно и впустила внутрь комнаты прохладный влажный воздух. Окно покачивалось от разбушевавшегося дождя. Уставившись на лес, я задумалась, не обратив внимания на бьющие по моему лицу капли. Мне некуда бежать. Я была так огорожена от реальной жизни, что едва ли могла бы выжить самостоятельно. Наверняка еще до того, как я выберу на каком автобусе уехать за пределы Ист-холла, Гарри уже найдет меня. Тогда он лишит меня хоть какой-то призрачной возможности познать жизнь. Запрет в сотне дверей этого картонного замка, где я просто умру от тоски. Единственным моим решением оставалось только следовать правилам, которые он установил и ждать того момента, когда в какой-то бандитской разборке, Гарри поймает смертельную пулю. Наверное, это плохо, думать так о родном брате, по сути, единственном родственнике, но я ничего не могла с собой поделать.