Ирина Павлова – Сиротка из дома мамаши Ожюль (страница 4)
Лили поделила свой кусок хлеба между тремя старшими мальчишками, съев только суп. А я сидела, потягивая тёплый, не очень вкусный напиток и вглядываясь в лица мальчишек, пытаясь исподтишка разгадать свою ночную загадку.
Но подумать как следует не получилось. Лили встала, оставила двух дежурных мальчиков убирать со стола, а девочек отправила за чистыми вещами для купания.
В моечной сегодня было так жарко натоплено, так хорошо, что не хотелось выходить из неё. Девочки набрали из большой бадьи горячую воду в тазы и, помогая друг другу тереть спины и промывать тем, кто младше, головы, весело переговаривались и брызгались. Банный день любили все. Тут и отдохнёшь, и вымоешься, и поговоришь вдоволь, не боясь мамаши Ожюль, на время забывая о проблемах. Вода уносит наши печали.
После мытья мы обычно стирали своё бельё в тазах и забирали с собой, чтобы развесить сушить на чердаке. Там были натянуты длинные ряды верёвок. Справа сушили своё белье девочки, слева – мальчики. А нижнее бельё обычно прятали сушить под сорочки, чтобы не краснеть друг перед другом. Я выходила из моечной последней, потому что задержалась, помогая со стиркой Эльке, самой младшей из нас. Эльке было десять лет, она многое умела сама, но выжать как следует бельё у неё получилось плохо: ручки были хоть и проворными, но маленькими и слабенькими.
На выходе из моечной уже выстроились мальчишки с чистыми вещами подмышками. Нэль в стороне стоял, держа вещи Ричарда, и хмурился. Роль няньки его бесила. Он с большим удовольствием вернул бы эту обязанность мне, его синие глаза так сверкали, будто это была моя вина.
Я засмотрелась на них и пропустила момент с подножкой. Пришла в себя уже на полу с разбросанным постиранным бельём. Колин отомстил мне за хлеб, которым я не пожелала делиться.
В коридоре стоял хохот мальчишек. Ричард кинулся помочь мне поднять бельё, но лучше бы он этого не делал. Надо же было схватить ему мои панталончики и на вытянутых руках – так, что увидели все, с гордостью подать их мне! Мой маленький рыцарь и не понял, почему я так покраснела и почему мальчишки стали смеяться ещё громче. Схватив бельё, я побежала на чердак, услышав с удивлением за спиной, как Нэль что-то буркнул, и тут же послышался смачный шлепок и недовольство Колина.
– Эй, чего ты дерёшься? Весело же было!
Девочки уже спали, когда я вошла в комнату. Мамаша Ожюль не разрешила покинуть мне её кабинет, пока я не закончила вязать новый воротничок. По её глазам я видела, что он ей понравился, даже больше – ей хотелось оставить его себе, но она не могла: кроме меня, такие вязать никто не умел. А сестра чем-то, видно, прижала её, раз она так старается ей угодить. Она вертела его в руках, крутилась перед зеркалом, примеряя к своему платью, затем скривилась, вспомнив что-то, и бросила его на свой стол, отправив меня спать.
В коридоре мне встретился заспанный сын мамаши Ожюль. Он шёл, бурча себе под нос, что кто-то повадился шастать по ночам и ему спать мешает. Не обратив на меня внимания, он вошёл в кабинет матери.
Мне стало любопытно: не тот ли это человек, которого недавно я видела в окно, к нам сегодня пожаловал?
Осторожно закрыв за собой дверь, чтобы не разбудить девочек, я подкралась к окну и прилипла лбом к стеклу, пытаясь разглядеть, есть ли кто у двери на улице.
Сначала мне показалось, что на улице пусто, и я, разочарованная, отлипла от стекла, но потом из дома вышла мамаша Ожюль со свечой в руке, и я увидела, как от дерева отделилась тёмная тень и, не доходя до мамаши несколько шагов, остановилась. Чтобы услышать, о чём они говорят, я немного приоткрыла окно – слава Богу, получилось без звука.
– … так надо, – сказал человек. По голосу я поняла, что это не тот, что был в карете в прошлый раз.
– Но я не знаю, с кем его отправить. И как устроить его защиту в дороге. И потом, поднимется шум, что я скажу?
– Кому? Дура, если ты откроешь свой рот, сама знаешь, хозяин на расправу скор. Найди способ спрятать его и молчи, пока граф сам не явится к тебе.
– Но почему вы сами не…
– Нет. Ты точно не заслужила тех денег, что получила от хозяина. Подумай своей головой. За ним всё время следят. Предатель ещё не найден. Если бы всё было просто, в твоих услугах мы бы не нуждались.
– Я понимаю, но, может быть, мальчик ещё на пару дней здесь останется? Дело в том, что завтра у меня будут гости и…
– Кто?
– Барон. Он узнал о своей дочери и желает убедиться, что это, действительно, она. Тоже просил молчать: боится обмануться и расстроить девочку, если это не она.
– Хм, а это выход. Сделай так, чтобы они увезли его с собой, и молчи об этом. Воспитанники пусть думают, что его украли. Отпусти погулять якобы на поиски, пусть пошумят. Тот, кому надо, услышит, а у нас появится время на поиски заговорщиков. И да, не вздумай нас предать!
Человек показал мамаше Ожюль какой-то знак, кинул звонкий мешочек и быстро скрылся в тени деревьев.
Я дождалась, когда мамаша зайдёт в дом, и только потом закрыла окно, чтобы нечаянно не стукнуть рамой, как в прошлый раз, и не привлечь внимание.
Я быстро разделась и легла в постель. Меня била крупная дрожь. Я укуталась, как в кокон, в одеяло, чтобы согреться, но тщетно. Причина моей дрожи была не в холоде. Этот странный разговор, что я подслушала, заставил меня надеяться на невозможное. Неужели это мой отец? Он ищет меня? А зачем? А если это не он? УЭльки тоже отец был бароном, но, кажется, его уже нет в живых… вроде как погиб. А у кого ещё из девочек отец может быть бароном? Ни у кого. Папа, хоть бы это был ты! Я всё прощу, лишь бы это был ты и забрал меня домой. Я даже за новую жену не стану тебя упрекать. Я долго ещё молилась, чтобы мои надежды оправдались, и совсем забыла о мальчике, которого мы (наверное, мы) должны будем тайно увезти с собой. Интересно, кого? Может быть, Нэля?
Интересно, он обрадуется или нет? Ох, а если это Колин? Нет, только не он. Я бы лучше малыша Ричарда забрала с собой, чтобы его тут без меня не обижали. Я уснула, так и не отгадав, кого из мальчиков завтра якобы украдут.
Утро наступило неожиданно быстро. Только прикрыла глаза, как меня уже кто-то толкает.
– Да вставай же ты, соня!
Это была взволнованная Лили.
– Только не говори, что уже утро, я спать хочу.
– Утро Лиза, утро. Вставай скорее. Сегодня у нас будут гости. Ну, то есть не у нас, а у мадам Ожюль. Но вдруг это за мной? Лиза, посмотри – я хорошо выгляжу?
И, не дожидаясь ответа, она продолжила:
– Мне уже пятнадцать; наверное, дядя подыскал мне мужа, вот и приехал за мной.
Мне жалко было Лили, но что я могла ей сказать? Я сама надеялась на чудо и…и боялась этого гостя. А вдруг это, и правда, за кем-то из девочек? А я, как Лили, размечталась…
Настроение испортилось. Мне вдруг так захотелось поплакать.
В дверь комнаты громко постучали. Лили побежала открывать. На пороге стояли Ричард и Нэль. Нэль пожал плечами, глядя на меня.
– Я тут ни при чём. Это ему не терпелось тебя увидеть.
Ричард увидел моё расстроенное лицо.
– Ты всё ещё обижаешься на Колина? – спросил наивный малыш.
– Что? А нет, не обижаюсь. Подожди меня, пожалуйста, за дверью; я оденусь, и мы до завтрака погуляем с тобой в саду. Хорошо?
Ричард счастливо кивнул и позволил Нэлю увести себя.
Лили тоже вышла в коридор, оставив меня одну, так как все девочки уже проснулись и покинули комнату. Я умылась в тазу холодной водой и надела свежее платье. Мне хотелось поговорить с Ричардом на всякий случай: вдруг меня, действительно, сегодня заберут? Нужно настроить ребёнка быть сильным и не плакать без меня.
Вот я размечталась. Если это будет не мой отец, думаю, плакать буду я, и никто меня уже не остановит…
Завтрак прошёл оживлённее, чем обычно. Мальчишки издевались над девчонками, строя невероятные версии, к кому сегодня прибудут гости. Они так вошли во вкус, что, слушая их, я так и не поняла, как могла съесть целую тарелку ненавистной овсяной каши. А всё Колин со своими выдумками, будто в нашем доме прячется под чужим именем настоящая принцесса, и сегодня её легенда будет, наконец, раскрыта. Принцессой для своих издёвок, конечно же, он выбрал меня.
Ах, если бы я, действительно, была принцессой, то послала бы его на конец света, чтобы глаза мне не мозолил, пакостить больше никогда мне не посмел!
– Лиза! Лиза, ты меня слышишь? – в который раз позвала меня Лили.
– А? Что?
Ребята захохотали.
– Она уже представляет себя принцессой. Ха-ха-ха! – не унимался противный Колин. – Так что, Лили, дежурить сегодня в столовой придётся тебе.
– Иди, займись делом, Колин. Мадам Ожюль, насколько я знаю, не отменила вашего наказания, так что иди и займись грядками с чесноком и луком, пора собирать урожай, – грозно сказала Лили. Она всегда старалась заступиться за девочек, взяв на себя за нас ответственность как самая старшая.
– Можешь же ты настроение испортить, Лили, – насупился Колин и покинул столовую вслед за другими…
Когда мы с Элькой уже убрали со стола и я села вязать кружева, со стороны двора послышался шум подъезжающей кареты. Видимо, гость уже приехал. По дому забегали воспитанники, пытаясь кто в окно, кто через приоткрытую дверь, когда выходила на улицу мамаша Ожюль, разглядеть гостя.