Ирина Оганова – Падение в неизбежность (страница 42)
Сначала всем было немножко не по себе, и Марк предложил переночевать где-нибудь по пути. Капитан широко улыбнулся, похлопал Марка по плечу и сказал, что это уже нецелесообразно и опасаться не имеет смысла, они в надёжных руках, и посоветовал всем укладываться спать, на рассвете войдут в спокойные воды, а там до Монако рукой подать. Марина хотела позвать Сашку переночевать с ними в каюте – кровать огромная, ляжет посередине, – с детства грозы боялся и даже в лице менялся, затихал и молчал, пока раскаты грома не стихнут. А тут стихия такая разыгралась! Саша как почувствовал, какое пожелание поступит от матери, развернулся и поспешил к себе, где давно уже спал Виктор, не обращая внимания на то, что творится вокруг. Марина не стала лезть с уговорами: Игорь не поддержит, скажет, неправильно выставлять сына трусом и хлюпиком перед старшим товарищем. «О какой дружбе может идти речь, если Сашке тринадцать, а Виктору чуть больше восемнадцати?!»
Виктор был особенный, и Марина всегда это отмечала. Он сторонился всего, что так нравилось юношам его возраста, и был законченным интровертом с невероятным желанием учиться, разбираться в законах Вселенной и строить свои собственные представления о мире. Марк считал, что его ждёт большое будущее в сфере научных открытий, поэтому некая замкнутость не вызывала ни у кого удивления. Все разошлись, только Дэвид со своей девушкой и Антон остались в гостиной резаться в покер под американский рэп – и их с утра было не дозваться на завтрак, спали как убитые.
Утреннее солнце повисло в небе, и ничто не напоминало о вчерашнем шторме. Марина ходила по палубе, зажав в руке стакан с прохладным апельсиновым соком.
«Как быстро всё заканчивается… Ещё два часа, и мы сойдём на берег, где ждёт машина, которая прямиком отвезёт в аэропорт. Если бы только можно было развернуть лодку и опять отправиться туда, где море так отчётливо сливается с небом… Где было всё просто и понятно, продуманно и предопределено. Тревога! Предчувствие чего-то нехорошего. Как же я устала от неё! Где найти спасение? Что с ней делать?! Как унять?! Откуда она вдруг появляется? Мучает и терзает, а то незаметно исчезнет… Думаешь, что наконец-то она больше никогда не вернётся. Но не тут-то было. Вот и Юля в своей тревоге. У неё есть тайна, которую она тщательно оберегает. И так у всех. Тайны, с которыми люди не в силах ни расстаться, ни поделиться».
Прощались долго, заверяя друг друга, что скоро непременно опять встретятся. Сашу было не отлепить от Виктора, ещё чуть-чуть, и на его глазах появятся аршинные слёзы. Он сильно, по-детски привык к Виктору, и Марина поняла: ему не хватает брата или сестры, кого-то очень близкого и родного и чтобы навсегда, и не потому, что он не любит мать с отцом, любит, но это совсем другое. Не иначе как по наследству передалось от Игоря с его вечным сожалением, что вырос один. Она другая, у неё есть брат, но они совсем не нужны друг другу, просто соблюдают правила приличия. Раз есть брат, значит, надо предполагать, что всё же в глубине души она его любит или обязана любить. Не дай бог что случись – всегда придёт на помощь и желает ему и его семье только самого доброго. Ей стало жаль Сашку, хотелось обнять и подбодрить, но она боялась, что тогда он точно не сдержится и расплачется.
– Давай, Мариш! Хорошо долететь вам! Будем на связи. Чудесно провели время! Хоть назад возвращайся, – Юля улыбалась, а в глазах стояла пустота, и казалось, они никакого отношения к её улыбке не имеют.
– Может, рванём? Вы как, ребята? Не продлить ли нам летние каникулы?
Вся компания дружно, как по команде, рассмеялась, понимая, что это невозможно. Кроме Сашки, который на мгновение решил, что это взаправду, и в его широко раскрытых глазах промелькнули радостные искорки надежды и тут же погасли.
Самолёт Ницца – Санкт-Петербург вылетел по расписанию. Всю дорогу спали и проснулись только на подлёте. Питер встречал дождём позднего августа, а они пахли морем и солнцем. Среди встречающих показался Мишка. Он, улыбаясь, схватил протянутую руку Игоря.
– Привет-привет! Бери эти два чемодана. Заливает вас?!
– Да всю неделю дождь обещают. Это же Питер! Зато грибы пошли. Белых полно по Приозерскому направлению. Два дня назад с ребятами ездили – две корзины с верхом набрал, подосиновики да боровики, мелочь не брал.
Маринка воодушевилась:
– Здорово! Игорёш, может, рванём за грибами?
– Мне в Москву по делам надо. Отдых отдыхом, а работать кто будет? Честно говоря, я последние два дня изнывал без дела.
– По тебе незаметно было! – обиделась Марина.
– Глупыш мой… – Игорь обернулся с переднего сиденья и скроил морду, потом подмигнул Мишке. – Вовремя ты про грибы вспомнил! Нарушил семейную идиллию. Я её на отдыхе целых две недели выстраивал. Мариш, после Москвы, обещаю. Вернусь – и сразу в лес.
Дверь открыла Светлана Николаевна, из кухни с причитаниями выскочила Лидочка, как всегда, вытирая руки о подол передника. Светлана Николаевна ни разу не пропустила приезд любимого внука.
– Загорел-то как! Саш, ты что, вырос?! Точно подрос! Лида, ну скажи, что вытянулся!
Они толкались в коридоре и мешали Мише заносить чемоданы.
– Ой! Тут, наверно, стирки на неделю будет! – воскликнула Лида, радуясь, что наконец-то привалило настоящей работы. – Давайте разувайтесь и за стол. Мы тут столько всего наготовили!
Маринка заворчала: только приняла твёрдое решение закрыть рот, как переступит порог, и на тебе! Залезла в тарелку с тоненько нарезанной домашней бужениной, скрутила в рулетик и потащила в рот.
– Руки помой! – ласково прикрикнула Лида. – И хватит кусочничать! Сядьте как люди!
– Ну тогда по такому случаю надо открыть бутылочку сардинского. А отец что не приехал?
– Ты же знаешь, как он любит по гостям разъезжать! Да у него завтра ещё и доклад какой-то. Вот с дачи съедем, тогда попроще будет. Он в этом году грозился до конца октября на даче сидеть. А мне уже и в город охота. В театре сто лет не была! Может, уговорю как-нибудь. Ещё ладно сентябрь! А октябрь-то что там делать?! Самый противный месяц.
– С отцом не поспоришь. Если сказал, не переубедишь. Не то что я? Да, мамуль?
– Ты у меня золотой!
Светлана Николаевна обняла сына и побежала за Сашкой, который улизнул в свою комнату и сосредоточенно рылся в ящиках письменного стола.
– Потерял что?
Светлана Николаевна поняла, что зашла некстати: внук занят важными делами, вон лицо какое серьёзное.
– Не-а! Просто соскучился, проверяю, что у меня есть.
На пороге стояла Марина, улыбалась и ловила себя на мысли, что тоже очень соскучилась по своему дому и только сейчас поняла это.
Через день Игорь уехал в Москву. Сашку на последнюю неделю каникул Светлана Николаевна забрала на дачу, и Марина договорилась встретиться с Викой. Она уже стояла в плаще, оставалось надеть новые туфельки, как вспомнила, что где-то оставила телефон.
– Лид, посмотри в ванной. Наверно, там забыла… Или, может, в гардеробной?
Лида побежала и застряла. Маринка нервно заходила по прихожей, готовая кинуться на подмогу, как появилась Лида.
– Еле нашла! В кармане халата был.
– Ну так позвонила бы со своего. Ты же вечно телефон с собой таскаешь!
– Так звонила! У тебя звук выключен. Хорошо, сообразила в халат залезть. Тут тебе сообщений наслали! Какая-то Антонина из мебельного…
Марина выхватила телефон и покраснела. «Как чувствовала, что объявится именно сегодня, недаром в голове вертелся!» При Лиде читать не стала, выскочила на лестницу. «Фёдор в Питере… Только заселился в отель, абсолютно свободен и ждёт…»
Отменять встречу с Викой поздно и неправильно. Как бы усердно ни скрывал Женька от Виктории, что плотно увяз в беспросветной череде проблем и неудач, та всё поняла, да и он устал притворяться. Когда живёшь в полной иллюзии вселенского покоя и вдруг сталкиваешься с неприятностями, теряется невидимая точка опоры. Именно так в последнее время чувствовала себя Вика и явно нуждалась в поддержке. Марина без колебаний написала Фёдору, что ей понадобится часа полтора и она подъедет в любое удобное для него место. «Почему удобное для него?! Может, убрать и написать "удобное для всех"?»
Не стала. Она была обижена на него не за что-то конкретное, а за всё сразу, и маленькое противление воспринималось ею, как большая победа.
Шёл дождь, как и предсказывали синоптики. Миша подъехал к самому входу гостиницы «Европейская», и она быстро выскочила из машины и тут же оказалась под длинным спасительным козырьком. В кафе на втором этаже за маленьким круглым столиком сидела Вика, перед ней стояла чашка недопитого капучино. Она радостно захлопала глазами при виде загоревшей и посвежевшей Маринки.
– Сразу видно – человек с отдыха! Роскошно выглядишь! А я так и торчу в Питере. Погода окончательно испортилась. Мелкая с родителями в Турции. Как Игорь?
– Нормально. В Москву укатил.
– И мой стал туда мотаться. Квартиру хочет снять. Сказал, надо больше в Москве находиться. Мы тут первый раз так крепко поссорились! Я никогда не предполагала, что Женя умеет орать…
– Да они все умеют! У них, если что не так по работе, сразу мир рушится. Наладится всё. Что ты так паникуешь? Женьку не знаешь?! Он из любой задницы выкрутится!
– На этот раз задница глубокая, и предчувствие у меня плохое!