Ирина Мясникова – Дачники смутного времени (страница 33)

– Кажется, да.

– Про твоего бывшего козла тебе тоже так казалось, – резонно заметила Наташка.

– Казалось, – согласилась Лида, – но тут всё иначе. Он мне родной. Это чувствуется сразу.

– А дальше?

– Не знаю. Там поглядим. А что ты предлагаешь?

– Ну, что я предлагаю? Не знаю даже. Ему с тобой точно повезло, но он и сам должен постараться, соответствовать, так сказать, а то расселся, понимаешь ли, в кабинете на всём готовом.

– Предлагаешь, отправить его убивать дракона?

– Нафига тебе какой-то дохлый дракон?

– Вот и я так думаю. Мне мужчина в доме нужен, именно этот и никакой другой, ты даже не представляешь, как это здорово!

– Не представляю. Мне никто не нужен!

– Ой! Только себе-то не ври. То-то ты после нынешнего «конголезца» сама не своя.

– Ну, есть маленечко, но я бы с мужчиной стала дело иметь только, если б он мне для начала обеспечил всё, что я хочу.

– Кабинет?

– Особенно кабинет, это мечта у меня такая, я бы в этот кабинет никого не пустила, сама там заседать стала бы. – Наташка сделала мечтательное лицо, и Лида представила, как та этакой «Лолиткой» заседает в кабинете.

– Ты прям скрепница какая-то заскорузлая: мужчина то, мужчина сё. Сейчас время другое. Кто тебе мешал свою квартиру продать и купить с кабинетом в ипотеку? Сейчас, конечно, поздновато, хотя… Ты ж сама ничем не хуже меня, только готовить не умеешь, но это дело наживное, было бы желание, а можно и без этого обойтись. Небось, и защёчный запас какой-никакой у тебя имеется, могла бы давно уже в кабинете собственном посиживать.

– Конечно, запас у меня имеется! В наше время без запасов в лифчике и за щекой только дуры, которые кабинеты себе в ипотеку покупают. А я, пожалуй, подожду «конголезца», который для меня постарается чутка. Пока мне попадаются только желающие принять и оценить по достоинству, то, что у меня уже есть и за щекой, и в лифчике. Жаль, конечно, времени маловато у меня осталось, да ещё эта беда приключилась. Так невовремя! – Наташка горестно вздохнула.

– Беда никогда не бывает вовремя, и приключилась она не вчера, всё это было весьма прогнозируемо. Просто мы оказались не готовы.

– Ну да, опять как страусы на авось понадеялись и на лучшее, – согласилась Наташка.

– Самое главное, что мы и сейчас продолжаем надеяться на авось и на лучшее, а за нас никто нас счастливыми и свободными не сделает, никакие украинцы и тем более англосаксы. Спасение утопающих дело рук самих утопающих.

– Ты чего? – Наташка уставилась на Лиду. – Никак на выезд намылилась, в эвакуацию? Бывшему козлу не удалось, так нынешний на тебя влияние оказал?

– Никуда я не намылилась, мне, к сожалению, не на что, да и некуда. – Лида тяжко вздохнула, практически застонала, представив, если б в своё время покупала в ипотеку не дом в Зябликах, а дом, к примеру, в Болгарии. Имела бы уже вид на жительство в Евросоюзе. А с другой стороны, на что бы она там сейчас жила, в этом жительстве с видом? Да на то же, на что и здесь, на тот самый защёчный запас, вот только Кирилла бы точно не встретила, что было бы неправильно и очень-очень обидно.

– И, пожалуйста, очень прошу, не называй Кирилла козлом и этим, – добавила она и строго посмотрела на подругу.

– Хорошо, но, может быть, тогда он увезёт тебя, эвакуирует в даль светлую?

– Ему тоже не на что и некуда, так что мы остаёмся.

– Вот я и говорю, нашла себе, долго искала: ни кола, ни двора, ни даже еврейского паспорта!

– А он мне нравится, – Лида показала Наташке язык.

– «А он мне нравится, нравится, нравится,

И для меня на свете парня лучше нет!

А он мне нравится, нравится, нравится,

И это всё, что я могу сказать в ответ!» – пропела Наташка на весь пляж голосом Анны Герман.

Публика на пляже встрепенулась, послышались аплодисменты.

– Тебе не в кабинете и не на кассе в Озоне сидеть надо, а со сцены выступать, – сказала Лида.

– Ага! В подземном переходе у Гостинки, там отличная сцена как раз для таких как я, – согласилась Наташка и бросилась в воду.

Вечером за ужином Кирилл поинтересовался у Наташки:

– А скажите, профессор, что за странная метаморфоза с вами приключилась?

– Что вы имеете в виду? – Наташка сделала дурацкое лицо, всем своим видом показывая, что она ни капельки не профессор, а как и положено бабе является дурой.

– Вы сами на себя не похожи, прямо «облико морале» какое-то ходячее. Я исключительно волнуюсь за своего родственника, он прямо с ума сходит. Вы и раньше ему нравились, но сейчас от вашей неприступности человеку окончательно башню снесло.

– Ах вы об этом, всё нормально, это я к учебному сезону готовлюсь, училку включила. Я доцент, вхожу в роль, – объяснила Наташка.

– То есть это ролевая игра такая?

– Ну, да! Я ж не виновата, что у них у всех в башке нездоровые реакции, БДСМ какой-то. Хотя, чего от них другого ждать? – Наташка пожала плечами и махнула рукой. – Мамы строгие, училки того хуже, редкий мальчик не ждёт, что я его указкой по попе нашлёпаю и в угол поставлю. Это их почему-то страшно заводит.

– Ужас какой! Слава Богу, я плохая мать. – Лида перекрестилась. – Юрик мой всегда делал, что хотел, да и в школе у него практически нормальная гимназия была.

– Я не про Юрика, а про Толика, – сообщил Кирилл в задумчивости. – Он нас к себе в гости пригласил, послезавтра. Завтра у него дела какие-то важные в городе, а послезавтра будет ждать нас к трём часам.

– Хотите без меня идти? – поинтересовалась Наташка с индифферентным видом.

Однако по этому её виду сразу стало понятно, что такого она ни Лиде, ни тем более «этому» ни за что не простит.

– Нет, ну что вы! Как можно? Без вас в нашем цирке будет некомплект. Просто в результате у кого-то может получиться разбитое сердце, – пояснил Кирилл.

– Ты за сердце Кунцова волнуешься или за сердце его жены? – спросила Лида. – Можем Смурфа для полной комплектации с собой взять, я слышала у Кунцова собаки имеются. То-то весело ему будет, не до глупостей с указками.

– Ну, уж нет! Ушастого мне жальче всех. Он останется дома, – распорядился Кирилл. – Точка!

– Я бы на твоём месте за собак больше волновалась, – заметила Лида.

– Так я не поняла, мне прилично одеваться, или голой идти? – робко поинтересовалась Наташка.

– Прилично! – хором сказали Лида и Кирилл.

– Но без указки, – добавил Кирилл.

– Как скажете. – Наташка пожала плечами.

В гости к настоящему Кунцову отправились с бутылкой того самого коньяка, который «слушай, такой хороший коньяк самый лучший я тебе говорю один раз попробуешь не забудешь гарантирую слушай такие люди брал ты не представляешь икс о это качество такое самый лучший».

– А кто Кунцову еду готовит, пока жена в отъезде? – поинтересовалась Лида по дороге.

Её интерес был продиктован чисто практическими соображениями, она бы не хотела в гостях закусывать такой замечательный коньяк чем-то вроде «горячего, которое сырым не бывает». Ведь не секрет, что некоторые мужчины, особенно весьма деловые и преуспевающие, в быту являются настоящими инвалидами и даже по инструкции изготовителя полуфабриката угробят этот полуфабрикат к чёртовой матери. Правда в природе встречаются и другие особи мужского пола считающие, что прекрасно готовят, и очень любящие это дело, хотя, слава Богу, случается с ними такое редко. Но в те неудачные моменты и несчастливые часы, когда они изготавливают свои кулинарные шедевры, окружающие обязаны, во-первых, всё это съесть, а во-вторых, ещё и похвалить. От большой любви, конечно, можно такое вытерпеть, но гости-то чем виноваты? Разумеется, существуют и мужчины, которые как раз те самые повара, которые лучше женщин, но Лида таких встречала только в Фейсбуке и то в количестве двух штук. Нет, вру, трёх.

– А жена у Толика тоже никогда не готовит, не любит она это дело. Они к кулинарии приписаны в Репино в ресторане «Шаляпин», у них там ежедневная доставка. А Бабаич ему для гостей иногда сам шашлык маринует в коньяке, ну, не в таком дорогом, разумеется, как этот. – Кирилл потряс бутылкой от Бабаича. – Ты пробовала шашлык, замаринованный в коньяке?

– Никогда.

– И я не пробовала, – добавила Наташка. – У богатых свои причуды. Мы, скромные госслужащие, предпочитаем коньяк чистяком независимо от его стоимости. Коньяк плохим не бывает.

– Вот заодно и попробуете, уверен, вам обеим понравится.

– А посуду, кто моет? В хоромах барских прибирается? – спросила Наташка.

– Для этого у Толика есть замечательные Гоша и его жена Оксана, из Белоруссии выписаны. Они и убираются, и собак выгуливают, и дом охраняют, когда семья в отъезде, и в огороде у Толика пашут. Он их зовёт менеджерами по домашнему хозяйству.

– В огороде? У богатых бывает огород? – удивилась Наташка.

– Парники. Толик любит натурпродукт собственного производства: помидоры, огурцы и даже бахчевые.

Кирилл открыл калитку в огромных откатных воротах на въезде в поместье Кунцова, и Лида аж зажмурилась от открывшейся перспективы. Несмотря на то, что все дома в Зябликах были построены полностью из дерева в строгом скандинавском стиле, дом Кунцова напоминал замок. Из-за высоченного забора из Зябликов можно было разглядеть только крышу этого сооружения, и Лида всегда предполагала, что дом Кунцова хоть и огромен, но, как и все дома Зябликов, исполнен в том же элегантном минимализме. Однако если человек хвастун, пижон и выпендрёжник, то он не будет жить в скандинавском стиле, минимализм ему чужд, он обязательно где-нибудь позолоты насуёт и бронзулеток всяческих.