Ирина Мясникова – Дачники смутного времени (страница 35)
– Ууууу! – сказал настоящий Кунцов. – Это у тебя горе от ума.
– Не, ну правда! Вот что нас беспокоит в настоящий момент? Один розы с гортензиями бросать не хочет, другая страдает, что без работы может остаться, третья переживает, чтоб с госслужбы не выперли, Бабаич волнуется как бы чего не вышло из-за надписи на заборе, Гундосова вообще не думает, ей нечем, ей бы только поскандалить, она этим живёт, но бомбы-то на нас не валятся.
– И на том спасибо, – резюмировал Кирилл и обнял Лиду. – Я думаю борьба добра со злом происходит постоянно и фронт в душе каждого человека, но иногда это борьба выплёскивается наружу через боль, кровь и слёзы. Никогда не знаешь, где этот прорыв произойдёт и кого зацепит, никогда не знаешь, что будет с нами завтра, но главное мы вместе, значит всё уже хорошо для нас хотя бы прямо сейчас.
– Аминь! – Настоящий Кунцов наполнил всем рюмки.
Вечер закончили нестройным пением песни всем известного Юры-музыканта:
Лиде хотелось плакать, она любила всё прогрессивное человечество и чувствовала себя настоящим пацифистом. Хотела даже идти писать на заборе всё, что она думает про аборигенов стороны зла.
Утром, ни свет, ни заря Кириллу позвонил Гоша менеджер Кунцова по домашнему хозяйству и сообщил, что ворота в поместье взломали, дом обыскали, а самого Кунцова увезли в неизвестном направлении. Кирилл рванул в поместье, Лида с Наташкой побежали следом.
Покорёженные раздвижные ворота на подъезде к дому Кунцова после приложения к ним разрушительной силы, наличие которой почему-то напрочь лишает ума её обладателей, никак не хотели открываться. Гоша с потерянным лицом пытался как-то исправить данную незадачу.
– Не парься, – сказал ему Кирилл, осмотрев дыру в воротах. – Тут надо всю секцию менять. Хозяйственный въезд не разнесли?
Гоша помотал головой.
– А чего тогда Толя не утёк?
– Они въезд в Зяблики полностью перекрыли, – доложил Гоша. – Всех впускать, никого не выпускать.
– Так шёл бы к нам, – вставила Наташка, – в смысле к Лиде.
Все посмотрели на неё, на как ту самую рядовую бабу, которая ни капельки не доцент.
– У нас в Зябликах всё как на ладони. Гундосова не дремлет, – пояснила ей Лида.
– Надо же! Какой приличный человек оказался. – Наташка шмыгнула носом. – Не захотел нас подставлять.
– Ты про кого это сейчас? – Кирилл с недоумением в глазах уставился на Наташку.
После вчерашнего совместного возлияния и хорового пения Кирилл с Наташкой, наконец, перестали жеманничать и перешли на ты.
– Про Анатолия, про кого же ещё, – пояснила Наташка.
– Я бы на твоём месте так не обольщался.
– Да, – согласился Гоша, – они-с после вчерашнего ещё водочки накатили и спали так, что если б и дверь в дом снесли, то вряд ли б проснулись. Хорошо двери у нас всегда настежь, ну и я подоспел.
– А чего искали?
– Да кто их знает! – Гоша почесал в затылке. – Всю технику забрали, хорошо, ты всю свою вывез.
– Оружие?
– Всё подчистую!
– У Кунцова и оружие было? – удивилась Лида.
– А как же! – хором сказали Гоша и Кирилл.
– Охотничьи карабины, – пояснил Кирилл, – без них в загородном проживании никак нельзя.
– Я вот как-то обхожусь, – проворчала Лида.
– И напрасно!
Зашли в дом, там царил несусветный бардак. Лида представила, как посторонние люди швыряют на пол фотографии со стен, ящики из комодов, бьют дорогие вазы и посуду, захотелось плакать.
– Что вменяют, конечно, не сказали, – разглядывая бардак, задумчиво сказал Кирилл.
Гоша помотал головой.
– Может, и сказали, но мне точно никто докладывать не стал, я, честно, растерялся, вон, руки аж трясутся. – Он продемонстрировал руки, они у него и правда ходили ходуном. – Я ж пенсионер уже, у меня на такое здоровья нету. Страшные, все в чёрном, в масках, орут, будто мы тут все убийцы какие или террористы. Оксана моя таблеток напилась, лежит, в себя никак прийти не может, как бы не пришлось скорую вызывать, у неё сердце слабое.
– У меня в гостевом также разгромили всё?
– Нет, они к тому моменту уже притомились, устали.
– Понятых с собой привезли?
– Угу. Хмыри какие-то.
– А чего раньше нам не позвонил?
– Так не дали, хорошо ещё, мне телефон мой вернули.
Впечатлительная Наташка захлюпала носом, наверняка представила как несчастного Кунцова волокут в узилище.
– Доцент, это что за неподобающее поведение. Ну-ка марш домой, обе! – скомандовал Кирилл и вытолкал обеих за дверь.
– А ты? – спросила Лида, у который тоже сами-собой потекли слёзы.
– Я переоденусь в цивильное, возьму ведро с баксами и поеду тушить пожар!
– Мы с тобой!
– Вот ещё.
– А где ты ведро это возьмёшь? Тут вряд ли что оставили. Они ж, наверное, не просто так всё перевернули, деньги искали, – высказала предположение Лида.
– Толковые парни типа Толика никогда не хранят деньги в спальне, как некоторые.
– А как ты узнал, что я храню деньги в спальне? Следил? – У Лиды от возмущения даже слёзы высохли.
– Зачем мне следить, когда я и так знаю. Вон, и доцент тоже в спальне непосильно нажитое прячет. Или нет?
– Прячет. – Наташка вздохнула и покаянно кивнула.
– А это неправильно! Больше так не делайте.
– А где прятать? Под кустами гортензий? – Лида изобразила на лице кривую улыбку. Да уж, ситуация к веселью никак не располагала.
– Я тебе потом расскажу, а сейчас валите отсюда.
– А я хочу цивильное посмотреть, я не видела, хоть полюбуюсь, – заявила Наташка и решительно уселась на лавочку у куста тех самых гортензий. Лида пристроилась рядом. Кирилл пробурчал себе поднос явно что-то нелицеприятное и скрылся в гостевом доме. Через некоторое время он вернулся весь роскошный и благоухающий, с виду олигарх, да и только. Правда, в отличие от всех этих записных олигархов, красивый и фигуристый. Лида залюбовалась, а Наташка и вовсе цокнула языком.
– Ну, что, дорогая подруга, я всесторонне одобряю твой выбор, – сказала она. – Хотя бы снаружи смотрится очень даже прилично.
Кирилл обнял и поцеловал Лиду.
– Вот это уже лишнее, – прокомментировала Наташка. – А баксы где?
Кирилл ничего не ответил просто строго посмотрел на доцента Куприянову.
– Ну да, – Наташка сделала вид, что сконфузилась. – Ещё б ключи попросила от квартиры, где деньги лежат.
– Вот именно. Идите домой, ни с кем в полемику не вступайте, никого в дом не пускайте, буду держать вас в курсе.