Ирина Матлак – Ундина особых кровей (СИ) (страница 50)

— Поскольку ваша достопочтенная матушка вернется совсем скоро, не будем ходить вокруг да около, — произнес адмирал, позволив себе ту самую вежливо-холодную улыбку. И как только Аэлина вскинулась, намереваясь что-то возразить, отрезал: — Поверьте, вы тоже не хотите, чтобы она присутствовала при этом разговоре. Вам знакомо имя Тайлес?

В отличие от леди Шаркэ потрясающим умением сохранять видимость равнодушия Аэлина не обладала. И сейчас вздрогнула всем телом, явно не ожидая услышать такой вопрос.

— Возможно, слышала, — выдавила она с деланым легкомыслием. — Как и мы все, я знаю множество имен.

— А некромант с таким именем? — убивая ее не только очередным вопросом, но и взглядом, ровно уточнил адмирал.

Аэлина вздрогнула повторно, и ее лицо побелело настолько, что сквозь тонкую кожу стали видны синие узоры вен. И слепой бы почувствовал, как она занервничала. Да что там занервничала — перепугалась до смерти!

— Понятия не имею, о ком вы говорите, — все же соврала она, из последних сил пытаясь сохранять невозмутимость.

Показательно вздохнув, адмирал Рей сделал по направлению к ней еще несколько шагов, остановился совсем рядом и спокойно произнес:

— Леди Лавьет, не в моих правилах давить на женщин, но вы вынуждаете меня это делать. Вам же не хочется оказаться в столичной тюрьме? Вы ведь не пират Кайер Флинт, сбежать из нее не сможете. Нужно напоминать, какой приговор выносят всем, кто имеет связь с некромантией?

Если до этого Аэлина была неестественно бледна, то теперь ее кожа сравнялась по тону с покрывающим улицы свежим снегом. Все знали, что пойманным на таком преступлении путь один — болтаться на виселице. Какими бы знатными персонами они ни были.

— Предлагаю сотрудничество, — с прежним спокойствием продолжил адмирал. — Вы выдаете нынешнее местонахождение Тайлеса, я не предаю огласке ваше с ним знакомство. И еще. Мне необходимо узнать от вас месторасположение грота, где был создан и уничтожен кристалл душ. Не сомневаюсь, вам о нем известно.

Пожалуй, оказаться на месте Аэлины — последнее, чего бы мне хотелось в настоящий момент. Ее панический страх стал ощутим буквально физически, причем, что странно, казалось — насколько сильно она боится адмирала и последствий своих поступков, настолько же сильно боится чего-то другого… Чего? Неужели выдать некроманта?

— Он вас запугал? — вмешалась я в разговор. — Шантажировал? Заставил помогать силой?

— Я… — выдавила Аэлина непривычно глухим голосом. — Я не знаю, где сейчас Тайлес. У меня был перед ним долг, я его вернула, передав «Холодную смерть», на этом наши пути разошлись. Что до грота, — она подняла глаза на лорда Рея, — вы правы, информация о его местонахождении передается в нашем роду от матери к дочери, из поколения в поколение. Но вряд ли она о чем-то вам скажет — мы и сами не знаем, что обозначают эти строки.

— А вы поделитесь, — чуть прищурившись, посоветовал адмирал. — Вдруг то, что не сумели понять избранницы Ританы, разгадает морской демон.

На сей раз вздрогнули мы обе — и Аэлина, и я. На моей памяти, адмирал впервые назвал себя морским демоном — обычно он использовал определение «маг первой ступени».

Прозвучало… угрожающе. Зловеще, я бы сказала.

— Хорошо, — облизав бледные губы, кивнула Аэлина. И тут же тряхнула тщательно уложенными локонами, словно бы сбрасывая возникшее оцепенение, после чего совершенно иным, отстраненным тоном произнесла: — Там, где смерть спорит с жизнью. Там, где жизнь дает смерть. Там, где можно воскреснуть, где нельзя умереть.

Сказав это, Аэлина выразительно вскинула тонкую бровь, как бы добавляя: «Видите, сплошной туман».

Адмирал выглядел задумчивым, и взгляд его устремился куда-то вглубь пространства. Я тоже задумалась над услышанным, но долго размышлять не получилось, потому что спустя недолгую паузу лорд Рей обратился ко мне, неожиданно попросив:

— Фрида, ты не могла бы пойти в конюшню и проведать Тень? Келпи нуждается в твоем внимании.

Вот так очень вежливо и мягко меня попросили удалиться. Такой поворот несколько удивил, даже чуть-чуть обидел, но спорить я не стала. Кивнула, неспешно поднялась и молча вышла за дверь.

Сделала несколько шажков по коридору и… тихонько вернувшись обратно, прильнула к двери. Очень, Фрида, очень плохо подслушивать! Недостойно! Некрасиво! Но я же аккуратненько, незаметно…

Незаметно не получилось. Только я замерла, приготовившись бессовестно слушать то, что не предназначалось для моих ушей, как потянуло знакомым холодом и рядом со мной, точно выскочивший из табакерки ши, появился Дымок.

— Смею заметить, — прошелестела сотканная из тумана фигура, — эта добротная дверь не нуждается в том, чтобы ее подпирали.

Мгновенно вспыхнув, я отпрянула, но тут же взяла себя в руки и вновь зашагала по коридору с таким видом, словно не меня только что застукали за совершенно неприглядным занятием. Предположений, почему лорд Рей попросил меня уйти, было несколько, и я склонялась к тому, что он просто намеревался посильнее надавить на Аэлину, вынудив ее сказать правду о Тайлесе. Даже мне показалось, что она соврала на его счет. А если подозрения возникли у меня, что уж говорить о проницательном адмирале, чувствующем малейшую ложь!

Конюх моему приходу ничуть не удивился и беспрекословно провел к стойлу, где стояла Тень. Было нечто забавное в том, что я совсем недавно о ней вспоминала и думала, что надо бы навестить келпи, как вдруг лорд Рей мимоходом меня к ней направил. Вот ведь точно, чтец чужих душ!

Предварительно я захватила из вазы в гостиной яблоко, которое теперь скормила лошадке. Не морское, конечно, но даже самое обычное, судя по всему, пришлось ей по вкусу. Пока Тень ела, я гладила ее по шелковистой гриве и ощущала, как теплело на душе. Любила я проводить время в компании всякой живности, очень. Сразу настроение поднималось, и на сердце делалось чуточку светлей.

— Красавица, — проговорила я, отдав келпи вторую половинку яблока. — Мы с тобой еще обязательно покатаемся…

В стойле имелся небольшой расшатанный табурет, на который я присела, не жалея дорогой одежды. Удивительно — здесь, в конюшне, рядом с водяной лошадкой я чувствовала себя лучше, чем в комнатах роскошного особняка. Откуда-то с улицы доносился отдаленный стук карет и экипажей, несильный шум ветра, рядом тихо всхрапывала Тень, и в целом картина была такой спокойной, что постепенно этот покой передался и мне.

Кажется, незаметно для себя я даже впала в легкую дремоту, из которой меня вывел звук приближающихся шагов. Вмиг подобравшись, я распахнула глаза, вскинула голову и уже через несколько секунд лицезрела пришедшего в конюшню адмирала.

Возникло чувство, будто я перенеслась на пару месяцев назад, в вечер нашей первой встречи. Тогда он производил такое же впечатление — мрачный, задумчивый, вызывающий невольный страх. И ясновидящей быть не требовалось, чтобы понять — это последствия разговора с Аэлиной.

— Что? — только и смогла спросить я, вложив в одно слово сразу все свои вопросы.

— Завтра мы возвращаемся в Сумеречье, — опершись о дверной косяк, ошарашил меня адмирал. — Оставаться в столице тебе больше ни к чему, вдобавок это небезопасно… разумеется, если ты сама не желаешь задержаться в обществе новообретенной семьи.

— Они мне не семья, — машинально возразила я и, переварив новость, уточнила: — Такая спешка связана со словами Аэлины? Вы хотите отыскать грот?

Немного помолчав, лорд Рей ответил:

— В первую очередь я хочу быть уверен, что с тобой ничего не случится. Ты появилась в высшем свете, показалась на людях, придя в театр, и все, кому это было нужно, тебя заметили. Оставаться в Нортегаре дольше рискованно. Да и бессмысленно, учитывая, что теперь нам известно о гроте то же, что и твоим родственницам.

Тень негромко заржала и ткнулась мне в плечо, привлекая внимание. Снова ее погладив, я поинтересовалась:

— Вы знаете, как трактовать те строчки? Хоть какие-нибудь варианты есть?

— Хоть какие-нибудь точно есть, — усмехнулся адмирал, но его глаза остались пронизывающе-серьезными. — В общем, в Сумеречье возвращаемся завтра вечером по Призрачному мосту. До этого времени тебе лучше не выходить из дома. Здесь отличная охрана, хотя потерянная душа в любом случае будет рядом.

— А почему Дымок не проявил себя на балу? — воспользовавшись удобным моментом, спросила я. — Ну… когда рядом был Флинт.

Упомянутый Дымок снова появился до того внезапно, что я испуганно ойкнула. Обратив ко мне пустые, такие же туманные, как и все его тело, глаза, произнес:

— На балу он не представлял для вас угрозы. Опасности вы не подвергались.

— А нельзя сделать так, чтобы вы благодаря Дымку всегда знали, когда около меня находится Флинт? — вновь поинтересовалась я у адмирала, подумав, что это было бы очень удобно.

— Нет, — разочаровал тот. — К сожалению, это невозможно.

Я вздохнула и, немного помедлив, захотела вернуться к теме некроманта и грота, но, наткнувшись на взгляд прозрачно-голубых глаз, в которых теперь, помимо прочего, отражалась еще и усталость, передумала.

Некоторую недосказанность между нами этот вечер определенно оставил. Но я надеялась, что уже завтра она исчезнет.

ГЛАВА 20

— О, доходяга ундинистая!

— Ловец полудохлый приехал!

— Где пропадало, несчастье кадетистое?