Ирина Матлак – Ундина особых кровей (СИ) (страница 52)

— Драить, драить, — проворчал корабельный женоненавистник, окуная новую швабру в ведро. — Грязи наносят они, а драить мне! Тьфу! Опять куча баб приперлась…

Это бормотание было почти таким же сладким, пролившимся на сердце бальзамом, как голоса привязанных к моей комнате сирен. После лицемерной вежливости слушать недовольство, пусть даже подкрепленное парочкой крепких словечек, — самое настоящее удовольствие!

Белоснежные паруса наполнил морозный воздух, активировались управляющие «Летящим» потерянные души, и мы отчалили, прорезая темно-синие воды Сумеречного моря. Перемены я ощутила сразу. Если раньше до того, как пересечь защитный барьер, все были относительно расслабленны, то теперь на расслабленность не было и намека. Еще не выйдя из гавани, мы заняли свои позиции, я оказалась рядом с Тэйном и приготовилась исполнять свою роль, если это внезапно понадобится.

Сумерки — сгустившиеся, тяжелые, как будто не утренние, предвещающие скорое наступление дня, а вечерние, предшествующие темной ночи, развеиваться не собирались. Выходить в открытое море при таких обстоятельствах было рискованно, но не выходить — рискованно вдвойне. Кто, если не мы, позаботится о безопасности в Сумеречье?

Того момента, когда нам сообщат об «особой цели» рейда, мы все ждали с напряженным нетерпением, однако ожидание затянулось надолго. Для всех, кроме меня. Когда гавань осталась позади, капитан Вагхан поймал мой взгляд и жестом велел подойти. А затем, не привлекая внимания остальных, проводил в двухкомнатную каюту, судя по всему, принадлежащую ему.

Не понимая, для чего мы сюда пришли, я только собралась об этом спросить, как вдруг воздух заколебался, рядом появился знакомый белесый проем, и уже через миг перед нами предстал адмирал Рей.

— Мы держим курс на Туманные острова, — без предисловий произнес он. — Именно близ них когда-то пошел ко дну призрачный оркестр.

— Призрачный оркестр? — непонимающе переспросила я. — При чем здесь…

И тут же смолкла, осененная осознанием. Ши возьми! Почему я раньше об этом не подумала?

Как там говорила Аэлина? «Там, где смерть спорит с жизнью. Там, где жизнь дает смерть. Там, где можно воскреснуть, где нельзя умереть».

Утонув, все музыканты из оркестра застряли между Глубиной и Поднебесьем, став потерянными душами, хотя являлись простыми людьми. Притом что они обрели призрачную форму, общие человеческие черты все же сохранили, а вдобавок остались миролюбивыми и совершенно неагрессивными.

— Я делала доклад для зачета у капитана Диатея, — припомнила я недавнее прозябание над учебниками. — Скопление магии может оказывать на потерянные души непредсказуемый эффект и вызывать аномалии в их поведении. Получается, в том месте, где затонул оркестр, присутствует сильная магия! Думаете… это оно?

— Надо же, кадет Талмор, — хмыкнул капитан Вагхан. — Похоже, высший балл за зачет вы получили не зря, если до сих пор это помните.

— Пока мы лишь предполагаем, — ответил мне адмирал, подойдя к висящей на стене карте. — Место, о котором идет речь, находится вот здесь. — Его указательный палец опустился на участок моря рядом с Туманными островами. — Его пытались изучать, но это было давно. Сейчас мы сделаем это тщательнее.

«А если учесть повышенную активность всяких сущностей, шансы обнаружить грот или просто что-нибудь важное возрастают», — мысленно добавила я.

— В последний раз, пересекая барьер, души летели именно отсюда, — произнес адмирал и тут же подтвердил мои мысли: — Этой ночью близ Туманных островов наблюдалось большое их скопление. Даже если грот находится не там, появление одного или нескольких осколков в этом месте вполне вероятно. Я объясняю это тебе лично, потому что остальные будут думать, что мы просто ищем некий важный артефакт.

Прозрачно-голубые глаза окутали меня пронзительным льдом.

— Не упоминай об осколках, Фрида. Чем меньше о них знают, тем лучше.

Не отводя взгляда, я кивнула, понимая, чем обоснована такая просьба. Вернее, учитывая, что мы сейчас на корабле, — приказ.

Дольше меня в каюте не задерживали, и я вернулась к сослуживцам, в то время как адмирал с капитаном остались. Уходя, я ощущала прикованные ко мне тяжелые взгляды. Едва выйдя за дверь, поежилась, инстинктивно желая избавиться от этой давящей тяжести, и поспешила наверх. Не совсем понимала, чем заслужила такое пристальное внимание, особенно со стороны капитана Вагхана, но решила сейчас об этом не задумываться. Хотя мне все еще казалось, что адмирал Рей после отъезда из столицы о чем-то умалчивает.

Ко всеобщему удивлению, до барьера мы добрались без происшествий, так же без происшествий его пересекли, и даже после на нас напали не сразу. Души появились спустя минут пятнадцать, а появлению их предшествовал хорошо знакомый, леденящий душу холод, от которого над водой расстелилась белая, разбавившая синие сумерки мгла.

Вот теперь я в полной мере осознала, что пару недель назад они просто разминались, а настоящую активность проявили сейчас! Наш отряд действовал слаженно, как единое целое, что способствовало успешному отражению атак, уничтожению пятнадцати и поимке еще трех потерянных душ.

Поначалу я опасалась, что недолгий перерыв в работе мог повлиять на мои навыки, но, к счастью, опасения себя не оправдали. Обеспечивать Косичку подпиткой у меня по-прежнему получалось, притом, кажется, даже немного лучше, чем раньше. Удивительно, но водную энергию я стала чувствовать острее. Может, общение с родней повлияло? Или просто способности развиваются вместе со становлением меня как ундины? Как бы то ни было, самое главное — результат.

Не прекращая развеивать и по возможности отлавливать души, мы стремительно приближались к Туманным островам. Даже невзирая на сумерки, их силуэты уже угадывались впереди — мрачноватые, негостеприимные, такие же, как их обитатели.

Уже несколько веков как на Туманных островах проживают огры, которых презирают и сторонятся не меньше, а может, даже больше гноллов. Этим любителям отобедать человечинкой запрещено покидать места своего обитания, а тем, кто преступает закон, грозит смертная казнь. Можно сказать, на островах существует своеобразная колония, причем для перевоспитания. Вот только огры — народ, поддающийся воспитанию из рук вон плохо, поэтому сходить на их острова редко кто отваживается.

Мы ступать на эту территорию тоже не собирались, и якорь бросили на приличном расстоянии от берега. Благодаря управляющим кораблем душам на место прибыли быстрее, чем ожидалось, — время едва перевалило за обед.

А после капитан Вагхан вновь рассказывал о причинах, по которым мы здесь оказались, только интерпретированных для непосвященных. Любопытство сослуживцы, конечно, испытывали, но на подробности им рассчитывать не приходилось, поэтому они довольствовались туманным: «Ищем сильный артефакт».

Как именно будут проходить поиски, я представляла смутно, точнее, не представляла вовсе. Зато наши опытные ловцы явно занимались подобным не в первый раз, потому как именно они стали быстро объяснять, что требуется делать.

Теперь непосвященной чувствовала себя уже я.

— Значит, так, — обратился ко мне Тэйн. — Ты, как всегда, только страхуешь. Суть состоит в том, что мы делимся на небольшие группы и сплетаем несколько сетей, только не таких, какими ловим потерянных, а поисковых. Запоминай узлы…

И вот сейчас мне очень пригодились знания, почерпнутые из прочитанной в столице книги. Тэйн как знал, что они мне понадобятся, дав изучать соответствующую литературу.

Узлы были сложными, но управлялись с ними ловцы удивительно быстро. Я даже замечать не успевала, как вылетающие из-под ловких пальцев искры обращались в переплетающиеся между собой толстые нити.

Вскоре четыре сплетенные сети упали в воду, окружив корабль. Некоторое время ничего не происходило, и я уже собралась поинтересоваться у Косички, чего именно мы ждем, когда они внезапно засветились и стали стремительно разрастаться.

Отливающие перламутром и лазурью нити развевались в темной воде, увеличивались и, подхватываемые волнами, охватывали все большую площадь. Я как завороженная наблюдала за их переливами, которые передавались и самой воде.

— Не считай рыб, — одернул меня удерживающий плетения Косичка.

Опомнившись, я продолжила делать свою работу, обеспечивая его необходимой энергией. Все шло хорошо. Слишком хорошо для того, чтобы такой идеальный покой продлился долго.

Потерянные души вновь дали о себе знать внезапно, но теперь их не подпускала к кораблю возведенная адмиралом защита. Однако если раньше они отлетали от нее, пружиня как мячики или вовсе боялись приближаться, то теперь действовали настырно. Нагло, я бы сказала. Да они вообще ши знает что творили!

Ударяясь о барьер, злобно шипели, улетали, но в скором времени возвращались и пытались пробиться с новой силой. Пока они не слишком мешали, но все же отвлекали, вынуждая следить не только за сетями, но и за защитой.

В какой-то момент, когда одна из особо рьяных душ буквально прилипла к окружающему кораблю барьеру, среди воцарившегося шума прозвучал отчетливый звук шагов.

Снова раздалось шипение — только теперь совсем короткое и, можно сказать, предсмертное.

— Достали, — холодно проронил адмирал, одним мановением руки и застывшим взглядом развеяв всех нападавших.