Ирина Матлак – Крылья феникса (страница 41)

Это я понимала и без нее. Волнение зашкаливало и, не подавляй я его усилием воли, захлестнуло бы меня целиком. Но поддаваться волнению этим вечером в мои планы не входило, и я старалась абстрагироваться от ситуации, в которой оказалась.

«Это все происходит не со мной», — мысленно повторяла всегда успокаивающую меня присказку, пока в личном сопровождении леди Лейдаль шла к дожидающейся меня карете. Знакомые слова действительно помогали.

Выйдя во двор, я ощутила множество направленных на меня взглядов. Студентки прильнули к окнам и не сводили с меня глаз, что заставило еще сильнее расправить плечи и выровнять шаг.

На небесный остров мне предстояло добираться в карете, запряженной григаннами. Я знала об этом с самого начала и уже почти свыклась с этим невероятным фактом, но все равно едва сдержала изумление, когда увидела дожидающийся меня транспорт вблизи. Золоченая и изящная, охваченная легким свечением карета была прекрасна, как и впряженные в нее огненные скакуны. Но еще более прекрасным и невероятным был стоящий у нее Нориан Снэш, дожидающийся меня.

Дожидающийся меня… Пресветлый, помоги!

Поглощенная созерцанием открывшегося мне великолепия, я не сразу обратила внимание на то, что карет у ворот две. И что у второй стоит еще один феникс, а именно Кайл Снэш, тоже заметила не сразу.

Когда я приблизилась, мой сегодняшний спутник слегка склонил голову, как лорд перед леди, и произнес:

— Вы прекрасны.

От неожиданно пробежавшей по телу теплой волны, сопровождающейся мелкой дрожью, я едва не забыла все, чему меня учили. Но, вовремя взяв себя в руки, изобразила полагающийся реверанс:

— Благодарю.

А в следующую секунду позади раздался мерный стук каблуков. Выпрямившись, я украдкой обернулась и не без удивления увидела направляющуюся к нам леди Вивьер — невероятно красивую, в роскошном бальном платье, с поблескивающими на свету, стоящими целое состояние украшениями.

Вот уж кто точно настоящая сказочная принцесса…

В этот самый момент стало понятно и для кого предназначена вторая карета, и кого ожидал стоящий у нее Кайл Снэш.

Нориан

В первые мгновения я ее не узнал. Скользнул мимолетным взглядом, подумав, что это одна из многочисленных студенток. Но уже спустя секунду непроизвольно посмотрел на нее снова… посмотрел — и не сводил глаз до тех пор, пока она не подошла. Впрочем, даже тогда с трудом себя пересилил, заставив не смотреть на нее столь пристально.

Чем дольше живешь, тем больше укрепляешься во мнении, что внешность ничего не стоит. Внешность — всего лишь обертка, оболочка для находящейся внутри души. Именно содержание отражается в глазах, именно оно проступает сквозь кожу незаметным светом, наполняя окружающее пространство частицами личного эфира.

Инида Трэйндж была именно такой.

До сих пор оставалось немало вопросов на ее счет, но чем дальше, тем сильнее я склонялся к тому, что она — редкой души человек. Редкого света, как издавна говорят фениксы.

Сейчас, этим вечером, увидев ее, я был готов поверить, что она спустилась с небес. Внешнее преображение подчеркнуло внутреннее содержание, придало еще больше блеска искрящимся карим глазам.

Сегодня ее было не отличить от настоящей леди. Леди в лучшем понимании этого слова. Промелькнула несуразная мысль, что, если бы существовали фениксы-женщины, они бы выглядели так, как она.

Я наблюдал за ней. Когда григанны подняли карету в воздух, она затаила дыхание. Смотрела в окно, за которым проплывало темное небо, усыпанное мириадами звезд, и молча восхищалась. Для меня зрелище давно привычное, для нее все в новинку. И карета, и впряженные в нее григанны, и даже бальное платье.

Прислушавшись к себе, внезапно осознал, что хотел бы видеть ее такой чаще. Показать этой девушке все те вещи, которые могли бы ее восхитить. И весь небесный мир — в лучшем его проявлении, исконный, пронизанный яркими золотыми лучами. Хотел бы видеть ее радостную улыбку и блеск глаз, путающееся в рыжеватых волосах солнце, слышать искренний, непритворный смех. Принято считать, что все богатства мира принадлежат фениксам и аристократии. Но мы — пресыщенные жизнью, получающие все, чего пожелаем, в сущности нищие, разучившиеся радоваться простым вещам.

Подумав так, резко себя одернул. Опасные мысли. Опасные желания. Плевать на разницу сословий и мнение окружающих. Но эта девушка не аэллина, способная выдержать истинный свет феникса. Даже при всех особенностях сил у нее не хватит. А меньшего, чем женитьба, она не заслуживает…

Риах! Снова не те мысли. Почему они вообще появились в голове?

Заставив себя отвлечься, подумал о причине, по которой решил посетить этот прием. Узнав, что второе данное мне приглашение разыгрывается как приз, отец был зол. Но он всегда превыше всего ставил честь семьи, поэтому не стал в это вмешиваться. Впрочем, когда узнал, что соревнование выиграла не аэллина, а первокурсница-ниллэ, да еще и не обладающая высоким происхождением, злость сменилась настоящей яростью.

Вспомнив нашу последнюю встречу, состоявшуюся в императорском дворце, я невольно усмехнулся. Даже при всем желании воспрепятствовать появлению Иниды в своем доме отец теперь не мог. И выказывать ей пренебрежительное отношение не мог тоже — все из-за той же чести семьи и уважения перед Институтом аэллин.

Разумеется, я не рассчитывал, что после этого он легко впустит меня в семейную библиотеку, поэтому намеревался воплотить в жизнь запасной план и обратиться к Рэйну. Отношения со старшим братом в последние годы у меня тоже были натянутые, но все же я не сомневался, что он мне не откажет.

Вновь незаметно взглянул на мисс Трэйндж. С самого начала не испытывал практически никаких сомнений, что приглашение выиграет именно она. Но все равно удивился, когда узнал от леди Лейдаль, насколько быстро она нашла его в Северной башне.

Сундук, в котором оно было спрятано, содержал вещи, относящиеся еще к тем временам, когда на месте института существовала Академия света.

Приглашение ли нашла Инида Трэйндж? Или те самые, оставшиеся с давних времен вещи? Как дневник, который, возможно, принадлежал девушке, которая умерла сотни лет назад.

Мне не требовалось исследовать все содержимое семейной библиотеки. Всего лишь одну книгу. Одну запись. Проверить догадку, которая может расставить все по своим местам.

Ида

Сдерживать внутреннее напряжение и волнение, нарастающие по мере приближения к одному из самых больших в Артогане небесных островов, давалось огромным трудом. Но наравне с ними я не могла перестать испытывать безмерное восхищение от всего, что со мной сейчас происходило. И дело было не в платье, не в дорогой карете, даже не в прекрасных григаннах, а в самой причастности к тому, что прежде было недоступно. К тому, о чем прежде я не могла даже мечтать.

Резиденция лордов Снэшей походила на дворец. Конечно, размерами он не мог сравниться с императорским, но красотой ничуть ему не уступал. Золотой и изящный, с роскошным внутренним двором, где раскинулись фонтаны, искусно выполненные скульптуры и клумбы пышно цветущих, несмотря на осень, цветов. А в центре — постамент с чьими-то именами и выгравированными портретами. Должно быть, предков.

Нас встречали лакеи, распахнувшие дверцы кареты. В тот момент, когда мне с почтением подали руку, чтобы помочь спуститься, я мысленно велела себе собраться. И все волнения, все переживания и страхи остались там — в золотой карете, а из нее я вышла собранной и сдержанной воспитанницей Института аэллин.

Карета, в которой ехали леди Вивьер и Кайл, прибыла вместе с нами, но в их сторону я больше не смотрела. Помня о правилах, вбитых в меня преподавательницей этикета и леди Лейдаль, я дождалась, пока лорд Снэш подойдет ко мне и жестом предложит взять его под руку. После чего аккуратно коснулась сгиба его локтя, и мы прошествовали к главному входу прямо по усыпанной частицами света дорожке.

Да, сперва мне действительно показалось, что по дороге рассыпан сам свет. Лишь спустя несколько долгих мгновений я вспомнила о соалите — полудрагоценном редком минерале, крошкой которого состоятельные лорды посыпают садовые дорожки. И сейчас этот дорогостоящий минерал поскрипывал под ногами сироты, рожденной в низших кварталах…

Когда еще одна пара лакеев распахнула перед нами дверь, я окунулась в истинную роскошь и свет. Обилие ярких огней, безупречный вкус, с которым подобрана каждая деталь интерьера, — вот мое первое впечатление от внутреннего убранства дома фениксов. Уже после, по пути к главному залу я отметила и глянцевый светлый пол, и преображающие стены полотна великих художников, и высокие расписные потолки, под которыми висели большие хрустальные люстры.

— Лорд Нориан Снэш и мисс Инида Трэйндж, — представили нас перед тем, как мы вошли в бальный зал.

Не знаю, сделал это лорд Снэш намеренно или так вышло случайно, но мы прибыли одними из первых. Должна признать, больше всего я волновалась именно из-за пристального внимания окружающих, когда войду в зал. К счастью, пока гостей было не так много.

И все же без внимания наш приход не остался. Хозяева этого вечера, стоящие неподалеку от лестницы, по которой мы спускались, не сводили с меня глаз. Да, именно с меня, а не с нас.

Леди Снэш была прекрасна и выглядела в разы моложе своих лет — лишнее подтверждение преимуществ, за которыми гонятся девушки, избирающие путь аэллин. Лорд Вэйр Снэш производил впечатление сурового и не терпящего неповиновения феникса; того, кто по-настоящему гордился своим происхождением.