Ирина Линер – Приключение опасного лета. Записки из Исландии (страница 4)
Еще удивила машина с немецкими номерами. Добирались паромом через Данию, наверное, а как еще? Скоро мы перестали удивляться, потому что машин из Германии было очень много. А одна так даже из Австрии приехала! В принципе, если вы не ограничены во времени, то такая дорога обойдется дешевле. Лететь на самолете не надо и машину в аренду брать. Но ее должно быть не жалко, потому что дороги здесь всякие.
Следующая достопримечательность по плану – водопад Гюдльфосс. Самый знаменитый и, по мнению многих, самый красивый водопад в Исландии. Сразу скажу, что «самых красивых» мы встречали как минимум три, но этот был действительно хорош. Он находится в десяти километрах от гейзеров в сторону Рейкьявика, и логически было бы удобнее посетить его еще вчера. Но впечатления тогда точно были бы не те. Я про шторм и стужу говорю. А сегодня – красота! Ветер стих, почти тепло, еще чуть-чуть, и куртку снять можно.
Показался первый мост через первую речку. Мост узкий, речка бурная, да еще эти люпины на берегу… И белый домик вдали, и синее-синее небо! Пропустить такой кадр было невозможно, поэтому Боря останавливает машину, а я быстренько бегу на мост фотографировать. И еще быстрее бегу обратно, потому что к мосту приближалась машина, и вдвоем нам там места не было. Название речки я, к своему удивлению, запомнила, она называлась Тингуфльот.
Еще дома перед самой поездкой я мониторила исландские новости. На предмет короны в основном, но и много чего другого узнавала. В частности, писали об одной аварии. На середине моста врезались мотоцикл и машина, два человека погибли. Причем никакого нарушения скоростного режима не было, просто дорога была мокрая после дождя и из-за тумана видимость плохая. Сотни мотоциклистов собрались потом в Рейкьявике перед зданием правительства и требовали улучшения дорог. Особенно недовольны они были ситуацией с мостами. Опасная она, мол. Я тогда не поняла, в чем суть проблемы. Что такое может быть не так? А сейчас мне все стало ясно, мосты в Исландии – страх божий!
Перед этим, например, стоят знаки ограничения скорости. Сначала семьдесят километров в час, через несколько метров – пятьдесят, затем тридцать. Мост очень узкий, красной стрелки, которая преимущества не дает, нет, одновременно может проехать только одна машина. Очень часто сразу за мостом бывает поворот, а потом еще и горка. И вообще не видно, едет ли кто навстречу! И таких мостов в Исландии – почти все! Вот все здесь замечательно, но с мостами они не доработали.
Возвращаюсь к водопаду. В переводе название Гюдльфосс означает «Золотой». Из-за осадков, которые несут ледниковые воды, вода в нем в солнечный день становится золотистого цвета, потому так и назвали. Местные жители, правда, считают по-другому. Мол, когда-то давно здесь жил очень злой и жадный фермер. Настолько жадный, что, почуяв приближение смерти, не захотел, чтобы его золото получили наследники, и бросил сундук со слитками в водопад. «Так не доставайся же ты никому!» Кстати, первая версия вовсе не исключает вторую.
Припарковались на нижней площадке, от нее к водопаду ведет довольно удобная тропа. Есть еще верхняя, но оттуда пришлось бы спускаться по довольно крутой лестнице, а затем, следовательно, подниматься.
Подошли почти вплотную, ощущения странные: смесь восторга, страха и уважения. Водопад ревет, слово сказать невозможно, да и не к чему. Я так вообще научилась в Исландии молчать, величие и просторы, что ли, давят?
Водопад Гюдльфосс
Гюдльфосс падает двумя каскадами. Можно даже сказать, что это два водопада, расположенные почти перпендикулярно друг к другу. Вода устремляется в глубокий каньон, из-за эрозии он постоянно расширяется. Расстояние между каскадами тоже увеличивается, и рано или поздно водопады совсем разойдутся. И ледники, питающие Гюдльфосс, растают лет через двести, о чем оптимистично сообщает водитель, он же гид серебристого джипа. Все мы тут, видать, по одному маршруту едем.
Около тропы – монумент с барельефом женской головы в профиль. Волнистые зачесанные назад волосы, слегка крючковатый нос, взгляд исподлобья… Суровая внешность, хотя в свое время она считалась привлекательной. Это Сигридур Томасдоттир, женщина, которая спасла водопад.
Страшно представить, но в начале XX века он чуть было не исчез с лица земли! Владелец, отец Сигридур, сдавал его в аренду иностранным инвесторам. По условиям аренды, они могли делать с водопадом все что угодно и даже построить на нем электростанцию! Хозяин воспротивился, но закон был не на его стороне. И Сигридур начала борьбу за спасение Гюдльфосса!
Чтобы убедить судей и общественность в серьезности своих намерений, на суд в Рейкьявик она ходила пешком. Больше ста километров, на минуточку. Нет, транспорт уже был, хотя бы лошади. Когда эти действия не помогли, Сигридур пригрозила утопиться в водопаде. Уж не знаю, что больше подействовало: ее напор и мужество или то, что за всей судебной суетой инвесторы забыли заплатить вовремя за аренду, но водопад был спасен. Ну и адвокат у водопада, то есть у Сигридур был хороший – будущий президент Исландии Свейнн Бьорнссон.
Посмотрели на эту махину снизу, пошли наверх смотреть с другого ракурса. А там… Какая встреча! Тот самый фотограф, похожий на артиста Леонова, которого мы у гейзера видели. Помахали рукой, как родному, и этим привлекли внимание большого черного лабрадора. Он бросился к нам со всех лап и чуть не уронил своего маленького хозяина. За поводок держался толстенький мальчик лет шести с совершенно невероятными огненно-рыжими волосами. Одет был в черные брючки и черную курточку. Такая же кругленькая и рыжеволосая мама тоже была в черном, а черноволосые папа и две сестрички одеты в красное. Надо ли говорить, что на черной собаке был красный ошейник? Очень гармоничная семья! С этого момента мы стали мониторить рыжих.
Шахматы и кратер,
в котором не купаются
Подъезжая к городу Сельфосс, мы попали в пробку. К счастью, она была не из-за аварии, а из-за профилактических мер. На дороге стояли полицейские и измеряли всем проезжающим температуру. Лишь бы на здоровье, но стоять из-за этого не хочется.
А про город сказать особо нечего. Основан в тысячном году, стоит на реке Ёльфуса, берега которой соединяет навесной мост XIX века. Мост как мост, но именно его строительство стало поворотным пунктом в истории города. До сего момента это был не город, а скопление крестьянских дворов. Примерно тогда же построили бойню и самый большой, старейший в стране молокозавод. Из-за этого завода мост вскоре и рухнул, хоть и опосредованно. Мост не был приспособлен для тяжелых машин, и когда на него одновременно въехали два молоковоза, он не выдержал их веса и обвалился. Восстанавливали его солдаты американской и британской армий во время Второй мировой войны.
Исландия сохраняла нейтралитет, что не помешало союзникам прийти с миром и оккупировать территорию. Но на самом деле исландцы не сильно возражали, толку-то? Уж лучше союзники, чем немцы. Правительство написало формальный протест, этим дело и ограничилось. В целом, экономический эффект от их присутствия был позитивным. Уменьшилась безработица, а про отремонтированный мост я уже говорила. Британцы построили в столице аэропорт, сейчас он обслуживает местные авиалинии и Гренландию. А от американцев остался тот самый аэропорт, куда мы вчера прилетели.
Что касается знаменитостей, которые так или иначе связаны с Сельфоссом, то в 2008 году на местном кладбище был похоронен чемпион мира по шахматам Бобби Фишер. Сама не понимаю, почему меня так обрадовал сей факт, шахматами я, в общем-то, не очень интересуюсь.
Где-то через часик подъехали к кратеру Керид. Он овальной формы, размером двести семьдесят на сто семьдесят метров, глубиной пятьдесят пять, очень красивый! Воронка красно-оранжевого цвета, а на дне поблескивает сине-зеленое озеро. Проход к кратеру платный, в голову сразу пришла ассоциация с «Двенадцатью стульями»: берем деньги за Провал, чтобы не слишком провалился.
В будочке кассы сидел мальчик лет пятнадцати и читал книгу. Боря спросил, какой температуры вода в озере и водится ли в нем рыба? Мальчик оторвался от книги, задумался и сказал, что про температуру он не знает, а вот рыба точно есть. Только какая именно, он без понятия.
К кратеру идет извилистая, как мышиный хвост, тропинка. Но успеем еще спуститься, сначала обойдем его поверху. Тропа вполне приличная, но местами завалена крупными острыми камнями. Боря наступил на один и чуть не порезал подошву ботинка. Вот было бы фиаско в первый же день!
Кроме нас, там гуляли люди с собаками, местные. Грех говорить, но в этом году из-за коронавируса у них была уникальная возможность увидеть свою страну без туристов, и они этим активно пользовались. Ну и мы с ними. Не представляю, как страна с населением всего триста пятьдесят тысяч принимает столько туристов. В среднем их приезжает почти два с половиной миллиона в год. Особенно после выхода сериала «Игра престолов» их прибавилось. Считай, полфильма снимали здесь.
Но даже в самый пик туристического сезона Исландию можно посмотреть совсем индивидуально. На вертолете, например! Мы видели один у водопада. Симпатичный, маленький, синенький. Стоит, терпеливо ждет, пока его пассажиры на фоне Гюдльфосса сфотографируются. Для справки, полетать пятнадцать минут над Рейкьявиком стоит восемьсот евро, полуторачасовой полет к леднику с приземлением обойдется в три тысячи, а за девятичасовой тур в любой конец страны придется выложить тринадцать тысяч! Сумма рассчитана от одного до пятерых и, естественно, каждый год увеличивается.