Ирина Линер – Эмиграция по кругу (страница 4)
Финансирование почему-то разделили на две части: одна часть – под 4,8%, вторая – 5,3%, кредит сроком на тридцать лет. Может быть, для России это и маленький процент, но для Голландии – огромный. К примеру, сейчас, когда кризис, вроде как, кончился, кредит можно взять под 1,93%, если не вносишь предоплаты вообще, или 1,68% при предоплате 15%. Ипотечный рай скажете вы? Только почему-то выплачивать жилье никто здесь не торопится. Потому что налог на недвижимость платят только с выкупленной части.
Ладно, не суть. Мы вселились, пустили наконец-то пресловутые корни и сделали ремонт. Поменяли кухню, сантехнику, пол, выкорчевали колючие насаждения в саду… Купили джакузи – аж две, потому что первая была длиной метр девяносто, и муж в ней терялся со своим ростом сто семьдесят. В общем, стал не дом, а картинка, живи да радуйся! А теперь я спросить вас хочу… Дом в Голландии с видом на озеро никому не нужен? Продам с любовью!
Рассказы из заграницы
Тернистый путь, или Первое дежурство мужа
Возможно, все, что я вам расскажу, это неправда. Потому что за такое и лицензии лишиться можно. С другой стороны, дело давнее, так что можно и признаться. Но имена я на всякий случай изменила, хотя могла бы и не стараться. Потому что ну не может немецкий врач носить имя Абдулла Аль Хамуд! Так что будем считать, что он – фигура мифическая, а рассказ этот – просто выдумка.
Это случилось в те времена, когда мы были совсем зелеными эмигрантами. Мы недавно приехали в Германию и только что закончили языковые курсы. Большой пользы они, честно говоря, не принесли. Так, размытые теоретические знания. Люди в нашей группе были, в основном, интеллектуальные, и все свободное от уроков время посвящали шахматам и преферансу. Что удивительно, почти все, включая моего мужа, сделали впоследствии очень неплохую карьеру.
После окончания курсов муж начал усиленно искать работу. Каждый месяц к нам приходила газета «Немецкий Врачебный Листок». Помимо научных статей в ней сообщалось, какие вакансии есть на данный момент в разных больницах Германии. Муж посылал резюме абсолютно во все! Только в хирургию не посылал на всякий случай. Вдруг бы взяли, а он не любит людей резать. Да и не сказать, что умеет. В лучшем случае приходил отказ, а чаще его письма просто игнорировали.
Я посетовала одной своей подруге, что муж уже в десяток клиник обратился и отовсюду отворот поворот получил. И она вспомнила про своего студенческого приятеля Абдуллу. По ее словам, человек он был страшно жадный и ленивый, но со своей врачебной практикой. Она поговорила с ним, тот передал, что если Борис согласен работать за бесплатно, то он милости просит. То, что муж едва говорил по-немецки и ни фига не понимал в гастроэнтерологии, роли не играло. Я не сказала вам? Абдулла гастроэнтерологом был, высочайшей причем категории.
В Германии многие наши врачи сменили специализацию и пошли работать туда, куда брали. Никого особо не волновало, каким врачом ты был до эмиграции, лишь бы не санитарным. Этой профессии в Германии не существует вовсе, и санитарный врач здесь врачом не считается. Были у людей трагедии, скажу я вам.
Так вот, практика… Можно сказать, что она была боевая. Муж поприсутствовал пару раз на приеме и попросился в ближайший выходной подежурить вместе с хозяином. Тот удивился. Какой нормальный человек в субботу добровольно работать захочет? Но сказал, что можно прийти с утра пораньше, часикам этак к восьми.
Дежурство домашнего врача в Германии выглядит так. Врач сидит у себя в кабинете, ему на телефон приходит вызов. Пациент или его близкие обычно сами звонят, список телефонов висит на дверях каждого праксиса. Доктор беседует с пациентом по телефону, и если ситуация требует его личного присутствия, то медсестра вызывает машину с водителем, и врача везут к больному. А там он уже сам решает, что делать: в стационар больного везти или помочь на месте.
В день дежурства муж пришел на работу в восемь. Никого, кроме медсестры, в праксисе не было. Через десять минут поступает вызов, а доктора нет! Только мой муж, который проходит практику и самостоятельно прикоснуться к пациенту не имеет права. Сестра срочно звонит Абдулле, тот недовольно ворчит и говорит, что халат с бейджиком висит в шкафу, а печать лежит в тумбочке. И вообще: «Оставьте меня в покое, я спать хочу! Он хотел дежурить, вот и пусть и дежурит.»
Бледный супруг цепляет на халат чужой бейджик, на бейджике написано: «Доктор А. А. Хамуд, интернист, гастроэнтеролог». Сует печать в карман и берет тревожный чемоданчик, который водитель тут же у него отбирает. Негоже доктору самому тяжести носить, не по чину.
Поехали. Первой пациенткой была старушка лет под девяносто, она жила вместе с братом в одной квартире. Муж задает вопросы о самочувствии, сердце и легкие слушает, давление меряет, живот щупает. А дедуля говорит сестре: «Маленькая моя, ты узнаешь доктора Аль Хамуда, у которого ты была на приеме в прошлую пятницу?» Боря похолодел. Старушка с трудом открывает один глаз, смотрит на Борю и говорит: «Нет, не узнаю». А Боря: «Вот видите, какая она плохая! В больницу ее!» И вызывает скорую.
Абдулла пришел только к одиннадцати утра, его уже ждал следующий вызов. А водитель один и тот же на все дежурство дается. И заменить врача не представляется никакой возможности. Заподозрит же неладное. Так и отпахал Боря все смену под чужой фамилией, и хоть бы кто что заметил.
Как вы понимаете, с таким шефом муж быстренько стал специалистом экстра класса, всему выучился. Это уже потом жизнь заставила его переквалифицироваться в невропатолога, а затем – в психиатра.
Кстати, прочитал он то, что я тут написала, смеялся долго и ругался тоже. Сказал, что у меня фантазия богатая, а память плохая. «Не нравится, – говорю, – сам пиши!» Обещал подумать и пошел на работу.
Ловля на живца
Дело было в Германии в самом начале нашей заграничной жизни, когда муж проходил практику в гастроэнтерологическом праксисе у одного араба. Проходил бесплатно, положительную характеристику зарабатывал. Время тогда было трудное, денег катастрофически не хватало. Муж получал пособие как человек, ищущий работу, а я числилась в типографии на какой-то непонятной должности. Почему числилась? Я вторым ребенком была беременна, и муж мне регулярно больничные выписывал, чтобы я не работала. Работа была вредная и тяжелая, точно не для беременных. Когда его фантазия иссякала, он подключал к делу знакомого стоматолога. Даже не знаю, что он мне там за диагнозы ставил.
Голова в то время была постоянно занята поиском способа зарабатывания денег. Потому что араб был редкостный жмот, и кроме драгоценного опыта выпросить у него было нечего.
Тут муж заметил, что на улице, где он работал, с периодичностью раз в две недели бьются машины. Аварии происходили на Т-образном перекрестке, поперечина которого находилась как раз под окнами праксиса. Брусчатка, узкая улица, дождь и что-то еще неведомое делали этот перекресток просто взрывоопасным для движения транспорта! Но парковаться там разрешалось, и как раз с припаркованными машинами все инциденты и происходили. В них просто тупо въезжали на повороте.
Сначала муж убирал свою машину от греха подальше от опасного места, а потом подумал: «Какого черта, это же Клондайк! К тому же это место законно принадлежит мне, потому что я здесь работаю». У нас был тогда хорошо подержанный Форд Фиеста – не жалко.
Надо сказать, что зад в Германии стоит дорого. В том смысле, что если тебе туда въехали, то страховка платит очень прилично, а ты не виноват в любом случае. А как же, ведь речь идет о нарушении геометрии кузова! При всем при том машину чаще всего совсем не ремонтируют, и она без проблем бегает по дорогам и дальше. Конечно, если речь идет о легком касании или малозаметной царапине, а не о серьезном повреждении вроде разбитого фонаря или багажника всмятку.
На следующий день Боря поставил машину на примерно подходящее место и сел в засаде у окна. Первый день прошел бездарно, ничего не произошло. На второй – слышит визг тормозов, довольно потирает руки и выскакивает на улицу. Как же сильно он был разочарован, когда увидел, что водителю удалось затормозить буквально в десяти сантиметрах от бампера! Муж, как водится, успокоил болезного, а сам сделал корректировочку и стал парковаться на тридцать сантиметров левее.
Через неделю свершилось: въехали в зад, как на заказ! Маленькая такая таратайка! Причем она умудрилась мордой очень удачно под нашу машину подлезть. Фонари и глушитель целы, только маленькая вмятинка на бампере. Все, как хотели.
Знакомый эксперт по авариям у нас уже был, кто-то из приятелей посоветовал. Тот написал экспертизу что надо! За экспертизу, кстати, платит страховка, а не водитель, если что. Вначале пришел ответ, что мы можем отвезти машину в мастерскую, и ремонт будет оплачен. Но ведь не так задумывалось! Муж сказал эксперту, что хочу получить деньгами, тот понимающе кивнул и написал очень короткое письмо с двумя волшебными предложениями. Через неделю две тысячи двести евро лежали на нашем счету, машина была куплена за пять.
Еще года два мы ее успешно эксплуатировали, пока нам опять в зад не въехали, примерно с теми же последствиями. Тот же эксперт наморщил лоб, сказал: «Ну, ты ж понимаешь?» В смысле, что второй раз с битой машиной много не «нарисуешь». Муж понимал. Тем не менее, он умудрился написать такую экспертизу, по которой мы получили еще две тысячи.