Ирина Лакина – Мэри Бэнкс. В поисках оберега Осириса (страница 6)

– Дидье, право, вам не стоит уделять мне так много внимания и заботы. Это плохо сказывается на мне. Я все больше привыкаю к вашей опеке и могу совершенно потерять способность самой постоять за себя, - она жеманно улыбнулась мужчине, который уже ждал ее на берегу.

– Мон ами,  - виконт притянул ее к себе и свободной рукой подхватил под талию, чтобы спустить на берег, – не говорите так. Вы разбиваете мне сердце! Заботиться о вас – самая приятная обязанность на свете.

Леди Бэнкс игриво опустила глаза и отвела взгляд, мастерски разыгрывая смущение. Ветер всколыхнул края ее наряда, превращенного портнихой в особую модель фрака,  обнажив толпе идеально сшитые брюки и удобные туфли. Проходящие мимо женщины с недоумением и осуждением в глазах рассматривали ее новаторский наряд, а мужчины удрученно покачивали головой, поддерживая спутниц в порицании такой фривольности,  при этом все как один сворачивали шеи, чтобы оглянуться. Эта картина позабавила девушку, и она рассмеялась.

– Вы произвели фурор в порту, дорогая леди Бэнкс! – Дидье хитро сощурил глаза и нарочно задержал ее ладонь в своей руке дольше, чем требовали приличия.

– Не боитесь получить неодобрение местных властей, виконт? Дружба со мной может сыграть с вами дурную шутку! – Парировала девушка, блеснув глазами.  - Меня могут принять за революционерку и арестовать. Я слышала, здесь наряду с гражданскими законами действует и шариат. Я могу получить наказание от полиции нравов. А вы - заодно со мной.

– Безусловно, это мусульманская страна, и ваши идеи в гардеробе многим придутся не по нраву, но можете быть уверены – я ваш самый большой поклонник! Ей-Богу, не будь я девятый виконт де Бизьер!

Его взгляд задержался на ее губах. Доли секунды хватило, чтобы в момент замешательства из-за чересчур откровенного взгляда, рука ослабила хватку. Пробегавший мимо ребенок тут же вырвал саквояж из ее ладони, и бросился наутек.

– Вор! Держите вора! – Закричал виконт и припустил со всех ног за мелким воришкой.

Отовсюду послышались крики и визг испуганных женщин, брань мужчин, где-то вдалеке раздался свисток жандарма.

В груди у девушки что-то больно кольнуло, но она мысленно приказала себе собраться. Надо же было так опростоволоситься? Мэри быстро оценила обстановку, проследив глазами за удаляющейся в толпе фигуркой, и заметила вдалеке повозку, груженную апельсинами, возница которой, мальчонка примерно того же возраста, привстал с облучка и пытливо всматривался в сторону порта, ведя глазами вора. Не раздумывая, она бросилась к повозке по короткому пути, расталкивая локтями попадавшихся под руку прохожих, перепрыгивая через поставленные друг на друга чемоданы, и не забывая при этом повторять: «I`m sorry» и «Pardon».          

Узкие брюки и туфли на низком каблуке пришлись как нельзя кстати. Мэри летела так быстро, что умудрилась сбить носы обуви и  потерять шляпку. Теперь ее рыжие, словно огонь, волосы развевались на ветру языками пламени. До места оставалось не больше десятка шагов и боковым зрением она уже видела, что мальчишка близок к цели, как вдруг случилось нечто, заставившее ее застыть от ужаса. Паренек, заметивший ее совсем рядом с телегой, принял решение и бросил саквояж вознице, но тот, не долетев буквально десятка сантиметров до повозки, упал, ударившись о землю. От удара чемоданчик раскрылся, а тубус с папирусом вывалился наружу. Возница схватился за вожжи и подстегнул лошадь, а затем резко сорвался с места. Клубы едкой желтой пыли и истошное ржание коня – все, что осталось от неумелого сообщника воришки.

Мальчик, не долго думая, поднял с земли тубус, и не переставая бежать,  открыл его,  на ходу достав реликвию и спрятав ее себе за пазуху. Мэри ринулась за ним. Он изменил траекторию и бежал теперь в сторону городских построек, намереваясь затеряться в лабиринте узких улочек и дворов. Силы покидали Мэри. Она задыхалась. Тесный корсет сдавливал грудь, а плотная ткань задерживала тепло под одеждой. Ей было нестерпимо жарко под палящим египетским солнцем, но она не сдавалась. Неожиданно путь ребенку преградила кобра. Она выскочила из щели между домами, словно с самого утра только и делала, что поджидала парнишку именно в этом месте. Он резко остановился и замер, наблюдая за ее танцующей в воздухе головой с растопыренным парашютом. Шипение змеи было настолько яростным и громким, что его было слышно за несколько метров.

Мальчик бросил папирус, прокричав что-то на арабском, а затем ужом нырнул в ближайшую подворотню.

Змея опустилась на землю и свернулась калачиком вокруг артефакта. Мэри сделала шаг вперед, и тут же была вынуждена отпрянуть назад. Рептилия мгновенно вскочила и сделала выпад в ее сторону, разинув свою отвратительную пасть. В эту минуту она сильно пожалела, что перепрятала оружие в шляпную коробку, которая вместе с остальным багажом поджидала ее в порту. И все только для того, чтобы не выдать себя Дидье, который оказался на редкость проницательным и внимательным человеком, а его пытливый взгляд вполне мог обнаружить выступающий бугорок кобуры под ее одеждой.

Сзади послышался топот ног и мужская речь. Мэри обернулась и увидела Дидье, за которым бежали несколько жандармов. Он поравнялся с ней, затем резко выхватил из-за спины револьвер, прицелился и выстрелил кобре прямо в голову. Жандармы же побежали за мальчишкой.

– Ну вот…., - прошептал виконт запыхавшимся голосом, а затем склонился и уперся ладонями в колени, чтобы отдышаться и успокоить сердцебиение, – добро пожаловать в Египет, леди Бэнкс. Признаюсь, я не ожидал от вас подобной прыти. Теперь ясно, для чего вам этот новаторский костюм. У вас удивительно быстрые ноги. Да и смекалка работает на все сто. Вместо того, чтобы бросаться вслед за ним, вы вычислили сообщника и срезали путь вдвое. Браво! Я начинаю сомневаться, а на историка ли вы учились в Цюрихе? Может быть, вы тайный агент царской полиции?

Он улыбнулся, но Мэри стало не по себе от его слов. Не хватало еще, чтобы он догадался о ее истинных намерениях.

– Спасибо, я и сама не знала, что могу так бегать, - ответила она, а затем подошла к змее, пнула ее для верности ногой, и, убедившись, что кобра действительно мертва, подняла с земли папирус.

– Забирай, это твое…, - пробубнил себе под нос Дидье, а затем задумчиво уставился вдаль, – что бы это значило? – спросил он у Мэри.

– О чем вы?

– Мальчишка. Он прокричал: «Забирай, это твое!», прежде, чем броситься в переулок.

– Кобра, очевидно, была с ним полностью согласна. Она не на жизнь, а на смерть решила стоять, охраняя свиток, обвила его своим телом и шагу не давала сделать.

– Позволите взглянуть? – Он взглядом указал на папирус в руках Мэри.

Сердце у девушки кувыркнулось в груди, выписало сальто и приземлилось на место. Она начала нервничать, но старалась не подавать вида.

– Это безделица. Копия, которую мне сделали в Цюрихе с одного оригинала, – девушка поспешила упрятать артефакт обратно в тубус, – не стоит вашего внимания. Я надеюсь, вы покажете мне действительно достойные вещицы, виконт? – попыталась она сменить тему и отвлечь внимание мужчины от свитка.

– В таком случае, позвольте пригласить вас в местный музей. Все равно в Каир мы отправимся только завтра утром. Предлагаю провести этот день и вечер с пользой. Днем я обещаю показать вам все сокровища Порт-Саида, а вечером вы любезно согласитесь отужинать со мной. Ну как?

– С удовольствием, - Мэри взяла его под руку и сделала шаг в сторону. В ту же секунду с крыши ближайшего здания скатился огромный булыжник, край которого придавил к земле подол ее наряда.

– О Боже! – Прошептала она, задрав  голову и рассматривая место, с которого упал камень.

– Скорее идемте отсюда. Эти события совсем не нравятся мне,  - заметил Дидье, который нахмурил брови и с недоумением рассматривал мертвую змею и огромный булыжник.

– Да-да. Нам нужно еще собрать мои вещи из брошенного вором саквояжа. Надеюсь, местные еще не все успели растащить, - затараторила девушка, стараясь тем самым заглушить испуг, сковавший ее мысли.

Мужчина с силой пнул камень, освободив наряд своей спутницы из плена, и они быстрым шагом направились обратно в порт, где месье де Бизьера поджидал экипаж.

Мэри одолевала тревога. Казалось, что кража, змея и булыжник – всего лишь череда неприятных совпадений, но почему-то сердце было не на месте. Спрятанный в глубокий боковой карман брюк, тоненький тубус, напоминал о себе странным жжением, словно в нем было заключено что-то опасное. Девушка поежилась, стряхивая с себя неприятные ощущения, и еще сильнее прижалась к спутнику, который дважды избавил ее от верной гибели.

Неожиданно над головой раздался протяжный крик птицы, словно кто-то ранил ее, заставив голосить от боли. Мэри посмотрела наверх – прямо над ними, закрывая огромными крыльями солнце, парил гигантский коршун. Он кружил в воздухе, словно летучий корабль, продолжая угрожающе стонать.

– Кобра и коршун…, - тихо проговорил де Бизьер, всматриваясь в небо и прикрыв ладонью глаза от слепящего солнца, – Уаджит и Нехбет. Богини-хранительницы фараонов.

– Что? – Всполошилась Мэри, чувствуя, как по коже бежит колючий холодок. – Что вы хотите этим сказать?

Она и сама провела такую же мысленную параллель, но виконт опередил ее, высказав свои опасения вслух, чем лишний раз подвтердил свою осведомленность в египетской мифологии. Это еще больше насторожило девушку. Он становился все более опасным.