Ирина Котова – Любовь и прочие проклятья (СИ) (страница 50)

С другой стороны, дурную птицу было все-таки жалко. Не просто же так она там кричит. Может, пару, бедная, ищет. А тут вместо пары целая тигрица. Сюрприз, в общем.

– Потом, – сказала девушка. – Как-нибудь потом.

И посмотрела на Витара.

Его лошадь ступала величественно и неспешно. Словно была не сельской лошадкой, взятой в аренду на границе баронства Зеленая Земля, а принадлежала к редчайшей породе, которую держат исключительно в королевских конюшнях. Ага, просто в детстве украли и селянам продали. Витар эту величественную лошадь вряд ли устраивал в качестве всадника. Одет просто, лицо тоже не изысканно-благородное, а если посмотреть со спины, то и вовсе не то на солдата, не то на наемника похож.

– А еще у него веснушки, – пробормотала Вирта.

– А? – отозвался Витар.

– Веснушки у тебя, несерьезные, – сказала девушка.

– Да? – рассеянно удивился парень.

– А у меня репутация. Репутация девушки, которая видит в мужчинах только силу. И очень многим захочется понять, где же я ее рассмотрела в тебе. А тут веснушки.

– Ну, не съедят же они меня, – и не подумал озаботиться своей незавидной судьбой Витар. – А еще у меня теперь есть эта штука.

И приподнял рукав, продемонстрировав змейку из проволоки и камней, длины которой хватило, чтобы дважды обмотать запястье.

На руке браслет почему-то потускнел, словно замаскировался, чтобы меньше притягивать к себе ненужного внимания. Вирту, когда она проводила по камешкам пальцем, эта штуковина легко колола магией. То ли предупреждая, что даже несмотря на доверие хозяина, лучше не пытаться этакую прелесть воровать, то ли просто так вот соприкасаясь с магией девушки. Даже великомудрый Шваб не смог объяснить, что там наворотил с защитой покойный Кэр-танку. А в том, что обязательно наворотил, он ни капельки не сомневался. Великий амулетчик все-таки, хоть и выгоревший. И то, как правильно передать этот амулет потомкам, он наверняка заранее продумал.

Шваба, кстати, змейка так шибанула молнией при попытке ее потрогать, что у него рука до плеча онемела. Вилуха при этом тоже только слегка колола.

– Не завидую тому, кто попробует эту вещь отобрать, – неодобрительно проворчал Шваб, наблюдая за тем, как законник деньгохранилища ставит печати и заверяет подписи. – Проклятая семейка. И ведь даже не нажалуешься на опасную защиту в совет, чтобы по шапке за эти фокусы надавали. Помер фокусник.

– А нечего чужое отбирать, – проворчал Вилух.

Вирта тряхнула головой, отгоняя воспоминания, и опять посмотрела на Витара.

– Витар, а эта вещь разговаривать с тобой не пробовала? А то мало ли.

Парень неуверенно помотал головой, потом улыбнулся, провел пальцем по камням, и вслед за пальцем потянулась разноцветная дрожащая взвесь, похожая на крошечную радугу.

– Нет, не разговаривает. Тут другое, просто ощущения. Наверное, Кэр-танку понимал, что амулетом надо научиться пользоваться, и решил как-то помочь. Я, кстати, чувствую, сколько в этой вещи сейчас силы. А еще, когда подумалось, что было бы неплохо, чтобы лес досох до того времени, как мы к нему доедем, чтобы нам на головы ничего не капало, среди наслоения плетений четко проявилось что-то подозрительно похожее на воздушный кулак, просто очень мощный.

– Амулет тебе предложил валить деревья, чтобы не капало? – хихикнула Вирта.

– Демоны его знают. Если что-то похоже на воздушный кулак, но при этом от него отличается, вовсе не факт, что оно – воздушный кулак.

– Нужно провести испытания, чтобы хоть что-то про эту вещь знать точно, – решила девушка.

– Ага, в лесу, на полянке, подальше от людей, которые могут начать бегать и кричать о спятивших магах.

А в Сосновке два печальных дознавателя сидели над анонимным письмом и крепко думали. О своей судьбе думали. О дурных анонимах, которых даже не расспросишь, идиотов, потому что страшно им. О том, что держатели деньгохранилищ вообще распоясались. Бумагу им подавай, с разрешающей печатью от начальства, и только после этого они соизволят рассказать, чем же таким занимались подозрительные маги в этом самом деньгохранилище. О своем начальстве, которое уже два днякак уехало то ли к знакомой вдове в какое-то село и там отдыхает от подчиненных, то ли было съедено неведомым чудовищем в ближайшем лесу, то ли и вправду кому-то там помогает и не может никак вернуться. А без этого начальства запрос начальству деньгохранилища можно даже не слать. А все почему? А все потому, что где-то неподалеку в каком-то таком же небольшом городке была поймана целая компания младших дознавателей, сначала требовавших у деньгохранилища сведения о купцах, а потом продававших их конкурентам.

В общем, из-за каких-то идиотов, которых просто не могли не поймать – слишком уж часто они занимались своей веселой подработкой, – теперь у всех остальных куча проблем.

– И что будем делать? – спросил один из дознавателей.

– А что мы можем сделать, пока Керт не вернется? Только попытаться не упустить злобную оборотницу, пившую кровь, и ее приятеля, чертившего жуткие знаки и закопавшего под теми знаками дохлую кошку. Потому что координат закопанной кошки у нас тоже нет. И узнать мы их можем только в том случае, если из-под земли полезет кошкоподобное умертвие.

– Ладно, поеду их догонять и попытаюсь проследить, – вздохнул первый дознаватель. – А ты все-таки пошли кого-то к вдове. Даже если Керт изначально не поехал к этой селянке, то, находясь неподалеку, он не свернуть к ней не мог. Сложно игнорировать женщину с такой фигурой.

– Так женился бы на ней и забрал бы в город, – проворчал второй дознаватель, но с тем, что начальство нужно найти как можно быстрее, спорить не стал.

Минк Вурса, он же несчастный дознаватель из Сосновки, по лесу шел медленно и печально. И размышлял о том, а не вернуться ли обратно? Потому что неспроста же парочка – маг и оборотень – не стала ехать по дороге. Нет, некоторое время они ехали, даже довольно далеко успели заехать. А потом в их дурные головы забрела какая-то не менее дурная идея, они спешились и куда-то пошли, ведя лошадей в поводу. И удрученному дознавателю пришлось идти за ними. Используя уже второй следопытский амулет, потому что парочке захотелось в лес углубиться.

С другой стороны, парочка была молодая, разнополая и с виду здоровая, ну, не учитывая подозрений в нездоровье разума. И забредать поглубже в лес они могли с одной конкретной, вполне себе приземленной целью. Экзотической любви в лично построенном шалашике им захотелось.

– Извращенцы, – мрачно прошептал дознаватель и пошел дальше. – Страшные извращенцы, – добавил он, вспомнив, что девушка все-таки оборотень, и мало ли что этим молодым и изобретательным в их не вполне здоровые головы втемяшится.

И меньше всего Минку хотелось стать свидетелем чего-то подобного. Поэтому пришлось отрегулировать амулет так, чтобы он еще и расстояние до этой парочки измерял, чтобы не свалиться случайно им на головы. А из-за этого поисковая магия в амулетах заканчивалась еще быстрее. А у него их было чуть больше десятка. А лес тут большой, и забредать вглубь странная парочка могла еще долго. Да и опережали они его хорошо так. Пока их догонишь, а Минк не был уверен, что следует именно догнать, они там и своими извращениями успеют заняться, и одну из лошадей неведомому богу в жертву принести, и провести темный ритуал на древнем кладбище стоявшего в том месте когда-то села или хутора.

– Или и вовсе нашли какого-то прикопанного товарищами разбойника и над ним изгаляются. Тренируются, значит быть. Да. Ну, вот прослежу я, значит быть, и что дальше? Пока буду следить, амулеты закончатся. А потом как-то из леса надо будет выйти с нужной стороны. Да.

Но, несмотря на все сомнения, дознаватель упорно шел дальше. Потому что у него там долг. А где-то и вовсе кошка и странные символы. И аноним, которого хотелось поймать и повозить физиономией по его писульке.

– Хм… а может, его можно было по писульке выследить? Попросить какого-то оборотня, и по запаху…

Из-за пришедшей в голову идеи Минк остановился, немного постоял, а потом решительно достал из кармана другой амулет. Идеей точно следовало поделиться, пока запах не выветрился. Пускай аноним в подробностях расскажет, что за кошка, что за знаки и что его так сильно напугало. Идиота.

Если бы дознаватель решил ускорить шаг, он бы очень удивился. Сначала удивился бы тому, что странная парочка не стала строить шалашик. У этих продуманных личностей оказалась с собой палатка. Небольшая, только от комаров и дождя спрятаться. Зато саморазворачивающаяся, воинская, с присобаченным сбоку амулетом и надувающимся матрасом. Палатку, правда, после разворачивания следовало закрепить, но парочка то ли забыла, то ли увлеклась, и в результате им пришлось с хихиканьем и поисками деталей одежды из нее выползать. Очень уж неудачно она перевернулась, что-то среагировало не так, и палатка частично сложилась.

Если бы дознаватель пришел немного позже этого происшествия, он бы удивился еще больше. Потому что странные путешественники готовили обед, рассматривали какую-то подозрительную карту, азартно споря о том, к какому городку лучше проложить маршрут, и чуть не позволили лошадям убрести. И осознал бы, что они изначально решили срезать путь через лес. Что у них для этого были припасы, та самая карта, самоуверенность и очень много желания. И понял бы, что у него самого нет ничего из вышеперечисленного. И даже амулетов для преследования могло не хватить. Но он пока оставался в счастливом неведении.