Ирина Кореневская – ОГО. По зову сердца (страница 1)

ОГО. По зову сердца

Глава первая. Болезнь

– Оникс, год. В лучшем случае, полтора. – Гигия с сожалением глянула на меня. – Где же ты раньше был, глупыш?

Я в ответ только хлопал ресницами. Как год? Как полтора? Да я же совсем молодой еще, у меня отличное здоровье, я же лось! Однако Гигия никогда не ошибается. И тут же боль, пронзившая все тело, подтвердила корректность диагноза.

– И что? Ничего не сделать? Наша медицина ведь и почти мертвых поднимает!

– Медики не боги, малыш. Тебе разве что от клона органы пересадить, как делали бандиты, которых вы три месяца назад скрутили. Но…

– Регинке не говори, пожалуйста. Никому не говори.

Я, не попрощавшись, кликнул по экрану телепортационной пластины и оказался на звездолете. Сел в кресло пилота. Пристегнулся. Стартовал.

Меня слегка вжало в кресло. Чувство привычное и ожидаемое при взлете. Но сейчас вдруг мой организм отреагировал на него резкой и почти непереносимой болью, будто бы снова подтверждая диагноз Гигии. Кажется теперь, когда я знаю о болезни, такие ощущения будут преследовать меня постоянно. Едва сумев сделать вдох, я закрыл глаза, подождал, пока пройдет. А открыл их уже в космосе.

Теперь вокруг меня наблюдалась только абсолютно черная и безжизненная пустота. Огромное пространство, лишенное жизни. Разве сюда нужно сбегать от смерти? Туда, где нет никакой жизни… Впрочем, может, я тут затеряюсь и старуха с косой меня попросту не найдет. Хотя от нее сбежать и спрятаться еще никому не удавалось, куда бы человек не забирался. Она своих клиентов везде отыщет.

Да и пространство это не такое безжизненное, как кажется на первый взгляд. В космосе расстояния огромные, но все же он наполнен жизнью: здесь столько систем, планет. И кораблей, которые бороздят это пространство, перевозя на своих бортах гуманоидов. Интересно, кто-нибудь из них пытался убежать от смерти?

Я впился взглядом в черноту, побарабанил пальцами по приборной панели. Нет, бежать – это не выход. Это одна из реакций первобытного человека на опасность: бей, замри, беги. Бить мне некого – ведь болезнь, подтачивающая мой организм, не снаружи, она неосязаема. Она внутри и жрет мое тело, своего ведь не имеет. Замереть у меня не получилось, вот я и побежал, хотя это и бессмысленно.

Раньше надо было бегать! Столько лет уже эти приступы длятся, надо было в самом начале по врачам побегать! Ведь я прекрасно помню, что эта боль со мной уже лет шесть, не меньше. Да, она появилась приблизительно в то же время, когда я решил возродить «ОГО»1[1]. Но тогда я внимания не обращал. Ну кольнуло что-то где-то, да с кем не бывает!

И потом, меня ведь обследовали всего! Когда я разбился, все себе сломал2[1], ведь в нибирийской клинике меня буквально с ног до головы просветили всем, чем могли! В такие места заглядывали, что даже я вспоминать стесняюсь – а я вообще не самый скромный мужик. Ничто ведь не предвещало!

Да и впоследствии, когда я затормозил в восстановлении, еще раз обследовали, что-то нашли и пролечили. Все было в порядке! Не скрою, приступы боли никуда не делись и стали напоминать о себе чаще. Однако мне некогда было на них внимание обращать. То мы с плесенью боролись3[1], то мчались спасать дочку4[2]. А в перерывах между этим всем просто наслаждались спокойной жизнью – у нас такое редко случается, чтобы можно было просто жить и радоваться.

Вот и почему я тогда не пошел в больницу? Да потому что не думал, что это серьезно, вот почему! То есть, я как бы понимал, что не все в порядке. У человека в норме ничего болеть не должно. Но у меня же прекрасная генетика, все предки живут и живут, слава Древним, у всех отменное здоровье! Так мне чего трепыхаться?

Покачав головой, я уткнулся носом в сцепленные замком руки. До седых волос дожил, а ума не нажил. Все полагаюсь на авось и на то, что у меня как у всех. Вспомнилось, как когда-то, давно уже, я такими же надеждами почти разрушил наше с Регинкой счастье, едва не сделал его полностью невозможным. И причинил ей столько боли, до сих пор спокойно то время вспоминать не могу!

Тогда, вместо того чтобы уйти от первой жены, поняв, что я люблю лису, а с Силией у меня в принципе мало общего, я зачем-то сидел на двух стульях5[1]. Днем не выпускал из объятий мою звезду, а ночи проводил в объятиях супруги. Одним словом, вел себя как последний мудак. И даже предохраняться нужным не считал.

А зачем? Ведь нам всем делают прививки для ограничения рождаемости, чтобы не больше двух детей у одних родителей. Я и надеялся на эти прививки, совсем упустив из виду, что у нас в роду в трех поколениях подряд были исключения. Когда же вспомнил про эти исключения, легко поверил Силии, ее лжи о ребенке6[1], которой она пыталась меня удержать.

К счастью, ситуация тогда разрешилась, мне удалось вырваться из капкана первой супруги и наконец-то соединиться с Регинкой. В результате я ее едва не угробил своей этой надеждой на авось. Три года в браке не пользовался презервативами, надеясь на все ту же прививку и теперь у нас есть Мира7[1]. Лиса, правда, как-то предохранялась, но у меня же не сперматозоиды, а терминаторы!

Выцарапав любимую из лап смерти, я уже не надеялся на авось, а стерилизовался. Нашу дочь я обожаю сверх меры и мы счастливы, что она у нас есть. Тем более и лиса так долго и страстно мечтала о лисичке. Малышка в итоге и помогла вытащить мамочку с того света, едва придя в наш мир. Удивительная девчонка!

Но больше так рисковать я не согласен ни в коем случае. Один раз удалось спасти Регинку, получится ли снова – не имею желания проверять. Поэтому я и прошел стерилизацию и теперь гарантированно стреляю холостыми. Чему-то в процессе жизни я научился. Жаль только это не распространилось на другие сферы. Давно ведь назрела потребность провериться! Гигия же сказала, что надо было раньше приходить. Значит, на ранних стадиях можно было избавиться от этого…

Стоп! Я Регинку от смерти спас, отмолил, выпросил. Сделал то, что вообще невозможно. И сколько раз уже в нашей семье такое бывало, что случается то, чего не было никогда во Вселенной! Может, в этот раз тоже получится? Чего я сразу лапки сложил? Надо действовать, а не оплакивать себя!

Положив корабль в дрейф, я пошел в наш коммутационный узел и запустил межгалактическую информационную сеть. Гигия успела назвать мне болезнь, с которой я столкнулся. Вот и посмотрю, что за дрянь, как с ней бороться. В конце концов, может, наша женщина-врач и ошиблась.

Нет, в том, что диагноз верный, я не сомневаюсь. Она мне ведь все симптомы мои перечислила, все лучше меня знает. Да и вообще она у нас врач от Бога, как говорят на Земле, у нее все мы лечимся, она даже роды у всех наших женщин принимала. Только за Регинку не взялась, потому что жене черные ученые в свое время такое наворотили, что и не поймешь, как подступиться8[1]. А я вот свой первый вопль в ее руках издал. Потому к ней и двинул, а не в клинику на лебединой планете. Да и так надежнее: Регинке бы уже доложили, если бы я обследовался у местных. Однако Гигия давно в почтенном возрасте, она же еще прадеда Антея мальчишкой помнит, с его родителями дружила.

Голову она сохранила ясную – мне бы такую. Но вполне вероятно в силу возраста Гигия уже не поспевает за всеми новшествами медицины и попросту не знает, что болезнь уже научились лечить. Так что нужно поискать, может, обнаружу клинику, где успешно с ней справляются и спасают людей от смерти!

Через час я остановил информационку, потер виски и уставился в стенку. В голове гудело, а настроение, которое и так было ниже плинтуса, теперь стремилось к отрицательной бесконечности. Нет. Ни единого случая успешного выздоровления науке неизвестно. Это конец, полный и бесповоротный. Гигия права.

Я снова схватился за голову. Да как же так? Всего год, может, полтора – это ведь так мало! Это ведь и не надышаться толком! И с близкими как следует попрощаться не успеешь. А им за что это все? Столько людей, которые меня любят и теперь им всем придется усвоить и смириться с тем, что скоро со мной предстоит расстаться.

Регинка… Любимая лиса, с которой мы так счастливы, с которой мы собирались жить долго-долго, вместе состариться. Такая простая мечта и, как оказывается, несбыточная. Что с ней станет, когда она узнает? Она же с ума сойдет! Моя ненаглядная только в любви расцвела, засияла. И сама так говорит, и заметно, и чувствую. Я же обещал ей, что мы всегда будем вместе. Обманул, получается. Опять! Снова не по своей воле, но разве это важно?

Мы с ней с трудом переживаем разлуку в день, хотя знаем, что скоро встретимся. Теперь же нам придется расстаться навсегда. Меня снова пронзила боль от одной только этой мысли. Регинка, моя хорошая… Как она это переживет, кто ее утешит, если вернее всего лиса успокаивается только в моих руках?

Мира – она же крошка совсем, только в школу пошла и теперь наполовину сиротой останется? Я же собирался парней от нее отгонять, переживать по поводу того, что она так быстро взрослеет, мечтал ее к алтарю повести, когда она встретит своего избранника. А тут выходит, даже ее первый юбилей, десять лет, уже отметят без меня! Мира потеряет отца в таком юном возрасте! Да еще и Герман. Он уже успел совершенно искренне ко мне привязаться, а ему тоже придется переживать эту потерю.