Ирина Кореневская – ОГО. Институт (страница 4)

Там-то мы и организовали парилку. Поставили оборудование, немного поменяли отделку, чтобы она выдержала все банные процедуры. И в результате туда не только Мира наведывается, но и мы с Регинкой. И сынок, когда возвращается в родные пенаты, тоже любит попариться как следует.

Я теперь рассуждаю иногда, что когда дочь переедет в свою квартиру, а Оникс-младший заведет собственную семью в этом большом доме, надо будет пристроить баню к маленькому. Тот домик, в котором раньше жила лиса, мы изначально планировали отдать сыну. Но потом обнаружили, что прикипели к нему душой и хотели бы впоследствии вернуться в него. Это и логично. Нас двое, зачем нам эти двухэтажные хоромы, когда дети разлетятся?

Жена, помню, так обрадовалась, когда я предложил это решение. А сын, в ответ на мое предложение в будущем махнуться домами, охотно согласился. Ему уже двадцать пять и он почти двадцать лет в этом доме живет, который и строили ведь по его проекту. Так что на будущее мы определились. Теперь надо определиться, с какой стороны маленького домика сделаем сауну.

Ну а раз парилка у нас появилась — с бассейном мы тоже быстро вопрос решили. Потому что да, летом порой не хочется отправляться в аквапарк, а иметь возможность плескаться, не покидая территорию двора, очень даже неплохо. Вот только перерывать всю нашу милую полянку не хотелось. У нас тут дуб и цветник, да и куры с коровой от таких перемен, думается, в шоке будут. Нечего животинок травмировать.

Поэтому мы просто купили каркасный бассейн. Его установить — на кнопку нажать и чашку кофе выпить. А он уже и поставлен, и вода набралась. Так что сейчас, получив добро от Регинки, я отправился за конструкцией. Как раз потеплело до такой степени, что можно не играть в моржей, а нежиться в теплой водичке.

- Здорово, батя! - обнял меня Оникс-младший, едва я сунулся в гостиную.

- Оникс! - ахнул я и повернулся к двери, из которой только что вышел. - Регин! Регин, иди сюда скорее! Сын внезапно образовался на неделю раньше!

Ожидаемо раздался радостный визг и счастливая лиса повисла на шее у сыночка. Принц вырос у нас таким же могучим, как и я в прошлой жизни. Росту в нем за два метра, мышечная масса развитая, басит, что ветер гудит. Красавец, одним словом! Каждый раз гордость берет при взгляде на него.

Вот и сейчас я во все глаза на парня уставился. Кудрявые волосы фиолетовой масти, как у мамочки, он перехватил в длинный хвост. Фиолетовые же брови и ресницы, кажется, немного выгорели, да и сам ребенок до черноты загорел. Это он на планете-пустыне подземный комплекс проектировал, вот и подкоптился. Еще и похудел, ест же все казенное. Вот теперь мамочка будет откармливать.

- Закончили раньше срока. - объяснял он теперь лисе, которая уже рвалась на кухню. Решила откармливать прямо с порога. - Ну я и придумал сюрприз вам сделать.

- Отличный сюрприз. - одобрил я. - Давай, пока мать на стол накрывает, с бассейном мне поможешь. Я же теперь не такой мощный, как ты.

Это правда. Предела физической формы своего нынешнего тела я уже достиг, дальше — только всякую химию жрать, а я этим никогда не увлекался. Так что я качок, но какой-то изящный. Раньше и не думал, что это возможно. Да и полтора десятка сантиметров нашему принцу в росте уступаю.

Вообще мы теперь смотримся как братья, причем я — младший. Но это ладно. С Регинкой забавнее выходит. Она же тонкая-звонкая и в сравнении с сыном вообще малышкой выглядит. И многие думают, что она парню сестра или вообще его пассия. Это невзирая на то, что жена выглядит на сорок и не молодится — ей и этого возраста достаточно.

А вот Миру за девушку Оникса-младшего никто не принимает. Они у нас очень похожи, родство на лицо, так сказать. Кстати, легка на помине — раздался визг на несколько тонов повыше, чем у матери. И на шее нашего наследника повисла дочка, удивленная, радостная... И, пожалуй, очень громкая.

Глава четвертая. Кризис среднего возраста

- Смотри, весь черный, ну прямо будто инопланетянин! - восторгалась дочка, расцеловывая брата. - Ты откуда тут взялся?

Оникс-младший стал повторять историю про ускоренную сдачу проекта и сюрприз, а я пока отправился на улицу, определиться, куда именно поставим бассейн. Вот теперь в доме станет веселее и уютнее! Не знаю, как объяснить, но когда хотя бы пятьдесят процентов моих детей собирается под одной крышей, это так здорово!

С местом я быстро определился, а когда развернулся, чтобы идти в хозблок и вытаскивать бассейн, увидел, что сынок меня опередил. Уже тащит конструкцию с таким деловым видом, будто думу государственную думает! Я поспешил ему на подмогу, но наследник отрицательно замотал головой.

- Ой, бать, я тебя умоляю! Что тут тащить-то... Ставить куда?

- Сюда, медведь. - я еще раз с удовольствием осмотрел отрока.

Крупный, сильный, здоровый — а чего еще надо? Я тут вспоминал про соперничество между матерью и дочерью. Однако не скрою, что подобное явление и среди сыновей с отцами существует и, как правило, начинают его тоже старшие. Хотя, казалось бы, взрослее и мудрее должны быть. Но не всем дано.

И если у женщин основной мотив заключается в том самом культе молодости и их, в принципе, можно понять, простить и попытаться объяснить, то у мужиков мотивов для такого поведения больше. Вот только все, на мой взгляд, яйца выеденного не стоят. За исключением того же культа молодости, разве что. Потому что нередко он сопровождается еще и кризисом среднего возраста, а тут уже психология замешана.

Я знаю о чем говорю: сам в прежнем теле такой кризис проходил4[1]. Он у меня еще «удачно» совпал с восстановлением после того как я себе все поломал в очередной истории5[2]. Реабилитация была долгой, но так это и неудивительно: ни одной целой кости в организме, кроме черепа, я же с огромной высоты грохнулся!

Тогда я впервые столкнулся с ощущением полной беспомощности и внутри себя сильно переживал, что всем, а главное, Регинке, приходится вокруг меня скакать. Я же даже сам себя обслужить не мог, ни в туалет сходить, ни помыться. И хотя родные, как оказалось, вроде и не слишком напрягались, мне помогая, все равно не хотел быть им обузой. Ведь я мужик! Это я должен обо всех заботиться, а не они обо мне.

Но это у меня уже другие комплексы говорят. Их я проработал только когда не до конца умер. И то, изначально вообще собирался сбежать, даже на эвтаназию решился было, лишь бы не стать обузой близким. Спасибо Гигии, добрым словом и подзатыльником вправила мозги. Ведь иначе я бы просто лишил всех нас еще трех лет жизни. Да и наверняка не воскрес бы, поскольку дети вряд ли бы сработали так успешно, как это у них получилось в итоге. Они бы попросту даже не знали, где я и что со мной.

Если же вернуться к моему кризису среднего возраста, то да, было такое. Я видел, как долго восстанавливаюсь и понимал, что причина не только в грандиозности травмы, переломе всего Оникса. Но еще и в том, что я же не молодею. Неприятное открытие! Это же со временем и здоровье начнет чаще подводить, и дети, которые привыкли меня чуть ли не суперменом считать, увидят, что папа не такой уж и всесильный. Нет, это даже хорошо — меньше комплексов будет у них. Вот только жалеть начнут, опять же, в чем-то я им стану обузой — не хотелось такого.

Разумеется, жалел я об уходящей молодости и когда думал о Регинке. Ведь она до того, как сошлась со мной, имела дело исключительно с юными парнями, не старше двадцати пяти лет. Она любила молодые тела — и кто не без греха, пусть сам себе поаплодирует. Любила юный задор в постели, выносливость, смазливые мордашки.

До какого-то времени я на эту тему не заморачивался. Мне повезло: представители рода Архимеди долго сохраняют внешнюю молодость. Помню, когда моя звезда потеряла память6[1] и знакомилась со мной повторно, она даже думала, что мне и тридцати-то нет. А мне на тот момент три года до сороковника оставалось. И задор у меня был, да и за телом я следил и продолжаю следить. А уж темперамент на зависть всем, на радость жене.

Однако когда я стал задумываться на тему возраста, то поймал себя на мысли: так ведь будет не всегда. Я уже седой, давно волосы начали серебриться. Когда-то и рожа уже начнет возраст выдавать, и выносливость не та будет, и сексуальный аппетит подутихнет. Нет, я вовсе не боялся, что Регинка в результате возрастных изменений во мне разочаруется или вовсе прогонит. Она у меня мудрая, верная, преданная. И так меня любит! Но я хотел и хочу давать ей то, что она заслуживает — самое лучшее. А качество того, что я даю, с годами станет ниже и я ничего не смогу с этим поделать. Так мне казалось.

И ведь нет в нашем обществе культа молодости, а вот кризис — есть. Мне кажется, это потому что в принципе сложно смириться с тем, что ты, взрослея, можешь меньше, чем раньше. К хорошему быстро привыкаешь. Да и память пещерных предков говорит в нас сильнее, чем хотелось бы.

Ведь в первобытном обществе старики были обузой, лишними ртами. Проку от них никакого, только остальных объедали. И это там, где еда была дороже золота, ввиду сложностей с ее добычей. Да и позднее, в еще более недалекие от нас времена, когда цивилизация уже подступала, а продуктовое изобилие еще нет, стареющие и немощные тоже никому не были нужны. Даже такой варварский обычай существовал: эти люди, когда переставали приносить пользу, просто уходили из общины. В мороз и стужу, в лес и горы, на растерзание диким зверям, на верную голодную и холодную смерть. Для нас это варварство и никто сегодня, надеюсь, дедушку или бабушку пинками вон из дома не погонит. Но тогда это был единственный способ сохранять ресурсы для выживания.