Ирина Комарова – Сказки бабушки Агаты (страница 49)

– Значит, кончай орать, – скучным голосом произнес дядя Саня. – Иначе в момент забулькаешь. Мне все равно, я и так мокрый.

– Я уже все, я уже успокоилась, – торопливо заверила его Вика. Голос у нее дрожал, но орать она, действительно, перестала.

– Какие вы все умные, как вы здорово успокаивать умеете, – к Лайзе вернулось привычное высокомерие. – А если я тоже спрошу: «кто следующий?», что тогда? И меня в бассейн?

– Никаких «следующих» не будет! – зло рявкнул дядя Саня. – Милиция будет здесь завтра утром, бульдозер уже расчищает дорогу! А до утра мы все будем держаться вместе! Чтобы никто, ни на секунду не оставался один! Всем понятно?

– А в туалет? – зачем-то спросила я.

– Все вместе пойдете! Санузлы здесь большие, поместитесь! Но никто не остается один! Ночуем тоже все в одной комнате!

– Всю жизнь обожала групповуху, – скривила губы Лайза. – Вот повеселимся!

– Прекрати, – похоже, что Николая заклинило на этом коротком слове.

– Да ладно, я же не спорю. Действительно, до утра дожить хочется, – она потерла плечо и взглянула на Вику, которая тут же, быстро закивала, соглашаясь.

– Вот и хорошо, – голос дяди Сани немного смягчился. – Значит, вопросов нет, все согласны. А где Мария?

– Я здесь, – ответила Мария. Оказывается, она остановилась в дверях – бледная, постаревшая. Мельком взглянула на Аллочку, но тут же перевела мрачный взгляд на Николая и спросила: – Мне тоже с вами вместе ночевать?

– Обязательно! – подтвердил тот.

– Обязательно, – кивнул и дядя Саня. – Теперь ты, Рита, – впервые, он повернулся и посмотрел на меня.

Я прикрыла глаза. Все происходящее напоминало дурной сон, а сны, как известно, смотрят с закрытыми глазами. А может, я не права? Может, наоборот, надо открыть глаза и я проснусь? И весь этот кошмар, этот черный морок, рассеется? И окажется, что ничего этого не было, что все живы, что… Но почему, почему я оставила Аллу одну?! Как я могла сделать такую глупость?! Вот дядя Саня, он сразу догадался, что она в опасности, а я… И теперь только я виновата в ее смерти.

– Ты не виновата, – как будто прочел мои мысли дядя Саня – Ты не могла этого предвидеть.

Я покачала головой. Конечно, теперь он может говорить все, что угодно. Но если бы у меня хватило мозгов, если бы я не побежала хвастаться своими новостями, а задержалась бы рядом с Аллой, то ничего бы не случилось!

– Кроме того, – продолжил дядя Саня, внимательно глядя на меня, – нет никакой уверенности, что ты смогла бы уберечь Аллу. Убийца жесток и изобретателен, так что, вполне возможно, мы сейчас имели бы два трупа вместо одного.

Мы снова забились в библиотеку. Наверное, дядя Саня был совершенно прав. С точки зрения безопасности, оставаться все время на глазах друг у друга, было самым разумным. С другой стороны… группа людей, с достаточно сложными взаимоотношениями, еще могла существовать более или менее мирно в большом доме, разбредаясь по разным комнатам. Теперешнее, вынужденно более тесное общение, грозило превратиться в один непрерывный скандал. Пока было сравнительно тихо, но гром мог грянуть в любую минуту.

Кроме того, у меня были другие, личные причины, желать хотя бы минимальной возможности уединения. Мне нужно было поговорить с Борькой. Похоже, я, наконец, придумала, как мне провести свой, как его обозвал дядя Саня, психологический эксперимент. Но пускаться без надежной страховки в такую авантюру, как ловля на живца, с моей стороны было бы верхом глупости и безответственности. И если профессиональный сыщик мне в этом деле не помощник, то на кого, спрашивается, я еще могу рассчитывать? Правильно, на Бориса. Осталось только объяснить ему условие задачи.

Я немного постояла у окна, с большим интересом разглядывая заснеженный двор, потом побродила по комнате. Как бы невзначай, присела на широкий мягкий подлокотник кресла, в котором устроился Борька и обняла его за плечи. Одноклассник мой слегка оторопел от таких неслыханных проявлений нежности, но когда я, склонив голову к его уху, зашептала, очень быстро пришел в себя.

Естественно, я не стала излагать Борьке свои рассуждения во всех подробностях. Просто сказала, что у меня есть план, как найти убийцу и, что мне нужна его помощь.

Надо отдать Борису должное, он не стал отвлекаться на мелочи. Спросил еле слышно, но коротко и четко:

– Что я должен сделать?

– Ничего особенного, подстраховка. Просто постарайся этой ночью не спать. Мне может понадобиться твоя помощь, чтобы скрутить преступника.

– Тебе? – у него сорвался короткий смешок. – Ты же у нас самая крутая. Забыла, как Женьку вчера по полу катала?

– Это другое дело, – я была просто ангельски терпелива. – Действительно, скорее всего, я справлюсь сама. Но если меня будет страховать умный сильный мужчина, мне будет не так страшно. Понимаешь? – неуверенная, вопросительная улыбка завершила дело.

Борис расправил плечи, поднял голову и выпятил подбородок.

– Это ты правильно рассуждаешь, Морковка, – даже в его шепоте, теперь угадывался внушительный бас. – Не бойся, все сделаем, как надо.

Все-таки, Маринка права: мужчины – абсолютно незатейливые существа! И если любой конкретный экземпляр узнать поближе, то управлять им – не сложнее, чем пальцами щелкнуть.

Вот интересно, если бы я вдруг собралась за Борьку замуж, получилось бы у меня? А пожалуй, да, получилось бы. Пришлось бы, разумеется, приложить определенные усилия, прикормить хорошенько… но в целом, этот тип вполне предсказуем.

В этот момент, Борис, словно желая подтвердить мои мысли, подергал меня за рукав и выдохнул:

– Рита! Слушай, Ритка, а я бы уже что-нибудь съел!

Ответить я не успела, потому что Лайза вскочила со своего места и, сделав три больших шага, встала перед нами.

– Вы о чем все время шепчетесь? Это нечестно, в конце концов! Шепчетесь и переглядываетесь! Что вы задумали?

Естественно, все присутствующие, тут же уставились на нас. И оч-чень подозрительно уставились. Особенно мне не понравился взгляд дяди Сани. Поэтому я быстро подняла руки вверх:

– Ничего такого, честное слово! Никаких заговоров, ни тайных, ни явных. Просто Борька опять хочет есть, а я не уверена – удобно ли это?

– Неудобно штаны через голову надевать, – не слишком деликатно просветил меня Николай. – Ясное дело, надо поужинать.

Честно сказать, не ожидала я от него такой грубости. А вот на Лайзу вдруг накатила сентиментальность:

– Рождественский ужин, – едва ли не всхлипнула она. – У людей свечи, подарки, а у нас одни кошмары!

– Индейку так и не приготовили, – слова Вики прозвучали удивительно невпопад. – Мария, а окорочка? Господи, окорочка ведь тоже не сделали! Они так и лежат на столе, наверное!

– Наверное, – Мария кивнула замедленно, словно не сразу поняла, о чем идет речь. – Я на кухню не заходила больше.

– Да черт с ними, с этими индейками и окорочками! – рявкнул Николай и встал с кресла. – Можно подумать, кроме них не найдется, чем перекусить!

Естественно, Николай был прав – нашлось чем перекусить и это отнюдь не была трапеза нищих. Ужин, правда, Марии так и не позволили приготовить, но нам вполне хватило холодных остатков обеда, разных вкусных кусков, чая и кофе.

Я, сделав вид, что аппетит в свете последних событий, пропал окончательно, ограничилась кусочком сыра и чашкой растворимого кофе, который, якобы по рассеянности, сама себе приготовила. Не то, чтобы я боялась, что Мария меня отравит, просто решила следовать старому завету: «лучше перебдеть, чем недобдеть!» Согласитесь, что ситуация, как-то склоняла к осторожности, пусть даже излишней. Мужчины пили кофе, сваренный в какой-то жутко навороченной импортной кофеварке, причем Борька, хитро мне подмигнув, выпил две чашки подряд. Вика и Лайза налили себе чая, а Мария ограничилась стаканом воды. В целом, ужин прошел очень мило, если не считать того, что дядя Саня, так и не присевший ни на секунду, непрерывно мерял кухню шагами. Кого как, а меня этот живой маятник, шатающийся туда-сюда, страшно раздражал.

После ужина никто даже не заикнулся о бильярде. На милые вечерние забавы сегодня никого не тянуло. Промаявшись еще полчасика, мы решили укладываться, хотя не было еще и десяти.

Поскольку нашей общей спальней на эту ночь, дядя Саня назначил, опять-таки, библиотеку, надо было решить – как устроиться поудобнее. Борька предложил провести ночь в креслах, но против этого выступили все, кроме Марии (она, по своему обыкновению, промолчала). Такого единодушия, честно скажу, в этой компании мне до сих пор встречать не приходилось. Вика напомнила Николаю про какие-то матрасы в подвале. Он обрадовался и тут же заявил, что вопрос решен и мужчины, в полном соответствии с распоряжением дяди Сани, передвигаться по дому, не менее, чем втроем, отправились в подвал. Минут через пятнадцать они вернулись за Марией и теперь втроем остались мы, девушки. С помощью Марии поиски пошли быстрее. Точнее, судя по затраченному времени, она просто спустилась с ними и указала на матрасы пальцем.

Это оказались здоровенные надувные сооружения – из тех, какие рекламируют в телемагазинах. Возня с этим матрасами – пока их развернули, пока раздвинули по углам кресла, чтобы освободить достаточно свободного пространства, пока накачали до нужной степени – привела всех в состояние несколько истерического веселья. Тщательный контроль дяди Сани за тем, чтобы никто, ни на секунду, не оставался один, тоже вызвал несколько приступов смеха, больше похожих на нервические припадки.