Ирина Комарова – Прощай, молодость! (страница 39)

– Скучные заповеди, – тоскливо сказал он. – Никакого тебе простора для фантазии. А Минисиах еще на какие-то странности намекал.

– Он не намекал, он прямо сказал. Распорядился зафиксировать все странные явления и слухи о них. Зафиксировать и доложить.

– С чьей точки зрения странные? У аборигенов такие причуды бывают, что нормальный черт ногу сломит. Или надо высматривать что-то странное с нашей точки зрения?

– Что ты ко мне пристал? На месте разберемся. А сейчас, смысла нет, рассуждать. Я думаю, Минисиах знает, что делает. И знает, какую странность мы должны обнаружить – не зря же он нас именно в эту деревню «случайно» законтрапупил.

– Но прочему нельзя было просто сказать? – продолжал уныло недоумевать Длинн.

– Потому что он – демон, а ты старший черт! И ничего он тебе объяснять не обязан! Я же не спрашиваю, почему нам поручили отрабатывать схему «Сеятель»! Хотя, тоже, не понимаю! Это ведь даже не вчерашний, это поза-поза-поза… – Кренн на мгновение остановился, словно прикидывая, не достаточно ли, потом тряхнул головой и решительно добавил, – поза-поза-позавчерашний день! Метод глубоко устарел! Все новейшие разработки опираются на средства массовой культуры! Схема «Поп-Са» работает без проблем! И не говори мне, что на Сельне может не быть массовой культуры! Даже если и нет, наплевать! Массы есть? Ты скажи мне, на Сельне массы есть?

– Ну… там это, туземцы… в смысле, местное население имеется.

– Вот! – Кренн многозначительно поднял указательный палец. – Что и требовалось доказать! Массы есть! А там, где есть массы, схема «Поп-Са» работает и при полном отсутствии культуры! А нам – «Сеятеля»! Устаревший, трудоемкий и неэффективный метод, это я тебе, как специалист говорю! Так почему «Сеятель»?

– Ты же сказал, что не спрашиваешь, «почему».

– Это я у Минисиаха не спрашиваю, а ты ответь!!

Длинн наморщил лоб.

– Я предполагаю… я предполагаю…

– Ну-ну! Не тяни, говори, что ты предполагаешь?

– Я предполагаю, Минисиах хочет, чтобы мы получше изучили психологию аборигенов. Так сказать, контактно.

– Как?

– Контактно. В непосредственном общении. Глаза в глаза.

– Длинн, – Кренн прижал сжатый правый кулак к сердцу. – Я тебя уважаю, ты знаешь. Но скажи, зачем мне изучать психологию аборигена, да еще таким варварским способом – глаза в глаза! Я что, и без этого его с пути не собью?

– Он – что? – Минисиах нервно дернулся и правым локтем сбил со стола несколько папок. – Он хочет завербоваться в компанию?

– Не просто завербоваться, – Понтонор плюхнулся на стул, взял со стола последнюю, задержавшуюся на уголке, папку и начал ею обмахиваться. – В кочегарку не желает и к строителям тоже! Он, видите ли, адвокат категории «СИ», поэтому готов рассмотреть, для начала, подходящую должность в юридическом отделе.

– Для начала?

– Ага, для начала, – язвительно повторил Понтонор. – А в дальнейшем, господин Хокк, судя по всему, рассчитывает на быстрый карьерный рост. То есть, мы все с бесов начинали, а для него, специально, в юридическом отделе место старшего черта тепленьким держат, чтобы не остывало! Нам до старшего демона дослужиться – уже карьера, а господин Хокк, не иначе, в архидьяволы метит! Вот только как он с Люцифером на эту тему договариваться будет?

– Ну-ну, ты не очень, – у Минисиаха внезапно пропало чувство юмора. – Ты потише. И вообще, думай, что говоришь. Еще услышит кто-нибудь, такие круги по воде пойдут… с чего ты, вообще, взял, что он это серьезно?

– С того, что он мне достаточно серьезно об этом объявил! А еще сказал, что в документах компании есть, с юридической точки зрения, слабые места… И он, как крупный специалист, готов на эти слабые места указать.

– Новый проект устава он разработать не хочет? Постой, а где он документы компании взял?

– Откуда мне знать? Я не давал.

– Я тоже. Получается, Харрамух. Он что, совсем с ума сошел? Служебную документацию аборигенам раздавать – за это и на административную комиссию можно!

– Это ты за Харрамуха переживаешь? – Понтонор бросил папку на пол, к остальным, и облокотился о стол. – Что делать-то будем? Если этот адвокат сам сюда так рвется, может, стоит ему помочь?

– Скандал будет.

– С одной стороны, да, как только Хокк здесь объявится – будет скандал. С другой, если я его сюда притащу, Харрамуху крышка. С третьей стороны – я не могу его притащить, ведь я про него, считается, даже не слышал…

– Слышал, – меланхолично поправил Минисиах, – от меня.

– А? Ну да, байку твою слышал, конечно, и ржал вместе со всеми. Но если я скажу, что из любопытства мотнулся на Сельну, посмотреть на туземца, которого ты так ловко обул… нет, не прокатит.

– Не прокатит. Мало ли мы туземцев в разных мирах обували. На всех смотреть – не набегаешься. Я на практикантов надеялся.

– На практикантов, – эхом повторил Понтонор. – Хм. Конечно, на кого же еще? Только на практикантов и надеяться. Выпить есть?

Минисиах молча открыл ящик стола, достал оттуда плоскую фляжку и протянул Понтонору. Тот ловко, одним движением, свинтил пробку, сделал три больших глотка и, не закрывая, поставил на стол.

– Так что за практиканты? Откуда они взялись?

– Как обычно, по распределению, – Минисиах рассеянно взял фляжку, зачем-то заглянул в узкое горлышко. – старший черт Длинн и старший черт Кренн. Знаешь их?

– Длинн, это который с усами?

– Да.

– Тогда знаю. Как-то с ним и с Кренном в баре вместе сидели. Говоришь, их на практику к тебе направили?

– Да. Они на младших демонов документы подали и для утверждения им только полевую практику осталось пройти. Вот я и подумал, отправлю эту парочку на Сельну. Вроде как случайно, определил им в разработку ту самую деревню, где этот гад обосновался.

– А задание какое дал? – Понтонор забрал у Минисиаха фляжку и снова глотнул.

– Стандартное совращение аборигенов по схеме «Сеятель». Про Хокка я им, ясное дело, ничего не говорил, но намекнул, осторожненько так. Дескать, если вдруг что-то странное увидите, сразу ко мне, с докладом.

– Не думаю я, что они намеки понимают, тем более, осторожные, – с сомнением покачал головой Понтонор. – Насколько я эту публику знаю, они засядут в кабачке, и, со всем усердием, начнут аборигенов совращать. По программе «Сеятель». И чего тебя вдруг на такое старье потянуло?

– Да знаешь, в тот момент мне показалось, что это хорошая идея. Вот, думаю, ребята исполнительные, старательные – им только направление указать, а уж они все перекопают! «Сеятель», конечно, старье, я не спорю, но зато обеспечивает погружение в массы. Поближе, так сказать, к народу. А среди народа, уже совсем не сложно и на странного адвоката Хокка наткнуться.

– Чем это он вдруг странный? – сварливо поинтересовался Понтонор и снова приложился к фляжке. – Живет себе в деревне, особого внимания не привлекает. Изучает, правда, на досуге, устав компании «Ад Инкорпорейтед», так он этим тихо занимается, без шумихи. С чего вдруг твоим практикантам на него внимание обращать?

– Так ведь омоложение! – всплеснул руками Минисиах. – Я вообще думал, что там уже вся деревня на ушах стоит! Это же чудо, не каждый день случается! Тем более, в таком захолустье, у них же…

– Твой адвокат не такой дурак, чтобы деревню на уши ставить, – язвительно перебил его Понтонор. – Про омоложение никто не знает, кроме личного слуги. А в деревне известно только, что господин Хокк, недавно купивший дом, отбыл на лечение, на неопределенное время. И, чтобы дом не пустовал, туда пока приехал племянник господина Хокка, тоже Реджинальд. И что характерно, очень похожий на дядю, просто вылитый старый господин Хокк в молодости!

– Тьфу! – сплюнул Минисиах.

– Так что, твоим практикантам никакого интереса нет, к старикану подкатываться и его возраст изучать. Разве что слуга проболтается.

– Слуга? Ах, да, крутится там около старикана какой-то отставной моряк. Печенье ему печет, ореховое. На редкость, гадкое.

– Наплевать на печенье! Главное, слуга есть, и он вполне может проболтаться. Зайдет, например, в кабачок… может ведь он изредка заглянуть в кабачок?

– Как отставной моряк, просто обязан! – физиономия Минисиаха немного посветлела. – Я уверен, что угождать этой скотине адвокату, дело нелегкое! Так что слуга, вечерком, после трудного дня, непременно заглянет в кабачок! Надо же ему отдохнуть!

– Отдохнуть, промочить горло, посплетничать, – довольный Понтонор подмигнул. – Слуги ведь любят сплетничать, правда?

– Не все и не всегда, – Минисиах снова нахмурился. – Мне приходилось работать с отставными моряками, среди них такие снобы попадаются! Сплетничать с деревенскими, видишь ли, ниже их достоинства.

– Не проблема, – небрежно отмахнулся Понтонор. – Просто придется приложить некоторые усилия. Поискать какого-нибудь старого приятеля, направить его аккуратно – пусть совершенно случайно объявится в тех краях. А дальше: неожиданная встреча, друзья обнимаются, утирают скупую мужскую слезу и отправляются в единственное место, где они могут пообщаться в приятной, располагающей к беседе, обстановке!

– То есть, в кабачок. И там слуга, рассказывая о своей жизни, ненароком обмолвится о том, что его старик-хозяин внезапно помолодел…

– А Длинн с Креном, совершенно случайно, окажутся рядом, – Минисиах сопровождал каждое слово энергичным кивком, – и услышат всю историю! Да, вполне может получиться. Молодец, Понтонор!