Ирина Комарова – Прощай, молодость! (страница 21)
«Разве что, демон Калихант? Он, кажется, относится ко мне довольно сочувственно, а Минисиах его раздражает. А если я еще намекну ему, кто текиллу на стол в дежурке пролил… Нет, это же хозяйственник, он в наши разборки влезать не захочет, своих дел по горло. Да и не сумеет он, скорее всего, обстряпать все, как надо – это ведь не столы у третьего департамента отгорловать, тут не нахрап, тут тонкость нужна.
Так что же, выходит мне, в моей борьбе и опереться не на кого? Не может такого быть! Ну конечно, не может, просто я неправильно подошел к вопросу! Надо искать не того, кто хочет, чтобы я стал начальником торгового отдела, надо искать того, кто не хочет, чтобы им стал Минисиах! И тогда все сразу становится гораздо проще. Вот, например, старший черт Штеккер. Он на Минисиаха зло держит еще с тех пор, как тот послал его на Элладу грешных гоплитов ловить. И правильно злится – сколько времени над ним весь филиал потешался! Сам, конечно, тоже виноват – если бы не трепался по всем коридорам, как он эту Элладу мелким гребнем прочесывал, пока не разобрался, что гоплиты давным-давно вымерли и от них только статуи в музеях остались, то такого эффекта не было бы. Но не на себя же Штеккеру сердиться! Тем более, что все равно, не он, а Минисиах эту волынку придумал.
Да, Штеккер, пожалуй, подойдет. Всех подробностей ему, пожалуй, знать не следует – болтлив очень. Но если его с умом использовать…
Допустим, вызвать Штеккера к себе. Он по штатному расписанию работник архива, значит, вполне можно обсудить с ним некоторые рабочие моменты. Например, у Харрамуха, как у заместителя начальника торгового отдела по учету, вполне могли возникнуть предложения по оптимизации систематизации хранения архивных материалов. Допустим, он эти свои предложения изложит, а Штеккер, разумеется, с ними согласится. Потом можно мягко перейти к Минисиаху, как к претенденту на место начальника торгового отдела и напомнить о некоторых, крайне неприятных чертах его характера. Можно даже, как знак особого доверия, показать Штеккеру список недостатков демона Минисиаха, который уже много лет, с присущей ему прилежностью и аккуратностью, составляет сам Харрамух. А почему бы и нет, они ведь со Штеккером, можно сказать, почти товарищи по несчастью. Если Минисиах станет начальником отдела, то Харрамуху не поздоровится, но и Штеккеру – век карьеры не видать. Будет сидеть в своем архиве, до самого конца жизни. А жизнь у чертей до-о-олгая.
Конечно, надо дать Штеккеру список! Харрамух не поленился, достал из нижнего ящика стола тонкую тетрадочку, перелистал, с удовольствием перечитывая отдельные строки. Вот! Вот это место Штеккер обязательно оценит:
«Пункт семнадцатый: систематические издевательства над младшими по званию, выражающиеся в требовании исполнения заведомо невыполнимых поручений (что автоматически ставит служащего в положение идиота), с последующим преданием широкой огласке всех подробностей.»
Очень хорошо изложено – четко и элегантно. Штеккеру понравится. А в конец, вот сюда, можно дописать:
«Пункт девяносто четвертый: неоднократные и злостные нарушения «Основных положений и правил» при заключении договора на покупку душ. Доказательство – копия договора с неким Реджинальдом Хокком, мир Сельна, прилагается.»
Хм. Ну, хорошо. Прочитает все это Штеккер, согласится, даже, возможно, восхитится и под каждым словом распишется. И сам предложит этот список Аррисарху на стол положить. А дальше что? Ему ведь на те же самые вопросы отвечать придется: «Откуда копия договора? Что знаешь про Хокка? Как оказался на Сельне?»
И что старший черт Штеккер ответит старшему демону Аррисарху, когда тот брови нахмурит и начнет его допрашивать? А ничего кроме правды он ответить не сможет. Затрясет хвостиком, зажмурится, в струночку вытянется и доложит:
– Нигде не был, ничего не знаю, а договор и прочие документы мне дал демон Харрамух!
После этого наступит очередь самого Харрамуха перед начальником отдела контроля хвостом трясти. Казалось бы, самый простой и удобный способ – поручить Штеккеру передать документы, совсем не годится. Что же теперь, вовсе отказаться от мысли использовать старшего черта?
«Хотя, почему отказаться? Ключевое слово здесь – «использовать»! А кто же ведет долгие разъяснительные беседы с используемым объектом? Используют всегда втемную. Значит, и со Штеккером нет нужды разговаривать ни о чем, кроме дела. Мне нужно что? Чтобы он вручил эту тетрадь Аррисарху в руки. Сам он, конечно, ни с того, ни с сего, в отдел контроля не побежит, но если организовать звоночек… вот именно, позвонить в архив и сказать, что старший демон Аррисарх приказал принести ему личное дело демона Минисиаха. Да предварительно проверить, все ли документы подшиты. Штеккер тут же схватит папку с личным делом, откроет ее и обнаружит неподшитую тетрадочку с приколотой записочкой: «Просьба приобщить. Неизвестный доброжелатель». Разумеется, он откроет ее, пролистает, увидит копию договора, прочитает и… и что? Правильно, сразу рванет в контрольный отдел – на это у него ума хватит. Еще и повизгивать будет по дороге и к Аррисарху без очереди прорвется, с такой-то бомбочкой! Пусть тот сколько угодно Штеккера потом допрашивает: ничего не знаю, ни о чем понятия не имею, тетрадочка от неизвестного доброжелателя, вот и весь ответ. А уж как сделать, чтобы тетрадочка с запиской оказалась в личном деле, без ведома служащих архива – об этом даже спрашивать неприлично. Я, как-никак, демон, неужели такой пустячок провернуть сумею?»
Понтонор не был склонен к раздражительности. Но сейчас, когда он взмок от бестолковой беготни по коридорам офисного здания, младший демон начал по-настоящему сердится. Да куда же, в конце концов, подевался, этот Минисиах?! Главное, когда нужды в нем нет, то попадается на каждом шагу – куда ни ступишь, тут тебе и Минисиах: дымит папироской и рассказывает очередную байку! А именно в тот момент, когда он необходим, когда на кону стоит не только его личная карьера, но и карьеры многих других, очень достойных служащих, демона невозможно найти, словно он нарочно, в прятки играть вздумал! И телефон персональный, как специально, в кабинете на столе оставил! Тот звонит, надрывается, а трубку взять некому!
Понтонор уже давно перешел с оживленного галопа на легкую рысцу. В ходе своих поисков он трижды заскакивал в бар для руководящего состава – проверить, не появился ли там искомый демон (выпивая каждый раз, для облегчения души и тела, стаканчик абсента – Понтонор был большим любителем абсента). Дважды, он проверил бар для рядовых сотрудников – Минисиах не брезговал посещать и это, менее почтенное заведение, обкатывая на чертях и старших бесах новые шутки и анекдоты. Дежурка, комната для совещаний, технический кабинет, личная комната… младший демон утомился. Младший демон споткнулся на лестнице, ушиб правое копыто и теперь прихрамывал. Кроме того, любимый светло-синий пиджак был испорчен – проступившие подмышками пятна пота может и удастся вывести, но все равно в этих местах нежная ткань потеряет вид. Кажется, вполне достаточно причин, чтобы плюнуть и все бросить. Заняться поврежденным копытом, а Минисиах пусть сам выкручивается, как знает! Увы. Слишком тесно интересы Минисиаха были увязаны с карьерой младшего демона. Понтонору очень хотелось получить, наконец, звание демона. Он вздохнул, сплюнул, растер плевок копытом и потрусил дальше, по бесконечному коридору «Ад Инкорпорейтед».
Минисиах отыскался в лифте для руководящего состава. Он катался по этажам, созерцая мрачную физиономию лифтера – младшего черта Костыги. Если бы Понтонор знал Минисиаха получше, то этот лифт шел бы у него под четвертым номером в списке – после рабочего кабинета демона, его личной комнаты и бара. Потому что, когда Минисиаху было грустно (хоть и не часто, но и с ним такое приключалось), когда его томили неясные, но неприятные предчувствия, то он отправлялся к лифту для руководящего состава. Устраивался там, на обитом темно-малиновым бархатом угловом диванчике, таращился на Костыгу и размышлял о тленности всего сущего и об умножении печалей.
По неопределенным, до сих пор ходившим слухам, Костыга был из аборигенов какого-то заштатного мирка. Получилось так, что при открытии там очередного филиала «Ад Инкорпорейтед», он был первым участником программы ассимиляции местных жителей, то есть оказался, своего рода, эталоном. Как правило, карьера служащих с такой стартовой площадкой, при минимальном энтузиазме с их стороны, развивалась стремительно. У Костыги же, энтузиазм был вовсе не минимальный. На самом деле, по всем тестам специальной психологической службы компании, он на порядок перекрывал утвержденные нормативы – просто зашкаливал. По крайне мере, именно так утверждали очевидцы, знакомые с лифтером еще в те далекие времена. Поэтому никого не удивило, что он со сверхзвуковой скоростью миновал первый этап карьеры – и ста лет в бесах не отслужил!
Да и то сказать, разве это была настоящая служба? Бесы обычно в строительных отделах числятся, с тачками на инферноформировании новых миров бегают или, если повезет на легкий труд устроиться, то в обслуге – судомойками, например. А Костыгу сразу приметил старший демон Пенделль, главный специалист компании по ассимиляции населения. Причем, сразу – это именно сразу: как раз на родном Костыгином мирке Пенделль свою очередную гениальную разработку вводил, а Костыга его первым подопытным оказался. Да таким шустрым, таким восприимчивым и талантливым, что главный ассимилятор его к себе приблизил и чуть ли не в личные адъютанты взял (Пенделль любил время от времени с младшим персоналом поработать – вроде как у него от этого оживление мыслительного процесса происходило). Ясно, что карьера Костыги, как на дрожжах вверх поперла. Получил он, за какие-то особо важные заслуги в деле защиты интересов «Ад Инкорпорейтед» в своем родном мире, младшего черта и перебросили его, на повышение, в другой филиал, на Терру. И здесь все складывалось довольно успешно – дослужился он, говорят, до старшего черта и даже примеривался к должности младшего демона, но потом в чем-то прокололся.