Ирина Комарова – Повелитель блох (страница 72)

– А Джузеппе…

– Слушай, Ганц, – девушка подняла голову и строго посмотрела ему в глаза. – С твоей стороны было бы очень мило, если бы ты взял пример именно с Джузеппе и лежал бы так же тихо. Иначе, клянусь, я просто долбану тебя по башке рукояткой твоего собственного меча!

– Все понял, птичка, не надо драться, – его губы изогнулись в слабой улыбке. – Считай, что я уже в обмороке.

Впрочем, Ганц и в самом деле был не далек от того, чтобы потерять сознание – крови он, действительно, потерял много. Расслабившись и снова закрыв глаза он больше ни разу не пошевелился за все то время, что Арра возилась с его раной. Наконец она облегченно вздохнула:

– Все! – и снова вытерла ладони о траву. – Как ты себя чувствуешь?

– Прекрасно, – пробормотал он, не поднимая век. – Ты не возражаешь, птичка, если я еще немного поберу пример с Джузеппе и посплю?

– Можно подумать, ты сейчас годишься на что-нибудь другое, – фыркнула девушка.

Ганц не ответил. Он крепко спал. Арра осторожно сорвала и отбросила в сторону одуванчик, щекотавший ему щеку.

– И не называй меня птичкой.

Это было просто невозможно! Вот только что, Айнштофф видел серую размытую фигуру совсем рядом, а вот она мелькнула уже далеко впереди. И стрелять бесполезно, ничто его не берет. Барракуда точно задел его гнутым зазубренным штырем из своей рогатки, а этот террорист даже не споткнулся – только быстрее побежал. И двигался он в сторону резиденции Ноизаила, где и так происходило что-то жуткое и непонятное.

На бегу, слыша справа тяжелое дыхание Барракуды, а слева – одного малознакомого младшего демона из финансового отдела, Айнштофф ругал себя последними словами. Это надо же было додуматься, приказать этому болвану Пенделлю защищать Повелителя Блох! Что он там может натворить, идиот козломордый? Впрочем, кто сейчас оказался идиотом, так это он, старший демон Айнштофф. А если Ноизаилу будет причинен хоть малейший вред, то демон Айнштофф. Или младший демон.

Наперерез аборигену кинулось десятка два чертей с Корягой во главе. Вот сейчас они его… Айнштофф не успел даже додумать до конца, как сверкнул меч, расчищая злодею дорогу, и он, рубя налево и направо, ни на секунду при этом не задерживаясь, помчался дальше. Туда, где сверкали разноцветные молнии, где от неведомых врагов, отбивался Повелитель Блох.

Странно, что Ноизаил так долго возится. С его-то магическим потенциалом, давно уже должен был бы размазать нападающих, будь их даже три сотни. Правда, они перестали отвечать, но раз дьявол продолжает глушить их молниями, значит не сдались. А вдруг у них какая-нибудь особенно сильная магическая защита? Вдруг среди этих аборигенов сплошные маги да колдуны? Тогда он, Айнштофф, вообще ни при чем, он за местное население не отвечает. Тогда это дело Пенделля, он тут главный ассимилятор. Почему не провел сканирования, хотя бы выборочного, не доложил о потенциально опасных элементах?

Старший демон поднажал. На Пенделля свалить вину еще удастся или нет, а вот за то, что руководитель филиала вынужден сам участвовать в бою, за это начальнику охраны придется ответить по всей строгости, в любом случае. И за тех, кого Ноизаил сейчас добивает, и за того ненормального, за которым он, Айнштофф сейчас гонится…

А ненормальный абориген издал неожиданно леденящий душу вопль и швырнул что-то прямо в Повелителя Блох. К счастью, тот успел спрятаться в защитный кокон, так что когда мощный взрыв поднял его в воздух, Ноизаил был уже в безопасности. И хотя ударная волна подняла его в воздух, полетел он не куда-нибудь, а в сторону чертей, изо всех сил бегущих на помощь руководителю филиала. Тем, кто оказался рядом с ним повезло меньше: их подняло в воздух, а потом брякнуло о землю в натуральном, так сказать виде. Слабонервный Пенделль визжал, конечно, а вот Банкомат с ***лизом летели на удивление достойно, без дерготни конечностями и воплей. Возможно они были без сознания.

Впрочем, в данный момент состояние коллег мало интересовало старшего демона Айнштоффа – он сосредоточился исключительно на начальстве. А защитный кокон упруго, словно мячик, несколько раз подпрыгнув, исчез, явив на всеобщее обозрение пышущего яростью Ноизаила.

– Взять негодяев! – заорал он, неожиданно резво развернувшись и размахивая руками с почти неприличной его положению суетливостью. – Живыми взять злоумышленников!

Теперь Айнштофф понял, куда так неукротимо прорывался абориген. В той стороне, куда указывали лапы Ноизаила, старший демон увидел еще двоих. Один лежал не шевелясь – ранен, убит? Рядом с ним, на коленях, явно из последних сил удерживая щит – другой, точнее другая. Скорчившаяся фигурка на мгновение сняла защиту, и абориген скользнул к своим. Айнштофф едва не зарычал от удовольствия, теперь-то они никуда не денутся! Бежать они не могут, а этот хилый щит разве кого удержит? Сейчас все его бравые ребята навалятся на ослабленную троицу. Пяти минут не пройдет, как он поставит свои копыта на их головы! (Надо заметить, что Айнштофф вовсе не был в плохих отношениях с арифметикой, ни в коем случае! Считать, а так же просчитывать он умел получше многих. А то, что сейчас старший демон собирался всего двумя имеющимися в его распоряжении копытами, встать сразу на три головы… ну погорячился немного, с кем не бывает? В конце концов, и ситуация была не самая ординарная. И вообще это было образное выражение).

– Взять негодяев! – повторил он боевой клич и, размахивая иглометом, бросился вперед, увлекая за собой чертей.

Но не успели они пробежать и десяти метров, как щит исчез. Шустрый абориген, который уже попортил им столько нервов, выпрямился во весь рост, почему-то держа на плече, словно мешок, того, что был без сознания и размахнулся. В воздухе сверкнуло бутылочное стекло. Айнштофф резко затормозил, царапая лаву копытами. Бегущие следом среагировали не менее четко. Среди сотрудников «Ад Инкорпорейтед» только что пытавшихся взять живьем зловредных туземцев, умышлявших причинить вред самому Повелителю Блох, снова поднялась суматоха. Видели они уже, только что пронаблюдали, что бывает после того, как такая вот бутылочка разбивается о лаву. Кто мог, суетливо вил вокруг себя защитный кокон, кто не обладал необходимыми для этого магическими способностями, ложились ничком, растопырив конечности и задрав хвосты перпендикулярно вверх – готовились к полету.

Приготовления оказались напрасными. Нет, бутылочка действительно была, и разбилась она, как положено, брызнув во все стороны стеклянными осколками. Вот только взрыва после этого не последовало. Только закачалось, поплыло в воздухе серое облачко, стремительно разбухая и надвигаясь на чертей густой пеленой. Не успели они подняться с лавы, не успели выпутаться из защитных коконов, как густой туман накрыл всех. Некоторое время активные действия продолжались – по россыпям искр можно было судить о количестве столкновений. Владеющие магией честно старались разогнать серую муть. Но то ли из-за того, что действовали они несогласованно, то ли туман был очень уж качественный, результата никто не достиг. Так, пара коротких узких коридорчиков образовалась, впрочем, упирающихся все в тот же туман, да серые волны заколыхались в странном дерганом ритме. Постепенно, до чертей дошло, что их усилия, в данном случае выглядят, по меньшей мере… несерьезными. Это чтобы не сказать идиотскими.

– Дымовая завеса, – раздалось совсем рядом. – Да липкая какая, скотина.

– Барракуда, ты? – Айнштофф не столько узнал, сколько угадал старшего черта.

– Я, – туман вроде бы уплотнился и слегка шевельнулся.

– Надо назад выбираться, к Ноизаилу. Продолжать преследование противника невозможно.

– В этом киселе мы их точно не догоним, – согласился Барракуда. – А где у нас сейчас назад?

Ну, уж на то, чтобы определить положение начальства на местности, у начальника охраны, старшего демона Айнштоффа, способностей, пока что, хватало. Двигаясь медленно и собирая заплутавший в тумане младший персонал, он едва не вывалился из серого марева прямо перед Ноизаилом. Но замер на границе зыбкой мглы, не в силах поверить в то, что увидел.

Айнштофф понимал, что и сам он, и его подчиненные, в свете последних событий, оказались не на высоте. И был готов ко всему, к самому суровому порицанию и наказанию. Да, он был готов ко всему, но только не к этому!

Картина, действительно, была жуткая. Все еще взъерошенный Ноизаил, стоял, выставив перед собой, словно щит, старшего демона Пенделля, слегка помятого и перекошенного.

– Вот он! – грохотал Повелитель Блох, встряхивая Пенделля и не особо заботясь о том, что при этом отрывает его от земли. Специалист по ассимиляции, впрочем, тоже относился к этому довольно невнимательно. Сучил, правда, ножками, непроизвольно пытаясь дотянуться копытцами до лавы, но физиономия его сияла отвратительно счастливой улыбкой.

– Вот он герой! – Ноизаил встряхнул Пенделля так, что тот едва успел поймать слетевшее с носа пенсне. – Вот он мой спаситель!

Айнштофф зажмурился, повертел головой и снова открыл глаза. Увы, ничего не изменилось. Только за спиной часто-часто заикал Барракуда.

– Грудью защитил! – гремело над Базой. – Данной мне властью… премия в размере… с занесением в личное дело… нагрудный знак на красно-желтой ленте… с правом ношения…