Ирина Комарова – Повелитель блох (страница 70)
Неуверенно покачиваясь и размахивая руками, он двинулся сначала в одну сторону, потом, споткнувшись, резко поменял направление. С изумлением посмотрел на оказавшийся прямо перед ним горящий штабель досок, плюнул в огонь и пошел дальше, не обращая внимания на поднимающуюся вокруг панику и беготню. Навстречу попался Барракуда со своей рогаткой. Старший черт скользнул по Шнырку взглядом, но останавливаться не стал, побежал дальше, к бесам, толкающимися над дымом из разбитой колбочки.
Шнырок же, и вовсе не удостоил Барракуду своим вниманием. Шел себе, размахивая руками и бормотал под нос то что-то жалостливое, то, наоборот, очень героическое. Но больше героическое. Все-таки шел подвиг совершать – понятно же, меньше чем подвигом, его вину перед всей компанией «Ад Инкорпорейтед» и Повелителем Блох лично, не искупить. И в общем-то, Шнырок к этому самому подвигу был вполне готов. Душевно, по крайней мере. С физическим состоянием было немного хуже, очень болели ножки и голова. А как им не болеть? Целый день бес бегал туда-сюда, по его голове стучали то пресс-папье, то тяжелый наконечник арбалетной стрелы, да еще думать пришлось столько – другой за сто лет столько мыслей не передумает сколько он, Шнырок, за одни эти сутки! Но ничего, он потерпит, он дойдет, отыщет врагов и либо победит их в неравном бою, либо… ох, вот только ножки болят. Если бы не отняли злые туземцы трейлер, можно было бы сейчас сесть за руль – на колесах, это вам не пешком. Эх, была бы здесь хоть какая машинешка, как было бы здорово! Пусть не машина, пусть велосипед… да хоть самокат, только бы ехать, а не идти!
Кажется, последние слова Шнырок произнес вслух. Он уже вышел на самый край инферноформированной территории, оставив за спиной устроенный Ганцем переполох, которого так и не заметил. И здесь, уже подняв ногу, чтобы сойдя с лавы ступить на мягкую землю, он замер. Перед ним стояла машина. Не самокат, не велосипед – настоящая машина, солидный внедорожник.
– Ой, – пискнул Шнырок. – Ой-ой-ей! Это что, мне?
Никто не ответил. Собственно, никого рядом и не было, так что вопрос вполне можно было считать риторическим. Бес покрутил головой и, на всякий случай, объяснил в пространство:
– Понимаете, мне она очень нужна… пешком-то далеко идти.
Он влез в машину, поерзал, устраиваясь, на мягком сиденье обтянутом кожей, положил руки на руль и пообещал:
– Я не надолго. Вот только найду Большого Болта и отобью вербовочный пункт… а уж если пропаду… эх! – Шнырок завел мотор и, не затрудняя себя вычислением направления, в котором могут скрываться враги, решительно тронулся с места.
– Вот он! – заорал Айнштофф, краем глаза заметив метнувшуюся в сторону нечеткую, словно размытую, фигуру. – Стой, диверсант! Взять его! Стой!
Фигура, разумеется, отреагировала на его вопли только увеличением скорости. Айнштофф снова схватился за свой игломет, прицелился, нажал на спуск, раз, второй… Увы. Реактивные иглы – оружие, конечно высокоточное, но оказалось, что попасть в бегущего человека довольно сложно. Может быть, если бы старший демон почаще тренировался бы… впрочем, что теперь об этом говорить!
Барракуда пальнул из своей рогатки и, судя по отсутствию реакции, тоже не попал.
– Какой-то он размазанный, – пожаловался старший черт. – Маскировочная краска что ли? Ничего, наши его сейчас догонят. Вон они, в клещи его берут.
Действительно, один отряд уже догонял диверсанта, а два других, с разных сторон, торопились преградить ему путь. Айнштофф прицелился было еще раз, но опустил игломет – слишком велика была опасность угодить в кого-нибудь из своих.
– Ладно, – пробормотал он, – далеко не уйдет. – И тут же выругался.
Абориген, на ходу вытаскивая меч, прибавил скорости. Размахивая оружием, он налетел на пытавшихся загородить ему дорогу чертей, разметал их в стороны быстрее, чем ураган – кучу опавших листьев и помчался дальше, строго по прямой.
– А куда… куда это он бежит? – сипло спросил Барракуда.
Вопрос был резонным. Исходя из элементарной логики, любой обнаруженный диверсант должен был бы сейчас улепетывать в сторону ближайших кустов, чтобы попытаться исчезнуть в ночной темноте, окружавшей инферноформированную территорию. Этот же, устремился вглубь Базы. Может сошел с ума? Если он не изменит направления, то очень скоро выскочит прямо к резиденции… Очевидно эта мысль пришла в головы Айнштоффа и Барракуды одновременно – они синхронно повернулись и уставились друг на друга. Террорист целенаправленно бежал прямо к резиденции Повелителя Блох! А там всей охраны – Банкомат с ***лизом! И Пенделль… Зубы Айнштоффа непроизвольно клацнули и он сорвался с места. Барракуда, если и отстал от него, то только на долю секунды.
Заметили? Ну и наплевать! Ганцу действительно было наплевать, что довольно большая группа чертей с радостными воплями устремилась за ним в погоню. Рядом с головой резко свистнуло, щеку обожгло горячим воздухом. Стреляют? Наплевать! Пусть еще попробуют в него попасть! А эти еще откуда бегут? Никак перехватить решили? Размечтались, сопляки! А метод передвижения под названием «бешеный слон» не желаете пронаблюдать? И на своих мохнатых шкурках попробовать? Ганц выхватил меч, закрутил его мельницей и прибавил скорости. А ну, кто тут не робкий, подходи… вот кому я рога поотшибаю!
Не робких оказалось довольно много, десятка два, но они и на полсекунды не задержали его. Размахивая мечом и выкрикивая ругательства, Ганц прорубил себе дорогу и понесся дальше. Он уже видел, что происходит около резиденции. Видел бесформенные мохнатые кучки – черти или бесы, какая разница! Видел лежащего без сознания Джузеппе, видел Арру, скорчившуюся рядом и явно из последних сил удерживающую магический щит. И видел массивную, грозную фигуру, яростно осыпающую этот щит молниями, не давая девушке ни секунды передышки.
Казалось бы, бежать быстрее уже невозможно, но Ганцу удалось. Издав исключительной громкости воинственный клич, чтобы отвлечь на себя внимание Ноизаила, он одновременно дернул кольцо у последней бутылочки со взрывчаткой и бросил ее прямо под ноги дьяволу. Конечно, Ганц предпочел бы, чтобы взрыв разнес этого новоявленного хозяина мира в клочки, но уже наглядевшись на невероятную живучесть подобных тварей, он не особенно на такой исход рассчитывал. Впрочем, и так вышло неплохо. Ноизаил, успевший обернуться на вопль Ганца, успел и среагировать на летящую в него бутылочку. В одну секунду он окутал себя непроницаемой защитной сферой. Взрыв легко поднял эту сферу в воздух и, словно гигантский мячик, швырнул прямо в толпу торопящихся на выручку начальству чертей и демонов. Следом за ним летели (уже без всякой защитной сферы, разумеется, не до заботы о заместителях было в эту минуту Ноизаилу) обмякшие, словно тряпичные куклы Банкомат с ***лизом и растопыривший конечности, отчаянно визжащий Пенделль.
Дорога для Ганца снова была свободна. Арра на секунду сняла щит и восстановила защиту в то же мгновение, как он оказался рядом.
– Чего расселась? – рявкнул он. – Уходим!
– Джузеппе, – девушка всхлипнула, указывая на магистра.
Ганц склонился над ним, энергично ругнулся, взвалил бесчувственное тело на плечо и сдернул с пояса Арры бутылочку с серым клубком тумана. Ту самую, которую вручил ей пару часов назад. Выпрямился, повернулся к девушке, скомандовал, коротко и четко:
– На счет «три», снимай щит. Я ставлю дымовую завесу и бегу, ты за мной, шаг в шаг! Поняла?
– Ага, – кивнула она. Посмотрела на его закопченное, злое лицо и быстро повторила: – Щит снимаю на счет «три». Ты ставишь завесу и бежишь, я за тобой, шаг в шаг.
– Готова? Раз, – Ганц поправил обвисшее тело Джузеппе у себя на плече. – Два, – пальцы его крепче сжали горлышко бутылки, – три!
Отломленное горлышко рассыпалось мелкими осколками, упав на лаву. В ту же секунду щит исчез и открытая бутылочка, кувыркаясь в воздухе и оставляя густой дымный след, полетела в сторону врагов, а Ганц рванулся с места. Арра послушно мчалась за ним. Не оглядываясь, они вихрем пронеслись по территории базы, вылетели, не снижая скорости, на какие-то грядки, миновали их, безжалостно топча, оставили за собой заметный след проломившись сквозь кукурузную делянку. Потом Ганц резко свернул направо. Ритм бега сменился – теперь они не удирали с максимальной скоростью, а бежали, хотя и по-прежнему очень быстро, нога в ногу, широким шагом стайеров, следя за дыханием и работая руками (впрочем, Ганц – только одной рукой, второй он был вынужден придерживать все время сползавшего с плеча Джузеппе), бежали с четкой и определенной целью: за минимальный промежуток времени удалиться на максимальное расстояние от Базы.
Наконец, на опушке не слишком густого леса, Ганц сбавил темп. Еще некоторое время он бежал, оглядываясь по сторонам и петляя между кустами и деревьями, потом перешел на широкий шаг. Арра, немного вспотевшая и запыхавшаяся, держалась рядом, словно вторая тень. Все-таки, она была выбита из колеи последними событиями и теперь воспринимала реальность слегка отстраненно – словно и не с ней это все происходило, а с кем-то другим, с незнакомой девушкой. А она, Арра, только смотрит на все это со стороны.
Наверное поэтому, она не слишком удивилась, когда послушно остановившись рядом с Ганцем, огляделась и поняла, что они находятся на той самой полянке, где проходил театрализованный «обряд подготовки к бою». Просто стояла и хлопала глазами. А Ганц аккуратно спустил Джузеппе на траву, опустившись на колени поискал пульс. Поднял побледневшее лицо, дернул девушку за руку, так, что она плюхнулась рядом: