Ирина Кизимова – Тридевятое. Книга первая (страница 9)
Берендей устало обратился к сыновьям, он был сильно утомлён тяжёлым днём, но держался стойко, хоть руки и снова ходили ходуном из-за пресловутой хвори.
— Коли невест вы миру представили, должно теперь показать, что сами достойны трона царского да руки их! С завтрашнего дня начнутся ваши испытания за место на престоле, по утру жду вас у себя. А сейчас ступайте!
Когда царевичи с невестами тоже покинули зал, царь провел дрожащими пальцами по вышитой жар-птице, ощущая разливающееся тепло в сердце. Хоть хворь всё ещё одолевала его, Берендей наконец-то чувствовал себя безумно уставшим, но живым.
Завтра он поведает сыновьям о первом задании, но то будет после, а сейчас пойдёт в опочивальню досматривать сказочные сны среди лебединого озера.
Сопровождаемый вездесущим Прошкой, старый царь отправился на покой.
Глава 3
Решето и пчелы
Ни свет ни заря предстали на следующий день царевичи перед отцом. Тот встречал их в алом кафтане, преподнесённом вчера Василисой, и выглядел бодрым и довольным жизнью, Ивану показалось, что даже вездесущая дрожь в руках наконец-то отпустила царя.
— Славный вчера был пир. — начал Берендей, окидывая сыновей тёплым взглядом. — Когда ваши испытания подойдут к концу, мы устроим большой праздник в честь нового государя. Но покуда неизвестно, кто им станет, лучше вам сосредоточиться на том, чтобы пройти традиционные испытания.
Испокон веков, начиная с правления знаменитого царя Гороха, все царевичи должны были бороться за трон в трёх испытаниях. Какими они будут, решал сам царь. Это могло быть что-то незначительное, а могло и в полной мере влиять на жизнь в Тридевятом. Испытания помогали выбрать действительно достойного правителя, наделённого всеми присущими для этого качествами, посему задания старались подобрать так, чтобы в полной мере раскрыть потенциал будущего правителя. Возможно, именно благодаря этой традиции, а не прямому переходу престола от отца к старшему сыну, Тридевятое процветало.
Братья преклонили головы в молчаливом согласии.
— Думал я, думал, что ж такого вам загадать. Новый царь должен обладать силою и мудростью. Сие должно находиться в балансе и в нужный момент играть ключевую роль в принятии решений государственной важности. Я решил начать с самого простейшего. Прошка, вынеси-ка царевичам вещи для первого испытания.
Служка послушно поднёс каждому царевичу небольшой холщовый мешок, он был лёгким, не раздутым, в нём скорее всего лежало что-то круглой формы, поскольку край слегка выпирал.
— Открывайте, внутри вас ждёт всего один предмет.
Царевичи одновременно открыли мешки, недоумённо рассматривая содержимое.
Василий с удивлением вертел в руках самое обычное решето:
— Не ошиблись ли вы предметом, царь-батюшка?
— Стар я стал, но всё же не глуп. И будущему царю должно мудро править Тридевятым. Ваше первое испытание будет не столько на силу, сколько на смекалку. Кто зачерпнёт воду решетом и наполнит ей мою чарку при всём честном народе будет наречён победителем.
Василий и Сергей переглянулись, оба ожидали конкретного наказа от отца, но вместо вразумительного задания тот изволил подложить им свинью, завуалировано выражаясь загадками.
— Я понял, это в народе такие выражения ходят! — решил проявить необходимую смекалку Василий. — Между прочим я-то знаю, что они означают.
— И что нам делать с этими небылицами, царь-батюшка? — Сергею совершенно всё это не нравилось, в отличие от брата он воспринимал всё буквально, и, как оказалось, не далеко ушёл от истины.
— Вы должны повторить в точности всё, как я сказал. Завтра в двенадцать по полудню должно будет явиться к Девичьему озеру и набрать воды из него. Вы должны сделать это так, чтобы не пролилось ни капли. А теперь приступайте!
Он хлопнул в ладоши, показывая, что разговор на этом окончен, а далее царь будет только принимать результат.
— Что будем делать? — без энтузиазма спросил Василий, когда они покинули царскую горницу.
— Батюшка хочет, чтобы мы исполнили ходящую в народе поговорку: «Носить воду решетом». — задумчиво ответил Иван. — Нужно придумать способ, которым действительно можно перенести воду в решете, хоть это и кажется невозможным.
— В том и дело, что это просто невидаль. — махнул рукой Сергей. — Я не собираюсь тратить на это время. Лучше подготовлюсь к другим испытаниям. Надеюсь, они будут более понятными.
— Но ты же не знаешь, что ещё придумал отец? — попытался отговорить его младший.
— Слушай, Иван, ведь поговорка эта значит — заниматься пустым делом. Так зачем же нам делать то, что в итоге невозможно? Никто никогда не таскал воду решетом, что за вздор!
— Значит, вы не собираетесь проходить испытание? Царь-батюшка разочаруется, если я явлюсь один завтра.
— Завтра свидимся. — спокойно ответил Сергей. — А пока я пойду подготовлюсь к действительно серьёзным делам.
Василий цепко ухватил старшего брата за кафтан и потянул к выходу.
— Бывай, братишка, встретимся на озере!
Иван проводил их настороженным взглядом, он был отнюдь не дураком и прекрасно понимал, что это значит — старшие решили объединиться в хрупкий, временный союз и вместе найти решение проблемы. Сергей никогда бы не сдался перед трудностями на своём пути, а Василий хитрый и прозорливый словно лиса. Вместе эти двое могут найти ключ к решению головоломки и оставить младшего далеко позади, поделив лидирующие позиции.
— Что ж ты опять, Иван-царевич, не весел? Что ж, ты голову повесил? — спросила Василиса жениха, когда тот опечаленный вернулся в светлую горницу.
— Как не печалиться мне, Василисушка. — вздохнул царевич, — Батюшка наказал к завтрему придумать как зачерпнуть решетом воду из Девичьего пруда да наполнить ей чарку, не пролив ни капли, и всё это при всём честном народе. А я даже не представляю, как можно это сделать…
— Не кручинься, Иван-царевич, не стану я решать эту задачку за тебя, но могу лишь предположить, что ты сможешь найти свой ответ на ближайшей пасеке.
Иван переваривал данную Василисой подсказку — если она говорит про пасеку, стало быть речь идёт о пчёлах. Но причем здесь решето?
— Тебе стоит посетить её и найти ответ самому. Уверена, что ты справишься. — подбодрила его суженая.
— Спасибо за твои наставления, я сделаю так, как ты сказала. — поблагодарил Иван.
Ему было лестно, что хоть Василиса и знала точный ответ на царское задание, но предпочла дать ему возможность разобраться с этим делом самому, лишь задав нужное направление.
Ещё раз поблагодарив девушку, он направился прямиком в пчелиное царство, располагающееся в ближайшей деревеньке. Иван оставил Сивого у ворот, а сам направился к удивлённым крестьянам, не ожидавшим увидеть царского сына в своих владениях.
— Здрав будь, Иван-царевич! — поприветствовал его хозяин, он замотался холщовой тканью, выйдя на проверку ульев, до сих пор держа в руках дымарь, в котором дотлевали остатки сухого навоза. — Вся округа гудит о вашей прекрасной невесте да её чудном кафтане! Примите наши поздравления.
— Благодарю, вас Семён Петрович за слова добрые да мёд ароматный, что вы поставляете к царскому двору.
Мужик поклонился, ему лестно было слышать такие добрые слова от младшего царевича. Пасека давно стала делом всей жизни Семёна, он холил и лелеял пчёлок как собственных дитятей, посему похвала была для него словно мёд для ушей.
— Не сочтите за грубость, Иван-царевич. Но чем мы обязаны вашему прибытию? Али последний мёд был не вкусен, али чем я провинился пред царём-батюшкой?
— Не нужно так переживать, Семён Петрович. — заверил его Иван, заметив, что мужчина волнуется, хоть и старается этого не показывать. — Я всего лишь сам решил посмотреть на то, как изготавливается ваш вкуснейший мёд.
— Это запросто можно! — облегчённо вздохнул пасечник, обрадовавшись тому, что его опасения не подтвердились. — Вы сами хотите мёд собрать или просто посмотрите?
— А они у вас не кусаются? — опасливо спросил царевич.
— А как же⁈ Жалят, конечно. — совсем не обрадовал его мужик. — Но вы не боитесь, Иван-царевич! Я вас как следует наряжу да научу как правильно с пчёлками обращаться. Тогда ни одна вам зла не причинит! А ежели и ужалит, то на доброе здоровьице только!
И не дав царевичу опомниться и что-то возразить, он подхватил его под белы рученьки и потащил в свой домишко — наряжаться. Вскоре Иван был полностью готов к сбору мёда, заботливо укутанный женой пасечника. Сначала женщина отчитала мужа за то, что не гоже царскому сыну в ульях возиться, но услышав желание самого Ивана, противиться не стала, только минут десять вьюном вилась, обряжая его во всевозможные тряпки. Наконец, уже готовая компания направилась прямиком к ульям, располагавшимся на заднем дворе.
— Мой отец и дед бортничеством занимались, с малых лет я с ними в лесах пропадал. Да только опасный это промысел. — пасечник тяжело вздохнул. — Оба разбились, упав с деревьев. Дети малые у меня, что с ними приключится, ежели без батьки останутся? Посему я перенял мастерство постройки ульев у одного пчеловода из Тридесятого, да так понравилось мне сие, что пасеку вон собственными руками сколотил!
Иван со смесью страха и интереса разглядывал пчелиные жилища, ранее ему не приходилось бывать на пасеках, поэтому о пчеловодстве он знал разве что из детских рассказов мамок-нянек.