Ирина Кизимова – Тридевятое. Книга первая (страница 7)

— Хорошо, пусть дело в твоих руках спорится.

Понимая, что Василисе действительно нужен покой и простор для чудес, Иван, попрощавшись, вышел из горницы, у него ещё были обязанности во дворце, так что он тотчас же к ним приступил. На сердце было спокойно, он безоговорочно верил в то, что Василиса сделает всё, что в её силах, после того как она его в этом заверила. Но всё же чувствовал лёгкое волнение, наполняющее сердце, с которым предстояло свыкнуться до завтрашнего вечера.

Василиса проводила жениха долгим взглядом, а после удобно расположилась в лучах солнышка у окна, размышляя о том, как ей лучше поступить. Хоть она и заверила Ивана в том, что всё в порядке, но стоявшая перед ней задача была отнюдь непростой. Здесь понадобится и волшебство, и мастерство рукоделия. Время на чудеса так же было ограниченно единственной ночью, поскольку с наступлением дня она становилась лягушкой и полностью утрачивала всю свою магию. В глубине души Василиса чувствовала едва слышные нотки беспокойства, но всё же была уверена в том, что в этих вещах ей сейчас равных нет ни в царском тереме, ни во всём Царьграде, она обязательно покажет все свои умения будущему свёкру.

Осталось только придумать, что такого необычного сделать для царя, удивить которого было не так уж и просто. Берендей слыл как большой любитель заморских диковинок и редких книг, коих у него была целая библиотека. Идея пришла так же спонтанно, как девушка заприметила царя-батюшку, который в последние годы особенно редко показывался из терема, но сегодня в хорошем расположении духа приветствовал дежурящих у ворот стрельцов, переступая мелкими шажками по двору, самолично следя за подготовкой к будущему пиру. Мальчик-служка постоянно вертелся рядом, не отступая от своего царя ни на шаг. Территория терема гудела словно улей, все его обитатели готовились к приближающемуся торжеству. Служки еле успевали разгружать прибывающие телеги с провизией и сносить её на кухню, где вовсю гоняла девчат бабка Настасья.

— Таких подарков ты отродясь не видывал. — довольно улыбнулась про себя Василиса, уже зная, что сегодняшняя ночь будет как никогда длинной и богатой на чудеса.

Тем временем в тереме главного казначея Марфа не находила себе места, она расхаживала перед подругой из стороны в сторону, пытаясь унять праведный гнев. Царевичи недавно рассказали им о задании отца, а коли девушки были хорошими подругами, то Марфа тут же примчалась в соседний терем.

Ольга была ей как сестра, с малых лет всё, что ни придумывали, девушки всегда делали вместе. У обеих было несколько братьев, и только у Марфы — младшая сестра, Лизка — любимица маменьки, но старшей даже смотреть на неё грустно было, только ветерок дунет — от хвори сляжет. Не будь маленькая девочка дочкой главного воеводы, уже давно бы не стало её на этом свете. Он мог себе позволить нанять лучших лекарей, а царь-батюшка знал о состоянии дочери своего близкого друга и так же помогал со своей стороны, отправляя царских лекарей к слабой девочке. Но, как и Берендей, Лизка беспрестанно хворала, практически не выходя на улицу, с одним лишь отличием — ей недавно девять годиков стукнуло.

Ольге компания подруги нравилось, озорная Марфа всегда находила чем заняться в скучном тереме казначея, где все служки ходили как по струнке и были сдержаны на проявление эмоций. В детстве девочки часто устраивали мелкие шалости, дуря на кухне или сеновале, но никто никогда не был на них в обиде за это, учителя лишь прятали редкие улыбки, иногда показательно ворча на лучших подруг. Обе выросли статными, словно берёзки в рощице, а красоте их завидовали остальные дочки знатных родителей, по возможности стараясь не появляться рядом с подругами на пирах, дабы не соперничать с ними.

Сейчас же повод собраться был самый, что ни на есть серьёзный, поэтому Марфа начала разговор первой.

— Сама подумай, Ольга, как мы можем сделать что-то за ночь?

— Такова воля царя-батюшки, ты знаешь, чем карается неповиновение. Хочешь провалить всё наше дело и снова сидеть в девках? — нахмурилась девушка, откинув тяжёлую темную косу с груди.

— Почему мы об этом не знали? Можно было подготовиться заранее! — не унималась Марфа, но Ольга только шикнула на неё.

— Дурная, мы пообещали об этом не болтать, так что слушай меня!

Младшая замолчала в благоговейном трепете смотря на старшую подругу.

— Мы наймём лучших мастеров лавок Царьграда, они не посмеют отказать в помощи будущим царицам. Пусть сделают за нас всю тяжёлую работу, а нам останется только хорошо к пиру нарядиться. Кого бы ни нашёл Иван, она не сможет соперничать с нами!

— Это ты хорошо придумала. — похвалила младшая, заметно повеселев. Она с роду в руки ничего тяжелее крынки молока не брала, а в сторону рукоделия и вовсе кидала неодобрительные взгляды. Вдруг ещё палец иглой поранишь? Больно надо! Марфа верила, что и без этого полна талантов и наделена матушкой-природой писанной красотой. — Думаешь, царь даст благословение нам обеим?

— Попросим мастеров сделать что-то похожее, тогда у царя не останется выбора, ведь в остальном мы друг другу не уступаем.

— Будь, по-твоему, Ольга. — согласилась девушка.

— Отправим слуг найти мастеров, иначе нас могут заподозрить в жульничестве. — рассудила старшая. — Выбери того, кто меньше всего болтать будет, ежели нет таких, то мой доверенный в одиночку справится.

— Есть у меня один служка на примете, всё ради меня сделает! — Марфа лучезарно улыбнулась.

— Ты с ним осторожнее, мало ли что! Недолго осталось тебе в девках сидеть. — строго предупредила Ольга, зная, что у подруги вечно ветер в голове гуляет.

— Не переживай, милая, я знаю. — отмахнулась от её наставлений Марфа. — А что насчёт невесты Ивана говорят? Ты слышала что-нибудь из царского терема?

Ольга покачала головой:

— Один служка вчера видел Ивана-царевича поздним вечером, говорит, что один он вернулся.

— Может, не сыскал никого на тех болотах?

— А может, позже придёт. — пожала плечами дочка казначея. — Впрочем та болотная девчонка нам не соперница! Кем бы она ни была.

Марфа гордо улыбнулась:

— Разумеется! Все знают, что мы с тобой первые красавицы!

— А теперь иди и не болтай никому. — вновь наказала Ольга. — Времени мало, а дел ещё невпроворот.

— Ладно-ладно! Увидимся завтра, сестрёнка. — попрощалась с подругой Марфа и направилась в свой терем, оставалось уговорить Прокофия выполнить её нехитрую просьбу.

Ольга нахмурилась, ей не нравилось то, как беспечно себя ведёт Марфа, впрочем, отчаянно верила, что серьёзный царевич Сергей сможет оградить её от любой напасти. К своему объявившемуся жениху Василию, девушка никакой нежности не питала. Слухи разные ходили о нём, вплоть до того, что по Царьграду уже разгуливают его незаконнорождённые дети от других девиц, которые решили разделить ложе с царским сыном. Если бы Ольга действительно хотела быть любимой женой, то более серьёзно отнеслась бы к похождениям будущего супруга. Но её волновало лишь то, что, взойдя на престол, царевичу быстро опостылят царские дела, а кто как не верная супруга рядом будет принимать все решения за него? А она не сомневалась в том, что в итоге править будет Василий, ведь Сергей точно сгинет где-нибудь в очередном военном походе.

Она обязательно одержит победу в этом состязании, а после перед Марфой сделает вид, что всё случайно так получилось. Девушка вызвала своего самого верного слугу и, вручив ему увесистую калиту с монетами, наказала пойти к лучшему золотых дел мастеру, который за ночь мог бы выполнить сложный заказ. Царское благословение уже было у неё в кармане.

За длинными столами, ломившимися от яств да сладкого мёда, чинно расселись бояре и дворяне, сухо справляясь о здоровье друг друга, делая вид, что им совершенно не интересны пустые сплетни о чужой жизни, хоть и обожали после их как следует обмусолить, промывая косточки недругам за их спинами. За отдельным столом расположились по лавкам воеводы, готовые встречать своего обожаемого старшего царевича общим гомоном. Их настроение было заметно веселее, чем у напыщенных бояр, не успел пир начаться, а кто-то уже еле сидел на месте, то и дело валясь под лавку из-за выпитого мёда, и заботливо усаженный коллегами по службе обратно перед очередной полной чаркой.

Воздух в помещении словно вибрировал от ожидания, каждого из собравшихся распирало любопытство, которое никто даже не пытался скрыть. Часто можно было услышать рассуждение того или иного человека на вопрос «Как же покажут себя молодые невесты?», но пока они могли лишь догадываться о том, что их ожидает сегодня. Царь восседал на резном троне во главе стоящих стройным квадратом столов. По обеим сторонам от отца разместились его сыновья. Несмотря на то, что все были одеты по-праздничному, и каждый пытался перещеголять другого, царевичи всё равно выделялись из толпы, словно исходила от них особая, невидимая глазу сила.

Подле старших братьев находились их будущие жёны, одна краше другой, их довольные улыбки так и светились на лицах. Как и ожидалось, царские невесты облачились в самые лучшие сарафаны, дорогие мониста украшали лебединые шеи, шелковистые волосы были аккуратно заплетены в длинные косы, а головы венчали усыпанные самоцветами дорогие кокошники. Младший находился в позорном одиночестве, что не упустил подметить средний, насмешливо напомнив Ивану, что всем интересно посмотреть на его ненаглядную кикимору, царевич на это только отшутился: «Ты, братец, только про мою суженую и говоришь, небось завидуешь?». Василий побагровел, но Сергей тут же осадил его холодным взглядом, ему не хотелось разнимать этих двоих при честном народе.