Ирина Канро – Не для тебя, принцесса! (страница 9)

Ксаэль лениво подпер голову рукой, не сводя взгляда с Маджины.

— Может, сначала обсудим главное? — он намеренно сделал паузу. — Например... условия личного характера?

В зале повисла тишина. Маджина почувствовала, как кровь приливает к щекам.

— Ваше Высочество, личные вопросы будут рассмотрены после подписания всех документов, — проговорил старший советник Соларии, бросая на Ксаэля подозрительный взгляд.

— Вот как? — Ксаэль улыбнулся, но в его глазах вспыхнуло раздражение. — То есть я не могу даже поговорить со своей невестой?

— Всему свое время, — холодно ответил казначей. — Сначала — дела государства.

— Хорошо, — Ксаэль разомкнул сложенные пальцы, демонстративно откинувшись в кресле. — Давайте тогда быстрее заканчивать с этими бумажками.

Маджина молчала, смотря перед собой. А Ксаэль ведь еще вчера понял, что им не дадут возможности поговорить наедине, потому и приходил к ней ночью. Правда, знать соларийским делегатам об этом совсем не обязательно – еще хватит удар.

Переговоры тянулись мучительно долго. Каждый пункт обсуждался до хрипоты, каждое слово взвешивалось, как на весах. Маджина чувствовала себя марионеткой — кивала, когда требовалось, подписывала, что подкладывали, и всё это время ловила на себе горячий взгляд Ксаэля, который, казалось, прожигал её насквозь.

Когда наконец объявили завершение на сегодня, Маджина вскочила с места, надеясь хоть на секунду остаться наедине с первым принцем, но советники тут же окружили её плотным кольцом.

— Ваше Высочество, вам нужно отдохнуть, — настойчиво сказал старший казначей, буквально уводя её в сторону.

Ксаэль, оставшийся у стола, сжал кулаки. Он был раздражен. Эти старые кроты специально прячут от него его сокровище! Но чем сильнее они мешали, тем яснее он понимал, что Маджина будет принадлежать ему. И никакие бумажки этого не изменят.

***

Гостевые покои тонули в уютном полумраке. Маджина сидела в глубоком кресле, уткнувшись взглядом в только что потушенный камин. На низком столике перед ней стояли нетронутые яства: сочная оленина в вишневом соусе, запеченный фазан, фаршированная форель с лимоном, тарелки с тушеными овощами и свежим хлебом. Рядом дымился фарфоровый чайник с ароматным травяным чаем, а на серебряном подносе красовались десерты – миндальные печенья и пирожные с кремом. Но Маджина лишь крутила в пальцах вилку, раз за разом протыкая еду, но так и не поднося ко рту.

— Почему все так сложилось? — пробормотала она, глядя на своё отражение в полированном серебре подноса. — Я должна была стать достойной принцессой, будущей королевой, опорой для семьи и страны... а вместо этого...

Всплывали колкие слова Серафины, презрительные взгляды генералов, разочарованный шепот советников. Даже собственные родители, казалось, видели в ней лишь разменную монету в политической игре.

Маджина вздохнула, встав с кресла. Взглянула на луну – холодную, одинокую, такую же далекую, как и его мечты. А Ксаэль... Неужели он правда хочет её? Или Маджина просто пешка в его планах? Эти мысли тяготили, однако она ничего не могла поделать с тем, что желала видеть его. Тут же вспомнились теплые руки, крепко державшие её на скале; низкий голос, шептавший "моя фея"; тот нежный, пусть и мимолетный, поцелуй... Сможет ли Маджина увидеть первого принца хотя бы на мгновение?

И как будто в ответ на её мысли – тук-тук. Маджина встрепенулась. Сердце бешено заколотилось.

Ксаэль стоял на узком карнизе, прижав ладонь к стеклу. Его дорожная накидка развевалась на ветру, открывая плотно облегающий костюм, а в глазах, ярких даже в темноте, танцевали искры.

– Открой, фея, а то упаду! – донеслось сквозь стекло.

Маджина метнулась и распахнула створки. Холодный воздух ворвался в комнату, но она его почти не почувствовала – все внимание было приковано к молодому мужчине на подоконнике.

– Вы... вы как... – она запнулась, не веря своему счастью.

Ксаэль ловко переступил через раму и оказался в комнате. Капли ночной росы сверкали на его плечах, а запах соснового леса и холодного ветра окутал Маджину, как обещание приключений.

— Что вы здесь делаете?.. — наконец вымолвила Маджина, чувствуя, как предательски краснеют её щеки.

— Пришел с предложением, — деловито заявил Ксаэль, вдруг протягивая Маджине вещи, — эти канцелярские кроты сегодня нас совсем задушили. Так что идем на прогулку!

Маджина обиделась за кротов, но внезапно представила маленьких слепеньких зверьков, сидящих в очках и в галстуках в тронном зале и ей стало смешно. И что за авантюру предлагает ей первый принц? Она с интересом уставилась на одежду, которая уже была в её руках.

— Что это?

— Брюки, жилет и рубашка. Знаешь, как надевать? Или… — Ксаэль закусил губу, обжигая Маджину пылким взглядом, — мне помочь?

— Ах, н-нет! – Маджина покраснела до ушей и скрылась в ванной, — я-я сейчас!..

Пока Маджина переодевалась, Ксаэль заметил нетронутые блюда. Его брови слегка сдвинулись.

— Не понравилось? — спросил он, когда Маджина вышла, поправляя жилет.

Первый принц замер на мгновение, ослепленный её видом. Даже в простой одежде Маджина выглядела потрясающе — вышитая рубаха подчеркивала тонкую талию, а темные брюки красиво облегали её идеальные ноги.

Маджина покраснела под этим взглядом.

— Нет, все было прекрасно! Просто... я обычно не ем столько. — Она улыбнулась, — не думала, что у вас принято так много есть перед сном!

Ксаэль протянул ей руку и Маджина будто бы уже привычным жестом приняла её.

— А мы и не едим так много перед сном, — сказал Ксаэль, подхватывая её. Маджина ахнула, засопротивлялась было, но поняла, что сама она не спустится с третьего этажа, так что отдалась рукам Ксаэля.

— Просто я приказал, чтобы тебе несли все лучшие блюда. Я же не знаю, что тебе нравится, — продолжал говорить Ксаэль как ни в чем не бывало, будто нес пушинку, а не половозрелую девушку. Маджина задумчиво пожевала губу.

— Не нужно так много. И я… не ем мясо.

Ксаэль удивился. Бережно усадил Маджину на Уголька и аккуратно надел мягкие кожаные туфли на её изящные ступни.

— Почему не ешь?

Маджина пожала плечами, и, поблагодарив за обувь, просто произнесла:

— Я люблю животных, я же говорила.

Ксаэль охнул и тихий смех коснулся его губ.

— И правда. Ты говорила. Прости, милая, что я забыл.

Маджина замахала руками.

— Нет-нет, ничего такого! У меня нет предубеждений! Просто я сама для себя решила так! А в остальном я люблю овощи и рыбу! А из десертов…

— Яблоки? – весело предположил Ксаэль, запрыгивая на Уголька, который уже в нетерпении бил черным копытом.

— Что? Почему? – удивилась Маджина, игнорируя волнение внизу живота от прикосновения сильной руки, которая обхватила её за талию, прижимая к себе. Первый принц делает это ради того, чтобы она не свалилась, только и всего!

— Потому что сегодня ты половину времени переговоров зачарованно смотрела на яблоню за окном!

— Что! Нет!.. – смутилась Маджина, будто её поймали за какими-то глупостями, — хотя я и правда люблю яблочный пирог!..

Ксаэль захохотал, прижимая её к себе еще крепче. Они неслись по лесной тропе, оставляя позади каменные стены и условности.

Площадь встретила их шумом и огнями. Народный праздник был в самом разгаре: повсюду горели факелы, пахло жареными каштанами и пряным вином, а в центре толпы музыканты выводили веселые мелодии.

Маджина замерла, пораженная. Она никогда не видела ничего подобного — во дворце все торжества были чопорными, пропитанными церемониалом. А здесь... Здесь люди смеялись, обнимались, кружились в танце без всяких правил.

— Нравится? — Ксаэль взял её за руку. Маджина могла только кивнуть, глаза её сияли.

Они нырнули в толпу. Ксаэль купил им по кружке горячего сидра, они пробовали сладости с лотков, смеялись над шутками уличных актеров.

А потом заиграла новая мелодия — быстрая, ритмичная. Люди схватились за руки, образуя огромный круг.

— Потанцуешь со мной? — Ксаэль протянул руку.

Маджина колебалась всего секунду.

— Да!

Их пальцы сплелись, и они бросились в вихрь танца. Маджина, никогда не учившаяся народным пляскам, сначала путалась в шагах, но Ксаэль терпеливо вел её, кружа между другими парами.

— Смотри! — засмеялась Маджина, когда их раскрутило так сильно, что мир вокруг превратился в разноцветный калейдоскоп.

Ксаэль не отвечал — он просто смотрел на неё, на её сияющие глаза, на растрепавшиеся золотые пряди, и думал, что никогда не видел ничего прекраснее.

А позже, когда костер в центре площади стал догорать, а музыка сменилась на медленную, Ксаэль снова притянул Маджину к себе.

— Последний танец, — прошептал он.

И они закружились под звездами, уже не обращая внимания на остальных. Маджина положила голову на плечо Ксаэлю, чувствуя, как бьется его сердце.