Ирина Иви – Конфуз на балу, или Фавн в юбке (страница 1)
Ирина Иви
Конфуз на балу, или Фавн в юбке
Глава 1
– Куды ж ты энтакую юбчонку напялила?! Весь срам застудишь!
– Ой, ба, отстань! Лето на дворе! – с досадой отмахнулась я.
– Ленто-не ленто – не в том суть! Раззи можно с голыми ляжками по улице ходить? Непотребство этакое!
– Да все в порядке, ба, ну мода сейчас такая.
– Кака-така мода? Что-то я не видела, чтобы другие девки так выряжались. Все ходють в длинных платьях, как и положено. Одна ты, словно ша…
– Ну, ба!!!
– Ты мне не бакай! Ну-ка, чтобы живо переоделась! Давай-давай, нечего свои гляделки бесстыжие на меня пялить! А то не разрешу тебе в энту школу для магов ехать! Ишь, бесстыдница! Вырядится в энтакое непотребство, а потом удивляется, что козлоногие ей прохода не дають! Да для энтих сластолюбцев такие юбчонки, что красная тряпка для быка!
Глубоко вдохнув и выдохнув, я сдержала рвущийся с губ резкий ответ и покорно пошла в свою комнату – переодеваться. И вовсе не потому, что я такая послушная внучка. Просто завязки от денежного мешка держала именно бабуля. Деньги, оставшиеся мне после смерти родителей. Деньги, которые предназначались для моей учебы в столичной академии магии.
Да-да, у меня был магический дар, но кого этим сейчас удивишь?! Да почти все сейчас поголовно владеют какой-нибудь бытовой магической мелочевкой! Вот и мне досталось… умение. Я могла создавать так называемые смехотворные заклинания – заклинания, которые заставляют всех вокруг смеяться, когда кто-то произносит определенное слово или фразу. Ага, просто рехнуться от полезности сего дара можно! Но родители считали, что любой дар нужно развивать и потому упорно копили деньги на мое обучение в академии, да не в какой-то там, а в столичной. А потом погибли – их убило молнией во время грозы, а я осталась вдвоем с бабулей, которая свято берегла собранные на мое образование деньги. Которое мне было нужно примерно так же, как телеге пятое колесо. Ибо мечтала я отнюдь не о магии, тем более такой смехотворной во всех смыслах, как у меня!
Мечтой моей было попасть на конкурс красоты, который проводился в Редигоре каждые три года и курировался самим Луцианом Эллинделесским. И не просто попасть, но и занять там первое место, получить титул «Мисс Редигорского королевства» и покорить сердце моего кумира! Да-да, покорить! Если я стану «мисс Редигоры», у меня будет такая возможность! На балу, который устраивается для конкурсанток и на котором знаменитый кутюрье подарит танец победительнице конкурса! Подумать только, сам Луциан Эллинделесский… И может быть, он захочет, чтобы королева красоты на балу была облачена в платье его работы… А еще, возможно, он…
Тут сладкая дрожь прошила мое тело, которое я облачала в скучный серо-буро-козявчатый балахон, который ба считала верхом приличия и целомудрия, и я прервала свои мечтания, не смея даже в мыслях представить себе то, что захочет сотворить для меня (и со мной) Луциан Эллинделесский, великий кутюрье, законодатель мод, высокородный эльф и ослепительный красавец.
И мечта моя была близка к осуществлению! Ну не то чтобы совсем близка, но уже намного ближе, чем раньше. В этом году мне как раз исполнилось восемнадцать лет – возраст, с которого начинают принимать в магические академии. И как раз в этом году в Редигоре – столице нашего королевства – будет проводиться очередной конкурс красоты! Участвовать в котором, кстати, можно было так же с восемнадцати лет. Не иначе как звезды сошлись над моей головой, прямо-таки сложились в жирный знак удачи! А пожитки мои моими же стараниями сложились в старый потрепанный саквояж полинявшего розового цвета, в который складывала свои вещи еще моя мама, пребывая в девичестве.
Осталось только умотать из нашего богами забытого городишки, притулившегося на самой окраине королевства Редигорского. Да, путь предстоял неблизкий, но это же был путь к Мечте! Бабуля пребывала в счастливом неведении относительно истинной цели моего отъезда, свято веря, что я еду поступать в столичную академию магических наук. И я, как любящая внучка, всеми силами поддерживала в ней эту уверенность, ведь я же не хотела, чтобы она слегла с сердечным приступом, обломав прутья о мой тощий зад. Нет, бабулино здоровье надо беречь, свои тылы, впрочем, тоже…
Закончив одеваться, я покрутилась перед зеркалом, фыркнула – ну у меня и видок, Кай обхохочется, – и, показавшись ба, дабы она могла убедиться, что я отнеслась серьезно к ее настойчивому предложению переодеться, чуть ли не вприпрыжку поскакала к реке.
А там, под склонившимися к самой воде ивами меня уже ждал Каинас. При виде меня глаза его радостно и насмешливо блеснули.
– Прелесть моя, ну наконец-то! Ты так долго копалась в своих тряпках, что откопала этот раритет, явно доставшийся тебе от прабабушки? А как же твои чудесные ножки, на которые я так люблю смотреть?
Я фыркнула и опустилась на траву рядом с ним.
– Долго, потому что пришлось вступить в схватку с бабулей, – отмахнулась я.
– И как всегда проиграть.
– Д-да, пришлось напялить этот балахон, – я провела рукой по груди, разглаживая складки, и Кай устремил жадный взгляд на упомянутую мной часть тела. Я же лукаво улыбнулась и кокетливо взмахнула ресницами – несмотря на то, что Кай был моим другом, поддразнить его я очень любила. Или как раз таки благодаря тому, что он был моим другом?
А-а, не знаю, никогда не утруждала себя размышлениями на тему наших взаимоотношений. Главное, что с Каем мне было легко и интересно, а то, что он так не по-дружески на меня реагирует, объяснялось тем, что Каинас – фавн. А повышенная сексуальность, легковозбудимость и падкость на женские прелести заложены в них самой природой, и просить Кая не раздевать меня взглядом было все равно, что просить огонь не гореть, а воду – не литься. Дружбе нашей это нисколько не мешало, напротив, добавляло ей некоторую пикантность и изюминку, и, признаться, очень нравилось мне. Нравилось чувствовать себя желанной, нравилось ощущать будто бы нечаянные прикосновения его рук к своей груди или бедрам, нравились пламенные взгляды, которыми он меня окидывал.
И нравилось, что ничего, кроме этого он себе не позволял – границы дозволенного были установлены прочно и незыблемо еще на заре наших отношений, когда Кай пытался сделать из меня не только друга. Кай мне нравился, но вступать в любовные отношения с фавном… слишком ненадежно, кратковременно, да и слишком уж мы были разными в физическом плане, хотя многие девушки просто млели от фавнов. И не мудрено – они были прирожденными соблазнителями и мне самой, несмотря на всю мою высокую романтическую влюбленность в недостижимого кумира, порой было трудно держать себя в руках и держать Кая в рамках приличий. Хотелось прижиматься к нему всем телом и орать, словно загулявшая кошка, требуя мужской ласки и внимания.
– Я послезавтра уезжаю.
Кай, зачарованно пялившийся на мои голые коленки, обнажившиеся из-под будто бы случайно задранного прабабушкиного наследства, резко вскинул голову.
– Уезжаешь?
– Да, в Редигору.
– В магическую академию? – в голосе его прозвучали надежда и сомнение.
– Нет, конечно! – фыркнула я. – Пусть бабуля сама едет в эту академию, если хочет! А я еду на конкурс красоты и на бал!
Кай со странным выражением молча смотрел на меня.
– Вот, значит, как… – протянул он мрачно и тут же обаятельно улыбнулся. – Значит, все же решила покорить столицу?
– Ага, – беспечно улыбнулась я в ответ – о прекрасном эльфе, ради которого я и затеяла всю эту суету, я благоразумно молчала. Пусть лучше думает, что я еду покорять Редигору, ибо, если узнает, что тут замешан мужчина… бр-р… собственнические замашки – это единственное, что категорически не нравилось мне в его отношении ко мне!
– Ну что ж, удачи тебе, Эмилия. Буду с нетерпением ждать твоего возвращения.
Я почувствовала легчайший укол совести.
Возвращения? Бедный Кай! Если все пойдет по плану, то в наш Усть-Рогач я уже не вернусь. Я останусь в Редигоре, с Луцианом Эллинделесским! Буду нежиться в его объятиях и в лучах славы, танцевать на балах, участвовать в модных показах, сама стану законодательницей мод, моими портретами будут пестреть все журналы, меня покажут по кристалловизору, а все кутюрье будут биться за честь и счастье создать наряд, достойный моей красоты… Ах, мечты-мечты!
– Эмилия?
Ой!
– Не знаю, вернусь ли я, – промямлила я, грубо выдернутая из своих радужных мечт. – Если с конкурсом не выгорит, придется поступать в академию, иначе как я объясню бабуле свое возвращение?
– А если выгорит, не придется разве? Твоя бабушка ведь не должна узнать, что в столицу ты поехала отнюдь не магии учиться?
– Придется, – растерянно согласилась я – о том, как мне объясняться с бабулей, если мои мечты станут реальностью, я еще не думала. И сейчас не собиралась. Как-нибудь в другой раз. – В общем, вернусь я в любом случае нескоро.
– Что ж, давай тогда попрощаемся как следует – ведь нам предстоит такая долгая разлука.
– Давай… А как следует – это как?
– А вот как, – жарко шепнул фавн мне на ухо и опрокинул на траву, навалившись сверху и жадно целуя. Темная жаркая волна накрыла меня с головой. Бабкин балахон, каким-то непостижимым образом сдернутый с моего тела, полетел в сторону, как и килт Кая и я, практически обнаженная, оказалась прижата к его совершенно голому телу – волосатой груди, покрытыми шерстью ногам и… боги, что это упирается мне в живот?!