Ирина Иви – Конфуз на балу, или Фавн в юбке (страница 3)

– О, мой Вакх, какая аппетитная у меня теперь задница! А ножки тонкие и гладкие… эх, прости-прощай моя добрая, теплая шерсть! А ну посмотрим, что спереди творится, – он снова повернулся к зеркалу лицом и замер.

– Твою ж… – хрипло пробормотал он почти прежним мужским голосом и положил руки на раздувшиеся груди, с наслаждением помял упругие полушария с торчащими сосками и сглотнул. – Ну просто охренеть можно!

С трудом отведя взгляд от груди, Каинас поднял глаза к лицу.

Да, лицо тоже претерпело колоссальные изменения, превратившись из харизматичного, привлекательного, с резкими, угловатыми чертами, мужского лица в округлое, с мягкими линиями щек и подбородка, с пухлыми яркими губами, маленьким носиком и огромными миндалевидными глазами необычного фиалкового оттенка, опушенными длинными темными ресницами.

– Вакх! И эта красотка – я? – пораженно прошептал Кай, пройдясь жадным взглядом сверху до низу по своему новому обличью. – Кажись, мамаша Скаравак малость переборщила с зельицем. Эх, встреться мне такая, я бы ее… – и Каинас остервенело сдавил маленькими ладошками свою пышную грудь, с тоской разглядывая это действо в зеркале.

– Пожалуй, надо одеться, – решил он наконец и, не сделав и трех шагов, с грохотом растянулся на полу.

– Проклятье! Как на ЭТОМ можно ходить? – простонал он, вытянув ступни и шевеля маленькими пальчиками с розовыми ноготками. Поднялся на четвереньки, оттопырив круглый зад и метя роскошной гривой пол, затем – придерживаясь руками за мебель – встал на ноги и снова попробовал пройтись, действуя очень аккуратно и осторожно. И на этот раз у Кая все получилось.

Фавн подошел к шкафу, открыл его и достал с полок женское белье и платье, сшитое гоблинскими мастерицами и обладающее свойствами идеально садиться на любую фигуру – Каинас заблаговременно запасся целым ворохом женской одежды, сделанной гоблинессами, потому что предугадать, какая именно будет у него фигура после варева мамаши Скаравак, было невозможно. Дорогое удовольствие – заказывать одежду у гоблинов, к тому же такую, какую он сможет носить, только находясь в женском обличии, но он, Каинас, может себе позволить. Все ради Эмилии, ради того, чтобы уложить ее наконец на лопатки и сделать своей.

С трудом облачившись в женские тряпки – срывать одежду с какой-нибудь податливой красотки куда как проще – фавн поморщился. Привыкший ходить в одном лишь килте, удобном и не сковывающем движения, сейчас он испытывал ощутимый дискомфорт, упакованный в кружевные панталоны, нижнюю рубаху и платье на тугой шнуровке от груди до самой талии.

И ничего с этим не поделаешь, придется привыкать! Поскорее бы уж разделаться с этим конкурсом красоты в Редигоре, отволочь строптивицу обратно в их родной, поросший лесом Усть-Рогач и проучить ее как следует за то, что внесла в его жизнь столько трудностей и неудобств! О, с каким же наслаждением и как долго он будет ее наказывать! Сначала уложив лопатками в колкое сено на сеновале у деда Прохана, затем – прижав щекой к густому прохладному мху в его любимой роще, потом он как следует проучит ее в теплых водах Хмурого озера, а затем… Стоп! Каинас, остановись!

С силой проведя дрожащей рукой по лицу, Кай невидящим взглядом окинул комнату.

Хватит предаваться неуемным фантазиям, сначала придется как следует потрудиться, чтобы вернуть Эмилию и разжечь в ней чувство к нему, к Каю. А сейчас он хочет обойти напоследок свой дом, который покидает… ох, хорошо бы ненадолго!

И фавн отправился в обход по своим владениям – прощаться.

Вышел на широкую террасу, оплетенную виноградными лозами, прошел вдоль стен, сложенных из камня, бревен и кованного метала, дошел до входа, украшенного резной аркой с магическими символами над ней, вернулся в дом.

Прошелся босыми девичьими ступнями по теплому паркету с вкраплениями мозаики и натурального камня, местами покрытого шкурами.

Оглядел грубоватую, ручной работы мебель: дубовый стол на кривых ножках, кресла-мешки в углу, полки из необработанного дерева, уставленные книгами и милыми сердцу безделушками.

Смахнул паутину с подвесных светильников в виде старинных фонарей, как следует полил биолюминесцентные грибы в каменных плошках – не скоро им теперь перепадет подобная радость, да ничего, переживут.

Заглянул в свою мини-винодельню с дубовыми бочками и аппаратом для дистилляции (какой фавн не любит экспериментировать с напитками).

Зашел в спальню с низким ложем, покрытым мехами. На стенах здесь были развешаны музыкальные инструменты: его любимая волынка рядом с лютней, гитара с искусной резьбой напротив флейты.

Что и говорить, Каинас был очень музыкальным фавном!

А напротив кровати во всю стену было выткано панно, изображающее крайне фривольные похождения древних сатиров и нимф.

Окна во всем доме были без стекол, но с подвижными ставнями и защитными заклинаниями от непогоды и воров.

Завершил Каинас свое прощание с домом на кухне, меланхолично поужинав бараньей ногой с тушеной капустой и жбаном эля.

– Ну вот и все, – блаженно вздохнул он, утирая с губ пену. – А теперь – спать, завтра мне предстоит тяжелый день.

И Каинас крепко заснул, и снилось ему, что его панно ожило, только вместо сатиров и нимф там была Эмилия и он, Кай. И что же они там вытворяли! О, сатирам и нимфам оставалось только краснеть и стыдливо прятаться по углам, глядя на игрища своего заросшего шерстью козлоного потомка и голенькой человеческой девки, стонавшей громко и жалобно от всего того, что с ней проделывал фавн!

Глава 3

Паровоз «Стрела Редигоры» пыхтел, как разъяренный бык, выпуская клубы пара. Прижимая к груди свой розовый саквояж, я протиснулась в вагон первого класса (тщеславие не позволило мне сэкономить и купить билет в вагон второго или третьего) и принялась искать свое купе.

– Ага, номер девять, это оно, – я открыла раздвижную дверь и вошла внутрь. Одно место в нем уже было занято.

– Добрый день, – робко поздоровалась я с пассажиркой.

Та подняла голову, и я едва не выронила чемодан.

Передо мной сидела самая ослепительная красавица, которую я когда-либо видела. Фиалковые глаза, густые ресницы, соблазнительные губы и волосы, черные как смоль, ниспадающие волной до талии.

– Добрый, – чарующе улыбнулась незнакомка. Голос у нее был низковатым для девушки, но очень приятным. – Меня зовут Кайя.

– Эмилия, – пробормотала я, усаживаясь напротив и невольно сравнивая свой скромный наряд с роскошным платьем попутчицы.

Ну и ладно. Зато я еду в Редигору на конкурс красоты!

Я достала из саквояжа туалетные принадлежности, разложила их на своей полке, вытащила еще кое-какие необходимые вещи.

– Тоже в Редигору едете? – Кайя, блестя своими необычными глазами, с интересом наблюдала за мной.

– Да… на конкурс красоты, – с гордостью призналась я, но тут же об этом пожалела. Рядом с этой богиней я выглядела как гном на балу у эльфов. Ох и посмеется же она надо мной!

– О, какое совпадение! – Кайя хлопнула в ладоши, и ее пышная грудь колыхнулась. – Я тоже еду на «Мисс Редигору»!

Я с досадой закусила губу. Ну конечно. Ну естественно! Куда еще эта красотка может ехать? Только на конкурс красоты! Теперь я точно проиграю.

Паровоз издал душераздирающий гудок и тронулся. Как раз в это время я, согнувшись в три погибели, пыталась запихнуть саквояж под сиденье и, не удержавшись, полетела на пол. Вернее, полетела бы, если бы Кайя с неженской силой не подхватила меня подмышки и не вздернула вверх.

– Спасибо! – выдохнула я, высвобождаясь из ее рук, поскольку сама она почему-то не собиралась меня отпускать.

Совладав наконец с непослушным чемоданом, я уселась на свое место и снова посмотрела на Кайю. Какая же она красивая!

– А вы раньше участвовали в подобных конкурсах?

– Нет, это мой первый раз, – Кайя как-то нервно поправила воротник. – Так что я очень волнуюсь.

– Я тоже в первый раз. И тоже волнуюсь, – я прищурилась. Что-то в этой девушке было странным. То ли манера держаться, то ли то, как она слишком размашисто жестикулировала.

– А как вы решились на участие в конкурсе? – Кайя наклонилась вперед. – Что вас сподвигло?

– Мечтаю встретиться с Луцианом Эллинделесским, – неожиданно для себя призналась я, и сердце мое застучало быстрее при одном упоминании имени кумира.

Кайя застыла, затем неестественно закашлялась:

– С… с этим эльфом?!

– Вы его знаете? – я взволнованно уставилась на девушку.

– Нет! То есть… – Кайя резко выпрямилась. – Просто я слышала, что он самый обыкновенный самовлюбленный козел.

– Кайя! – я в ужасе всплеснула руками. – Луциан – гений!

– Ага, гений похотливых взглядов, – мрачно проворчала Кайя, сжав лежащий на столике веер так, что тот треснул.

– Вы несправедливы! – с жаром воскликнула я. – Почему вы так о нем говорите?

– Потому что такие, как он, – Кайя злобно прищелкнула языком, – только и ждут, чтобы красивые дурочки вешались ему на шею!

Я возмущенно помотала головой в знак протеста.

– Ничего подобного! А вы очень странно рассуждаете для девушки. Уверена, что большинство вас не поддержало бы!

Кайя осознала свою оплошность и ненатурально рассмеялась:

– Возможно! Просто у меня был… неудачный опыт с эльфами.

– Ага… – я недоверчиво осмотрела ее.

Что с ней не так? Никак не пойму. Такая красотка, но что-то цепляет внимание, что-то неправильное…