Ирина Гиберманн – Живу как хочу (страница 21)
Я обожаю их обоих, больше всего люблю их дискуссии. Они не жаркие. Нет там накала и страстей. Нет бури эмоций. Нет перепалки. Иногда один ловко достает другого просто молчанием — и в этом столько силы! Причем молчать громко умеют оба. Без аргументов. Без контраргументов — они смотрят друг другу в глаза и молчат.
Потом захожу я. Сажусь за наш стол. Объявляю заседание открытым. Так и говорю: «Семейная конференция считается открытой. Я тут. Слушаю». Научиться слушать и задавать вопросы, не принимая позицию ни одного из них, — вот это истинная выдержка и саморегуляция.
Зачем я раньше бегала марафоны и участвовала в Ironman? Вот для этого. Для самодисциплины. Выдержать дистанцию в 4–7 часов — то еще удовольствие. У меня всегда была только одна цель: дойти до финиша здоровой и без потерь. Именно там я научилась разговаривать с Революционером и Эволюционером. Там я научилась слушать. Там я научилась молчать. Там я научилась вносить ясность. И быть беспартийной. Я не подыгрываю ни тому ни другому. Они оба живут во мне. На каждом этапе жизни важны и один, и второй.
Чтобы создать бизнес, мне нужно было выстроить коалицию с моим Революционером. Найти ходы, которые никто еще не использует. Нужен был переворот сознания в области психотерапии и такие аргументы, которые убедят меня и тех, кто ищет качество и глубину.
Чтобы строить бизнес дальше, нужно сотрудничество с Эволюционером. Именно он знает, какие продукты после пилотных запусков Революционера стоит смести и забыть, а каким дать шанс и продлить цикл их жизни. Потому что они ценны и уникальны.
Так и живем. Я сажусь каждый день с ними за стол переговоров и обсуждаю стратегию и тактику.
Сажусь в машину. Сначала слышу крик:
— Ты трус!
— Твои манипуляции милы, но мимо, друг мой.
Революционер орал сегодня по пути на планерку с командой:
— Мы заработали! Удваиваем ставки! Берем курс выше!
Эволюционер спокойно курил, смотрел на дорогу, мурчал песни, потом произнес размеренно:
— Заработали, и это отличный результат. Мы заработаем и в этом году столько же. Этого достаточно.
Революционер парировал:
— Но как же?
Эволюционер посмотрел на него и лишь тихо улыбнулся:
— Свои придут, свои свое возьмут.
Революционер замолчал. Посмотрел вопросительно на меня в поисках поддержки. Я сказала:
— Он прав. И я придерживаюсь его мнения. Свои и так ждут. Я просто хочу работать в кайф. И да, ребята, у меня никогда в жизни не было более умных собеседников, чем вы двое.
Самое главное качество терапевта — это умение вовремя брать паузы и держать их. Не часто. Но не вступать в дискуссию, не пытаться сбить накал диалога в голове пациента своими вопросами. Это искусство.
Больше всех я люблю тех моих терапевтов, которые выдерживают мои паузы.
Пятая минута паузы. Я молчу. Даже не смотрю на монитор. Там я. Рядом на картинке — мой терапевт. Я молчу. Сижу, разглядываю клавиатуру.
— Интересно, как буквы разместили на клавишах.
— Да… Смотри, если пишем das, то буквы рядом.
— А если die — то уже две руки нужны. Неудобно.
— Почему неудобно?
— Кто-то ведь заморочился и разместил их именно так…
— Наверное, еще на печатной машинке так было.
— А на разных языках клавы разные. Кто вот это определяет, где какой буквы место?
— Не знаю, давай погуглим?
— Ну сейчас как-то не к месту.
— Место букв. Не к месту… Какая игра слов…
— Иришенька, нас ждут…
— Нас подождут. Мы никуда не торопимся. И нас никто не торопит.
— Еще помолчим?
— Да… я еще не нашла слова… не нашла нужные слова…
— Что крутишь в голове? Нас уже унесло в буквы.
— Да вот думаю, у буквы есть свое место. Интересно, она это место выбрала, пришла и сказала: «Тут буду я», или ей кто-то это место дал?
— Хм…
— Ну а если дал. Как вот другим буквам. Их размещали по порядку? Или все сразу туда? А вот если последовательно? Мне вот интересно, есть в словаре слова с буквами, которые никогда не встречались вместе в одном слове?
— Это очень важный вопрос.
— Да. Очень. Мне интересно, кто-то такие исследования проводил? На разных языках.
Или у буквы есть место и даже нажали ее клавишу, она высветилась на мониторе… А ее удалили. Опечатка. Что вот буква чувствует? Ладно, пошли. Я готова.
— Готова?
— Да. Выходим.
Я смотрю на монитор. Знаю, что меня ждут, и знаю, что мое время — только мое. Меня не будут трепать вопросами и заваливать гипотезами. Мне можно начать говорить тогда, когда я решу, что готова.
Я начинаю. Очень медленно, будто пробуждаясь от сна, возвращаясь из своей реальности в реальность, которую разделяю сейчас, здесь с моим терапевтом:
— Я вот думаю о своем месте. Я везде гость и нигде не чувствую себя собственником, причастным, участвующим.
— Принадлежность?
— Да. Именно она. Я принадлежу только тем системам, которые создала сама.
— А есть те, кому вы даете в этих системах место? Например, ваша дочь?
— Хм… Она пришла и взяла это место. Взяла. Понимаете?
— Нет. Вы ей его дали.
— Ну я это иначе рассматриваю. У нее есть бесспорная привилегия: она моя дочь. Иначе бы я никогда не стала с ней жить.
— Но вы дали ей место в своей жизни.
— Думаете?
— Конечно. Могли ведь поступить и иначе.
— Да. Могла бы иначе. Но не хотела. Я хотела именно так.
— А в гостинице вы тоже гость?
— Да. Я там никогда не обживаюсь. Я даже вещи часто из чемодана не достаю. Только косметичку.
— Почему?
— Всегда думаю, что нет смысла. Все равно уезжать через два дня или две недели.
— Это практично. А с точки зрения эмоций — почему так?
— Я не беру место, потому что испытываю неловкость.
— В чем причина неловкости?