Ирина Фельдман – Моё эльфийское чудо - Ирина Фельдман (страница 9)

У меня накопилось столько вопросов, хоть стенографируй!

Сколько лет учатся в академии? Делятся ли учащиеся на группы или факультеты? Ставят ли преподаватели отметки? Есть ли сессии и иные способы проверки знаний? А каникулы?

Но хоть я и была в глазах Флоки скромной девчушкой с окраины, не стоило выдавать свою дремучесть. Вся надежда была на «засланного казачка», а он слишком успешно вливался в компанию. Барни так непринуждённо болтал с эльфами, словно был одним из них. Он больше не щипал себя за кончики ушей, и его серо-зелёные глаза жизнерадостно сияли. А ведь только недавно бухтел и нервничал, как последний пессимист.

Все разговоры синхронно стихли, стоило выйти на крыльцо эльфийке с двумя перекинутыми на грудь золотисто-каштановыми косами. Её алая накидка с белоснежной опушкой, надетая поверх длинного клетчатого платья, говорила о том, что перед нами преподаватель академии. Я судорожно пыталась вспомнить, что ещё полезного успел накануне рассказать Флоки, но времени на акклиматизацию уже не было.

Эльфийка бодро поздоровалась и улыбнулась нам так, будто всю жизнь работала тамадой.

— Меня зовут Эйра и с сегодняшнего дня я буду вашим куратором. Можете обращаться ко мне по любым вопросам, я обязательно вам помогу, — в её руках вдруг возник свиток, но никто не ахнул от удивления. — Для начала проведём перекличку и, когда я буду уверена, что все пришли, тогда уже отправимся на наше с вами занятие.

Заминок не возникло, никто не рискнул опоздать в первый учебный день, и нас пустили внутрь. По идее, за сутки я должна была уже насытиться новогодней атмосферой, однако же окунулась в неё как в первый раз. Воздух пряно пах деревом и хвоей. За закрытыми дверями раздавались негромкие голоса, постукивание и жужжание. Иногда что-то звенело, как колокольчики. Вдоль стен стояли ёлочки, украшенные в разных стилях. От разнообразия игрушек разбегались глаза! Были все! От бумажных с разноцветной фольгой, до таких привычных для меня стеклянных шаров. Эйра провела нас мимо всего этого великолепия на третий этаж и завела в просторный кабинет с партами и заставленными материалами полками.

— Ребята, снимайте куртки и выбирайте места, — мягко постукивая каблуками, Эйра прошла к преподавательскому столу перед широкой доской и встала у кафедры.

Без лишней суеты все сели за парты. Я схватила Барни за рукав и подтащила к себе. Флоки уже устроился с каким-то старым приятелем, и мне не хотелось делить парту с кем-то незнакомым.

— Сегодня у вас будет три урока. Первый, как вы уже поняли, Изготовление ёлочных игрушек, его проведу я. Дальше я передам вас на попечение своим друзьям и вы начнёте изучать Гончарное дело и Кулинарию. Но как к куратору вы можете обращаться ко мне в любое время, лично или с помощью почтового ящика.

Мне вспомнилось несколько жестяных коробов на полосатых, как леденцы столбиках, которые я видела на улицах. А я ещё думала, почтовые это ящики или что-то другое.

— Я буду следить за вашими успехами и направлять ваши умения в нужное русло, — всё так же благожелательно вещала эльфийка. — В среднем первый этап обучения длится три года. В среднем — потому что некоторые ученики раньше определяются со своей ведущей деятельностью и выбирают специальность, а кому-то нужно чуть больше времени. После того, как вы получите базовые знания, вас распределят по мастерским, где вы будете совершенствоваться уже как будущие мастера своего дела. Надеюсь, вы все обретёте профессию по душе, и я буду рада, если кто-то из вас примкнёт к нашим мастерским. Встречу Нового года невозможно представить без ёлочных игрушек. Если не будет вопросов, можем уже приступать к уроку.

— А почему в коридорах стоят ненастоящие ёлки? — спросил рыженький парнишка с россыпью веснушек на щеках.

Ненастоящие? Да как же так? Аж стыдно стало, что так легко обманулась.

Эйра кокетливо склонила голову набок.

— Молодец, что обратил внимание, Тэйг. Праздничные деревья облачаются только на время новогоднего фестиваля. А образцы мы вешаем на искусственные ёлки, чтобы настоящим не было обидно.

Я никак не прокомментировала эту чушь, потому что отвлеклась на Барни, который издал звук, будто чихнул в себя. Он прикрыл рот кулаком и затрясся от беззвучного смеха. Мне пришлось пару раз пнуть его под партой, чтобы привести в чувство.

Эйра оперлась руками о кафедру и одарила нас всех взглядом исследователя, стоящего на пороге великого открытия.

— Сегодня я хочу оценить вашу фантазию и творческий потенциал. Вы сделаете свои игрушки! Можете ориентироваться на традиционные модели, а если хотите, создайте что-то оригинальное. Все необходимые материалы и инструменты можно найти в шкафах и на полках. На задание вам даётся час и время уже пошло.

На преподавательском столе со звоном появились песочные часы.

Непринуждённо переговариваясь, ученики начали вставать из-за парт и бродить между рядов с полками, а я ещё сидела как приклеенная и заставляла себя правильно дышать. Да я сейчас в раю! Целый час блаженства! Я видела материалы лишь краем глаза, но уже догадывалась, что они замечательные. Видя, что даже Барни принялся за дело, я вскочила, взяла лёгкий деревянный контейнер и стала наполнять его фурнитурой и отрезками ткани. Столько всего красивого, и идей в голове уже столько, что они бьются друг об друга! Как что-то выбрать? Лучше возьму все что приглянётся, а лишнее просто потом на место верну. Всего в изобилии, никого из ребят не обделю.

После «охоты» я вернулась на место и принялась внимательно разглядывать добычу. Одни только пуговицы можно было рассматривать целый час, они были разных цветов и форм. Деревянные, стеклянные, матовые, перламутровые… А ещё я набрала бусин, фетра, ваты и шишек.

Пока я сортировала свои задумки и трофеи, рядом тяжело плюхнулся Барни и грохнул на стол набитый всякой всячиной контейнер. Повинуясь женскому инстинкту, я заглянула в его коробку с материалами.

— Это что за моток у тебя, металлическая проволока? Ой, я тоже себе такую возьму, сделаю подвижные ручки или лапки…

Барни положил проволоку передо мной.

— Бери, мне не надо.

— В смысле — не надо? А зачем брал тогда?

— Я не выбирал, хватал всё что под руку попадалось. Ты мне поможешь? Девчонки любят рукоделие, а я ничего не смыслю в этой лабуде.

— Ох, могла бы догадаться. Ладно, что-нибудь придумаю, если принесёшь карандаши, бумагу и ножницы. А ещё нитки и иголки.

Спустя пару минут, вооружившись карандашом, я нарисовала на картоне силуэт трёхъярусной ёлочки, вырезала его и, чтобы ещё больше облегчить жизнь работнику пера, дважды обвела получившийся шаблон на изнанке бархатной ткани.

— Вырезаешь обе половинки. Сшиваешь, набиваешь ватой. Потом пришиваешь несколько мелких бусинок, имитирующих шарики, а под конец делаешь на верхушке петельку. Повторять не надо?

— Если я чего-то не знаю, то быстро учусь, — уязвлённо отозвался Барни.

— Хоть бы спасибо сказал, обиженка.

— Спасибо.

— Что за тон? Ты благодаришь или проклинаешь?

Вполголоса бурча ерунду вроде «Кто воспитывал эту нахалку?», Барни принялся за работу. А я была рада возможности сосредоточиться на любимом деле. Мне всегда говорили, что я неплохо рисую, но я никогда не стремилась стать художником. В творчестве я люблю тактильность, когда пальцы творят волшебство без посторонних инструментов. Тут повертел, там согнул, здесь приделал, и из безликого кусочка материи создаётся вещь, которая будет дарить хорошее настроение. И ведь для многих это и правда сродни магии! Моим одноклассницам было нелегко поверить, что из нескольких клубков пряжи может получиться модный свитер, или что из лоскутов старой одежды можно сделать прикольные аксессуары.

Идей было много, и я хотела успеть воплотить в жизнь хотя бы несколько. Но в порыве вдохновения белка из шишки обзавелась мужем и дочкой с сыном. Их треугольные мордочки из оранжевого фетра и хвостики из искусственного меха вызывали у меня такой приступ умиления, что я быстренько сшила маме-белке полосатый фартук, а дочке розовую юбочку наподобие балетной пачки и пышный бантик. Какие же они хорошенькие! Папе надо смастерить галстук, а сыну кепку. Или сначала из крошечной шишки сделать малыша? Только надо бы придумать, из чего сделать колясочку…

Я так заигралась, что вздрогнула от неожиданности, когда ко мне обратился Барни.

— Лера.

Он впервые назвал меня по имени!

В тот момент я была готова любить его не меньше, чем своё беличье семейство. Это так мило! Отношения между нами стали теплее!

— Лера, — повторил он требовательней, — у меня ни черта не выходит.

Увидев его творение, я подумала, что это злая шутка.

Вместо аккуратной игрушки в виде ёлочки с разноцветными шариками, мне совали под нос нечто схожее со сдохшей от обжорства или неизвестной науке болезни жабой. Мало того, что Барни неравномерно напихал ваты, он ещё криво соединил половинки и обметал их по краям так, будто параллельно боролся с эпилептическим припадком.

Ну хоть признаёт, что это кошмар, уже плюс. Только мне от этого не легче.

— Ты что, нитку с иголкой никогда в руках не держал?

— Штопать носки и шить безделушки это разные вещи.

Я дала себе обещание ни при каких обстоятельствах не встречаться с его носками и завертела головой в поисках спасительной идеи. И она нашлась практически сразу. Флоки нанизывал на леску глянцевые звёздочки, а Эйра разглядывала снежинки из сверкающей тесьмы, которые сделала одна из учениц, и спрашивала, действительно ли та хочет собрать их в гирлянду.