Ирина Фельдман – Моё эльфийское чудо - Ирина Фельдман (страница 5)

Воодушевлённый репортёр поёрзал, усаживаясь поудобней.

— Ваша главная тайна! Откуда вы взялись? Почему о вас люди узнали всего два века назад? Это как-то связано с вашими сородичами с Большого острова?

Скрестив руки на груди, эльф подошёл к охотнику за сенсациями.

— Раньше я бы приказал бросить в темницу смертного, посягнувшего на то, что его слабый ум просто не способен принять. Но тебе повезло, человек. Моё положение бедственное, и сейчас я способен только на бесплодные угрозы.

— Подождите! — тот поднял вверх указательный палец. — Вы и есть сгинувший король Йон Бесчестный? Однажды я играл вас в школьном спектакле. Это такое унижение, валяться на полу с бутафорским клинком под мышкой, пока остальные вокруг тебя пляшут и радуются!

Плечи эльфа поникли.

— Когда я вновь обрету силу, то превращу тебя в жука и раздавлю.

— Ха-ха, я всё понял про ваши угрозы.

— Это не угроза, а план действий. Назови своё имя, я должен знать, с кем имею дело.

— Триггз, ваше опальное величество. Барнабас Триггз.

— И как так вышло, Барнабас Триггз, что ты рискнул сунуть свою бедовую голову в распри эльфийских королей?

Триггз, скорее, неосознанно потёр бедовую голову в ушибленном месте.

— Не смею уклоняться от ответа, когда ко мне обращается коронованная особа. Один лепрехун подкинул мне работёнку. А когда настала пора расплачиваться, шельмец предложил вместо денег тайну, разгадка которой сделает меня богачом. Так и сказал, «будешь купаться в золоте и почёте». Я вашему племени не сильно доверяю, но лепрехуны ещё никогда меня не обманывали. Для них остаться в долгу смерти подобно.

Он, видимо, хотел сказать что-то ещё, но ограничился глуповатым смешком. Свежая сенсация не давала ему покоя, как горячая картошка в руках. И выпустить жалко, и есть рано.

— Наверное, это очень печально, мучиться до конца своих дней от того, что почёт и слава были так близко, — тягучие слова эльфа были пропитаны натуральным издевательством. — Ещё не понял? Сейчас тебе никто не поверит, у тебя нет никаких доказательств. Даже если ты напишешь статью о том, что успел узнать, она не только не произведёт фурор, но и забудется к следующему же выпуску твоей газетёнки. Кто воспримет тебя всерьёз? Ты прохиндей, бегущий за звоном монет, мальчишка без принципов и мозгов. Тот лепрехун был излишне щедр, давая тебе такую идею для расследования. Не потянешь.

— А я накопаю фактов!

— Вот уж вряд ли, — не удержалась я от комментария и даже на миг опешила от собственной грубости. — Если Боб со своей шайкой вас снова не поймает, то вам достанется от местных людей. Когда до них дойдут слухи о что-то вынюхивающем журналисте с Большого острова, вас наверняка накажут. Надеюсь, вам грозит только депортация, а не смертная казнь.

Йон снял с меня куртку и погладил по плечу.

— Всё-таки не зря я прятал тебя от вражеских чар. Как жаль, что твой брат околдован так же, как и все остальные.

Я с таким удовольствием следила за судьбой незадачливого журналиста, что внимание к моей персоне сбило с толку. Меня якобы от чего-то прятали, а ещё у меня есть брат! Это точно всё про меня?

— Так, так, — Триггз направил на нас указательные пальцы и поводил ими, как искатель воды виноградной лозой. — Принцесса? Вот это поворот.

Тут у меня коленки дрогнули.

— Кто принцесса? Я?

— Да, моё золотце. А твой брат Флоки — принц, — запросто подтвердил Йон. — Знаешь, как ты запомнишь этот день, Барнабас Триггз? Как день Самого большого разочарования в твоей жалкой жизни. Столько сенсаций разом, а без доказательств они все пусты.

Уж для меня это точно был день Самой большой нерзаберихи. Я присела на один из ящиков и схватилась за голову. От правой руки всё ещё пахло яблочными духами.

Я эльф. От рождения. Но выросла в чужом мире у людей, которых считала родственниками. А мой настоящий отец бывший король, а ныне — пекарь со скверным характером. Разве такое бывает?

— Удачная командировочка, — радовался Триггз. — Интриги королей, пропавшая принцесса… Это ж получится не статья, а серия статей. Шокирующие факты! Разоблачительные интервью! Первая полоса! Огромные тиражи! Люди полюбят эту историю! А если договориться с беллетристами, можно получить нехилый процент с продаж брошюр…

— Без доказательств это всё бред. Проваливай, пока тебя в пироге не запекли, — мой вновь обретённый родитель уже растерял остатки дружелюбия. В подтверждение серьёзности своих намерений он схватил швабру и отточенным движением ткнул кончик древка в Триггза.

Внезапный ужас в перекошенном лице журналиста сменился показной удалью.

— В пирог мне ещё рано. У меня есть туз в рукаве, — Триггз чуть отодвинулся от воинственно нацеленной швабры и вытащил из-за пазухи маленький пузатый флакон. — Оборотное зелье ведьмы-полукровки позволит мне внедриться в ваше общество. А если вы, ваше опальное величество, чуть подсобите, всё пройдёт как по маслу. Считайте, успех мероприятия гарантирован!

Я бы не удивилась, если бы в следующий момент Йон отколошматил наглеца, но события потекли в ином направлении. И вовсе не потому, что вернулся Флоки и предложил напоить гостей чаем. Йон слишком доброжелательно отнёсся к этой идее, хотя ему было проще вышвырнуть туриста-журналиста за порог. Но как только Флоки умчался за угощением, атмосфера снова накалилась.

— Значит так, — с расстановкой заговорил Йон, опираясь на швабру. — Мой сын околдован и, как все жители деревни, ничего не помнит о жизни на Большом острове. Даже не думай ему на что-то намекать, только навредишь. Себе в первую очередь. Это понятно?

Триггз смущённо потёр нос.

— Так вы меня не гоните?

— Ты. Эльфы ко всем обращаются на «ты». Или передумал внедряться?

— Нет, конечно, всё в силе. Я только запишу…

— Пей.

— Я не думал, что прямо сейчас…

— Тогда пошёл вон.

Сердито посопев, Триггз снял зубами перчатку и схватился за пробку ведьминского пузырька. Мне же стало жалко парня, как будто ему предстояло выпить отраву. Ну правда же, вдруг та ведьма что-то нахимичила? Или срок годности истёк?

— Может, не надо?

Моё, ничем не подкреплённое опасение, проигнорировалось.

— Ваше здоровье! — с кривой ухмылкой Триггз отсалютовал флаконом как кубком. — Слава Йону Бесчестному! Да озарят его путь великие боги…

Тост был прерван недвусмысленным взмахом шваброй.

Наш авантюрист выпил зелье одним глотком и тут же со стоном съёжился, схватившись за живот. Я вскочила с места, но Йон знаком велел мне не подходить ближе.

— Надо же, настоящее, не водичка, — жёстко сказал эльф. — Не скули, смертный, ты пугаешь мою дочь. Лера, не смотри. Человеческая магия это худшее из извращений, которое только можно было придумать.

Просипев что-то про «доброту остроухих», Триггз бухнулся набок, судорожно дёрнулся и уменьшился чуть ли не в два раза. Магия не затронула одежду, и его вещи теперь выглядели как одолженные ребёнком из родительского шкафа для какой-то игры.

А ведь Йон наверняка догадывался об этой детали. До чего же вредный эльф, даже стыдно такого отцом называть. Вопреки его желаниям, я приблизилась к Триггзу и опустилась перед ним на колени. Слышала, как папенька негодующе втянул воздух сквозь зубы, но он мне был не указ.

— Как ты? — из девчачьего чувства жалости я погладила Триггза по вьющимся волосам и заметила, что его ухо заострилось как у местного населения.

— Ужасно, — прошептал он самым что ни на есть предсмертным образом. — Как отбитая котлета перед фатальным путешествием на сковородку. Боюсь, меня исцелит только поцелуй прекрасной принцессы.

Вот клоун!

— Только вздумай положить на неё глаз, ослеплю, — прошипел Йон.

— Скоро я буду коллекционировать твои угрозы, величество, — отозвался Триггз уже бодрее и предпринял неудачную попытку встать. Запутался в одежде, бедняга. — Слушай, а пока к тебе не вернулась твоя королевская сила, могу я тебя называть «сволочью», «дрянью» или хотя бы…

Йон так резко вклинился между нами, что я и пикнуть не успела. Тонкая, но сильная рука эльфа вцепилась в воротник сквернослова.

— Отныне ты, Барнабас Триггз, мой слуга. Мой шпион. Телохранитель моей дочери. И только посмей меня предать.

— Ла-а-адно, — протянул парень. — Может, тогда договоримся о гонораре? С удовольствием приму аванс в виде пары штанов. На это же я могу рассчитывать?

Я беззвучно вздохнула. С морковкой во рту ему было очень даже хорошо.

ГЛАВА 3. РАДОСТЬ И СОМНЕНИЯ

Йона как подменили.

Во время чаепития он был радушен и гостеприимен. Пропускал мимо своих острых ушей колкости от Триггза и никак не демонстрировал неприязнь к ректору Ниило и его академии. Берёг Флоки от страшных секретов.

Я немного пришла в себя после всех потрясений, и думать стало легче. В уме выстроилась история об эльфийском народе, который, благодаря козням врагов, исчез с Большого острова и объявился в Северных землях под видом ранее неизвестного племени. Якобы те гордые и независимые эльфы разом превратились в народец с менталитетом плюшевых мишек, а их правитель единственный по какой-то причине сохранил память. И ещё в этой сказке есть принцесса, некогда спасённая от пагубного влияния чужой магии. Я. Вот самая обычная я. Обычнее просто не бывает.

Заваренный на ягодах чай настраивал на позитивный лад, и мне всё больше хотелось начать учёбу и поучаствовать в расследовании Триггза. Волнительно это всё, конечно, но как можно остаться равнодушной, когда перед тобой маячит захватывающее приключение? Пусть и не веришь пока в то, что ты эльфийская принцесса.