Ирина Денисова – Расплата за любовь (страница 3)

– Папа, я еще хочу. Золушку и Дюймовочку я уже наизусть знаю. Давай новую сказку.

– Ну, ладно, – согласился папа, – сейчас спою тебе песенку, только перед этим ты пообещаешь мне закрыть глазки. Сегодня ты увидишь волшебный сон, а завтра я куплю тебе набор «Айболит», чтобы ты могла лечить своих куколок. Ты у меня такая добрая и заботливая, вот счастье-то твоему мужу будет.

– Папа, а он будет такой же, как ты?

– Кто?! – удивился папа.

– Ну, жених, или муж, как ты говоришь.

– Анечка, конечно, он будет хороший и будет тебя очень любить. Так же, как я и мама, – ласково сказал папа.

– Ну, хорошо тогда. Папа, а ты всегда будешь со мной, правда? Ты каждый день будешь читать мне сказки?

– Конечно, золотое мое солнышко. Я тебя никогда не оставлю. А сейчас закрывай глазки, ты мне обещала.

Папа запел своим бархатистым голосом песенку, а счастливая Аня прикрыла глазки.

На следующий день папа пришел с работы и подарил ей докторский набор, в котором были термометр, шприц и даже игрушечный стетоскоп, для прослушивания шумов в сердце. Теперь Аня считала себя настоящим доктором, она не только поила кукол чаем и кормила игрушечными кексиками, но и лечила их от кукольных болезней.

Возиться со своими куклами Аня могла бесконечно. Она разбиралась в лекарствах, знала, когда нужно дать парацетамол, чтобы сбить температуру, чем лечить головную боль, а когда необходимо сделать укол. Почему может болеть животик, и какими лекарствами его вылечить.

На маленьких листочках она выписывала рецепты и просила купить лекарство в ближайшей аптеке.

К счастью для кукол, она хорошо за ними ухаживала, и они у нее редко болели.

А потом она играла с ними в школу, рассаживая за столом и давая им задания. Куклы вместе с ней проходили всю школьную программу для первого класса. Они, как и Аня, хорошо учились, и не доставляли учительнице Марии Ивановне никаких хлопот.

Вечером она укладывала своих кукол по постелям, бережно укрывая каждую своим собственным сшитым заботливыми мамиными руками одеяльцем.

– Какая же ты заботливая, Анечка! – восхищался папа, целуя дочь и желая ей спокойной ночи.

А однажды он сказал:

– Наверняка, твои дети будут в надежных руках, у них будет самая лучшая мама на свете.

Глава 4. Катастрофа

Все изменилось в один день, с утра начавшийся как обычно.

Аня проснулась, посмотрела в окно, отодвинула занавески и улыбнулась яркому солнышку. Она вышла на кухню, папа, увидев ее в дверях, сказал:

– Анечка, доброе утро. Иди в ванную, почисти зубки, сейчас будем завтракать.

Аня быстренько забежала в ванную. Она хотела позавтракать, пока не ушел папа, вместе со всеми. Они сели за накрытый мамой стол.

Мама приготовила на завтрак яичницу-глазунью, любимое Анино блюдо, а на десерт были блинчики с творожной начинкой и малиновым вареньем.

Папа не торопясь позавтракал, выпил из своей большой кружки чай с лимоном, поцеловал маму и Аню и вышел к ожидавшему его служебному автомобилю. Мама долго махала ему рукой из окошка. Подойдя к машине, папа открыл заднюю дверь, отказавшись от помощи водителя, потом обернулся и послал маме воздушный поцелуй.

Аня быстро допила свой чай и побежала на занятия. День в школе не задался с самого утра. На уроке русского языка Аню вызвали к доске, нужно было рассказать небольшое стихотворение. Но у Ани неожиданно выпали из памяти все строки, которые накануне она рассказывала отцу. Еще вчера она прекрасно знала слова и декламировала их с чувством, с толком, с расстановкой. Она искренне не понимала, что произошло с ее памятью.

Классная Мария Ивановна, которая вела у них русский язык и литературу, огорченно сказала:

– Анечка, не ожидала я от тебя, что ты не выполнишь домашнее задание. Двойку я тебе ставить не буду, ты же у нас отличница. Просто пообещай мне, что до завтра выучишь и на первом уроке расскажешь мне забытый стих. Стыдно не знать Пушкина. Пушкин Александр Сергеевич – главное богатство нашей культуры.

Настроение было безнадежно испорчено, а потом на переменке Аня чуть не подралась с мальчиком из соседнего класса. Он подбежал к ней сзади и больно дернул за косичку, она сказала, что он тупица, и пошло-поехало, разнимать их пришлось учительнице.

– Да что с тобой сегодня? – спросила Мария Ивановна. – Анечка, я тебя не узнаю!

Оставшиеся два урока Аня сидела обиженная на весь мир и ни с кем не разговаривала.

Расстроенная, она пришла со школы и бросила свой портфель возле порога, даже не потрудившись занести его в комнату. Неожиданно затрезвонил черный телефонный аппарат, стоявший на тумбочке в коридоре.

– Мама, подойди, пожалуйста, – крикнула Аня маме, потом зашла на кухню.

Мама колдовала над ужином, вкусно пахло жареным луком и грибами. Мама чистила и резала клубни картофеля, готовясь добавить их на сковороду.

Она мельком взглянула на дочку.

– Хочу папу порадовать, он у нас картошечку с грибами обожает. Анечка, а ты чего не в настроении?

– Мама, там телефон звонит, – напомнила Аня.

Мама положила ножик на раковину и опустила последнюю очищенную и порезанную ломтиками картофелину в холодную воду.

Потом не торопясь вышла в прихожую и подошла к трезвонящему телефонному аппарату. Она долго не решалась взять трубку, как-то странно и угрюмо на нее смотрела.

Поняв, что ответить все же придется, с опаской взяла черную трубку и долго молча слушала то, что ей говорили, а затем как-то медленно, обессиленно, опустилась на стоявшую рядом с тумбочкой табуретку.

– Мама, что, что, что там сказали?! – бросилась к ней Аня, но мама молчала, тяжелым и неподвижным взглядом глядя прямо перед собой.

Аня испугалась. Она бросилась к шкафчику за пузырьком с валерианой, налила в маленькую рюмочку несколько капель. У мамы ходуном ходили руки, когда она взяла лекарство из Аниных рук. Она по-прежнему молчала и сидела на табуретке прямо, как натянутая струна.

Только через час к маме вернулся дар речи, и она тихо и как-то глухо промолвила стоявшей возле нее Ане:

– Папа…

– Что папа?! Что?! Мама, ну говори же! – сердце у Ани сжалось от страшного предчувствия.

– Папа погиб, – сказала мама и зарыдала в голос, рухнув на колени прямо здесь, в коридоре.

Аня стояла столбом, ничего не понимая и отказываясь понимать. У нее как будто бы одновременно пропали слух, зрение и голос.

Впоследствии оказалось, что папа попал в автокатастрофу. Его служебный автомобиль, старая «Волга», врезался в столб на трассе, невозмутимый профессионал водитель Петр не смог справиться с управлением. Автомобиль перевернулся и оба погибли на месте.

Глава 5. Жизнь после

Жизнь изменилась в одночасье. Красавица мама после смерти папы стала дурнеть и таять на глазах. После пережитого периода острого горя она поняла, что весь ее любимый, надежный, устроенный и упорядоченный мир рухнул.

Теперь мама постоянно спала и никуда из дома не выходила. Она уже не смотрела на Аню восхищенными глазами. Она никого больше не видела, и ей никто не был нужен. Что-то внутри нее сломалось, и мир ее больше не интересовал. Она перестала ходить к своему дамскому мастеру делать прически, не делала маникюр, а коллекция туфель на высоких каблуках стояла на нижней полочке в шкафу, покрываясь пылью.

Аня больше не летела домой, как на крыльях. Ведь папа не ждал ее и не спрашивал, как дела, что интересного было в школе, а мама, как Ане казалось, теперь не жила, а существовала. Как робот-автомат, мама молча готовила дочке завтрак, молча открывала входную дверь, и молчала, когда Аня приходила со школы.

Аня перестала играть в куклы, и они сиротливо сидели теперь на верхней полке шкафа, забытые и заброшенные. Теперь никто не читал ей сказки перед сном, и она перестала верить в сказки и волшебных принцев.

И так продолжалось, пока Ане не исполнилось двенадцать лет.

Сегодня Аня пришла со школы и открыла дверь своим ключом. Она принесла купленные в магазине хлеб и молоко, зашла на кухню и тихонько поставила пакеты на стол.

– Мама, ты дома? – не сильно громко крикнула она куда-то в глубину огромной четырехкомнатной квартиры.

На кухню вошла мама – в старом застиранном халате, в домашних тапочках. Давно не видевшие прически волосы свисали белыми прядями.

А ведь при папе она ходила по дому только в модных туфлях и со свежей прической, сейчас на нее было больно смотреть.

– Мама, я сейчас приготовлю яичницу. Ты будешь? – заботливо спросила Аня.

– Нет, дочка, ты кушай, а я с тобой рядом посижу, – сказала мама.

Аня приготовила яичницу из четырех яиц на большой сковороде и разложила по тарелкам – себе и маме.

Увидев, что мама даже не притрагивается к еде, Аня подошла и ласково ее обняла.

– Мамочка, а давай завтра сходим куда-нибудь, погуляем. В лес или в парк? – предложила Аня.

– Анечка, я не могу. Я боюсь из дома выходить. Мне кажется, что все сейчас будут на меня смотреть и расспрашивать. А если кто-нибудь вспомнит о папе, я просто разрыдаюсь. Я не смогу выдержать ни одного любопытного взгляда и ни одного лицемерного вопроса.

– Мама, но ведь столько лет уже прошло. Все уже давно забыли.