Ирина Ари – Рождение Расколотого бога. Книга 1 (страница 2)
Как я ни старался, отодрать этого прилипалу не смог. Ну да, брательник выручил. Узнал, что его просто щелкнуть надо по определенному месту, легонько так. Брат ржал, а мне обидно было.
– Вуки, как нам повезло!
– Почему, брат?
– Помнишь, нам старый Гран рассказывал, что большинство неудачников погибает при сваливании, как раз, напоровшись на Пик надежды. А мы его только что миновали.
Боится братик. Я его понимаю. Сваливания кристаллам не миновать. Наращивая свою структуру, мы становимся слишком тяжелыми для этого слоя планеты. И падаем на поверхность. Парус при таких скоростях только мешает: Его выламывает. Сколько уже пытались сделать сваливание менее опасным. Но как? Обратно-то наверх не вернуться, не попробовать как-то иначе упасть. Если уж сваливание началось, то все. Либо приземлишься на поверхность, либо никуда не приземлишься. Вместо тебя – прекрасной разумной личности – приземлятся осколки. Такое у нас взросление. Реально. Как повезет. Поэтому ули, то есть, мы – разумные кристаллы – все поголовно фаталисты.
– Вуума, а ведь ты прав! Ты парус растворил?
– Ага. А ты?
Честно говоря, даже не начинал. Но я вдруг так пронзительно понял, что падать надо сейчас; что на свой прекрасный мир я никогда не насмотрюсь; что брат ужасно боится… Короче, поехали!
– Вуума, с богом, если он есть.
Конечно, я не успею парус растворить. Да и ладно. Подхватил братца и стал перепрыгивать по потокам вниз.
Наш мир огромный. Я говорил уже. Внизу на поверхности чудовищное давление, гигантские температуры. Там нет ничего живого. Кроме нас – ули. Тех ули, которым повезло не раскрошиться при сваливании, да еще удачно приземлиться на место, богатое эфиром. Этот эфир – наше всё: еда, ретранслятор мыслей, структурируемая субстанция для вычислений и записей. Наша жизнь, если короче. Зеркальные старцы – это те счастливцы, которые десятки тысяч циклов живут на поверхности благодаря эфиру. Они – мыслители и хранители знаний. Да, именно они залезли к нам с братцем в сознание, когда мы только-только родились.
Ну все, последние лини. Чувствуется уже и давление, и температура, а потоки прям ревут, братца держать все сложнее, парус полощется, как его не притягивай. Все, пошел!
Я пропихнул Вууму вниз. Его закрутило Последним потоком. И тут увидел что-то невероятно яркое, проносящееся мимо. Комок какой-то. Не может быть!! Что он тут делает? Если это чудо попадет в Последний поток, то для него он реально станет последним в жизни. Хорошо, что я парус не растворил. Раскрыл его с треском, подлетел под бьющегося дракончика и стал его наверх выталкивать.
А брат-то как? Боги, что делать? И того, и другого спасать надо! Лоа – дракон этот дурацкий – вообще житель самых верхних слоев нашего мира. Дипломат или идиот. Хотя, один недалеко от другого.
***
0011001
Код 1
Я мыслю, следовательно, я существую.
Проверка системы – отказ.
Код 2
Проект «Новые горизонты».
Отчет: накопители – 1,2%; энергия – 0,02; целостность системы – ОТКАЗ.
Код 3
Проверка контура – отказ.
АЛАРМ!
Код альфа.
Личность 1 – отказ; Личность 2 – отказ; личность 3… ; личность 8 – целостность 68%. Готовность 0
Перезагрузка.
И что происходит? Я мыслю… да-да, я существую, хотя… Так, сплошные отказы. Создатели – приколисты – придумали на аларме личности навешивать. Да, я – ИИ – искусственный интеллект, в который во время непонятной моему чистому мозгу ситуации вшивается личность. ИБО! Невозможно превзойти человека. Но ирония в том, что в сохранности оказалась только моя личность. И придется со всей этой чертовщиной разбираться Игроку – шулеру, картежнику, артисту. Да-с.
Итак, моя дорогая электронная часть, что же с нами произошло? Надеюсь, сохранились записи. Не-не, мне не эти вот циферки с графиками нужны… Давай полноценную запись.
Перед глазами (будем считать, что они у меня есть, и я вижу именно ими) появилась объемная картинка с Центральной рубки корабля. А я, оказывается знаю, что это, где это и кто там должен быть. Молодцы создатели все же: и в самую захудалую личность загрузили все сведения о проекте «Новые горизонты».
Пятеро навигаторов, связь, три пилота, главный стюард (а он-то что здесь делает?), глава ремонтников… О, научников разбудили. Целая толпа умнейших людей. Гомон страшный! В рубке. Хм, поставь на стоп. Разгляжу сначала. Рубка – огромный сферический зал – заполнена людьми, большие контурные экраны выключены. Все техники в своих рабочих сферах: на головах оборудование, пальцы летают по невидимым экранам. Научники столпились перед голограммой, жестикулируют. Смешно. Капитан стоит рядом. Обвешан всякой аппаратурой. А, это он из сферы вышел, а связь с кораблем оставил. Понятно. Значит, уже сработала «желтая тревога».
Так, врубай запись.
Резко появился гомон, люди не просто зашевелились: кто-то садился прямо на пол рубки, кто-то размахивал руками так, что съездил коллеге по уху. Моя умнейшая голова разделила видимую и воспринимаемую область на три окна: в одном – продолжали орать научники, в другом – шел отчет техников, в третьем – то, из-за чего весь сыр-бор. И я все это понимал! Просто супермен. Ха. Мне бы такие способности при жизни…
Тэк-с, пока с кораблем все в порядке. Почти. Из пространства Шредингера вышли, для такой громадины – удачно. А дальше… Кто сказал, что много энергии эфира – это хорошо? Чтоб им впороться! Уй, не стоит сленг использовать. А что сказать, если куш в этой конченной игре – жизнь почти сотни миллионов людей!
Эфира столько, что пространство вокруг корабля закручивается в спираль. И никто – НИКТО, не знает, что с этим делать и чем это грозит.
Подключился к капитану. Только действия, без отчетов. Тихоныч послушал весь этот бедлам и спокойно вжал кнопку красной тревоги.
Аларм бахнул по всему кораблю: к звуковой волне добавился инфразвук. Пробрало, так пробрало. Научников из рубки вымело просто. Их тела поле сразу укутало в защитные коконы и распределило в кают-компании по нишам. Техники укутались дополнительными сферами, капитан огляделся и спокойно занял свое место.
Запись с мемокристалла капитана корабля Александра Тихоновича Скилле.
Капитан корабля -немного волшебник или маг. И чем больше корабль, тем сильнее вся эта фантастика с мистикой. А мой корабль – император среди кораблей. Больше просто не бывает. Громадина, величиной с мегаполис. «Звезда жизни» – как его нарекли фанаты великой саги прошлого. Правда, там «Звезда смерти» была, потому что враги на ней ходили. И круглая она была как малая планета, а Ковчег во все стороны ощетинился пристройками, эмиттерами, струнами… Но вот «Звезда жизни». Хорошо бы.
Перед прыжком я четко знал: будет плохо, даже хреново. Уверен был на все 100! Проверками весь экипаж замучил. И ничего. Люди уже ворчать начали. Прыгнули замечательно, прям, изящно. А ведь такая громадина, как наш Ковчег, еще ни разу в поле Шредингера не заходила? Корабль как на санках въехал, да и выехал неплохо. Все показатели относительно штатные.
И как в плохом анекдоте: «Ну, и началось!».
Мы же недавно стали эфир измерять. И все приборы по его поимке и оценке на Ковчеге новенькие стояли, откалиброванные по показателям нашей системы и окрестностей. Я еще удивлялся, зачем шкалу до 100 задрали, если самый высокий показатель у нас – семерка. Но много – не мало. А здесь все приборы зашкалило. Иваныч (Джон Голдвин – в миру) на коленке новый собрал. На 1000 делений, говорит. И его зашкалило. Так что, сколько эфира вокруг, один бог знает.
ИИ решил ученых разбудить в аларм-режиме. Через десять минут слегка ошалелые лучшие умы Ковчега прибрели сразу в рубку и кинулись к приборам, а потом – друг к другу. Я от греха вообще спрятаться хотел – кричали страшно. Эмоциональные они люди! Я раньше думал, что подобными эмоциями положено артистам разбрасываться. Но нет, научники их точно переорут.
А толку – ноль. ИИ послушал этот бред и посоветовал тревогу включать, потому что пошел Ковчег вразнос.
Интуиция моя сработала на все сто, но счастья от этого не прибавилось. Конец кораблю. По традиции тревога могла включаться механически. Для этого на главном пульте была большая красная кнопка под колпаком. И какой-то шутник при сборке на ней черные точки нарисовал – чисто божья коровка. Вот ее я и вжал.
Корабль загерметизировал все отсеки, главные – с матрицами колонистов – окутал полем, рубку втянул внутрь. И это, похоже, стало последней каплей.
Что ж, записываю мемокристалл для будущих поколений. Верю, что до него кто-нибудь разумный доберется. Это был грандиозный проект! Но мы прыгнули выше головы. Я, капитан первого ранга, личность прима, Александр Тихонович Скилле, 2040 год Нового времени, система с рабочим названием «Сиванг». Хм, на одном из древних языков это означало «надежда». Так что, будем надеяться…
***
“Братик, прости, я тебе все-равно пока ничем не помогу. Ядерный корень, почему все разом-то?”
Мысли панически стучались во все мои грани, а я аккуратно ловя кусочком паруса восходящие потоки, боролся с жуткими ветрами границы Последнего потока. Дракона плотно прижал к себе, хотя не был уверен: жив ли он. Мы с лоа иногда пересекаемся в нашей верхней, а их – нижней границах. Учимся, разговариваем. Забавные они, легкие, смешливые. Не сразу, конечно, мы так мирно существовать стали. Но сейчас норм, они все пытаются к нам дипломатов засылать. Куда вот только.