Ирина Ардо – В плену Иллюзий. Поймай меня, Менталист! (страница 11)
– И часто она сюда приходит?
– В последнее время даже слишком.
– И не говорила, чего хочет?
– Почему тебя это интересует?
– Не горю желанием быть замеченной, – соврала, не моргнув глазом.
На самом деле, мне хотелось подольше понаблюдать за ней, изучить повадки, манеры. Такой материал!
– Не волнуйся, больше я не буду впускать никого, пока ты здесь.
– А как же основная работа?
– Разберусь.
И ведь действительно же разберётся. Такие, как Лиам Торн, умеют действовать настолько филигранно, что ты моргнуть не успеешь, а они уже всё сделали и всё знают.
– Рассмотри артефакт ещё раз. Рассмотри хорошенько, – велел он. – Не хочу лишний раз рисковать и вытаскивать рисунок на постоянной основе.
Никто не должен знать… Возможно, наш король действительно решил объединить две реликвии и поручил это своему доверенному лицу, но что-то всё равно не сходилось.
Его Величество не очень любил смотреть на то, что творится внутри страны, зато был крайне озабочен внешней политикой. Он бы никогда не привёл страну к международному скандалу или войне, поскольку считал, что переговоры – лучший метод решения межгосударственных вопросов. Об этом писали во всех газетах…
Хотя, он вполне мог быть таким же лживым, как и его свита, так что удивляться нечему.
Всё больше всматриваясь в руны, выкованные в оправе рубина, я всё глубже увязала в этом деле. Наверное, можно было придумать какую-то возможность разорвать контракт без вреда для Кела и Лии, если бы не этот треклятый рисунок.
Это действительно черта, за которой только один выбор – сделать или умереть. Теперь Торн не отпустит меня, можно гарантировать. Не после того, что я успела узнать.
Дружба с артефактором давала свои плоды, но понимала я всё же далеко не каждую завитушку. Убивают и за меньшее, а здесь просто огромное пространство для изучения и применения в оборонной сфере. И не только, наверное.
– Тут точно не справиться без артефактора, – буркнула забывшись.
– Что? – менталист отвлёкся от своих документов и вопросительно посмотрел на меня.
– Так, мысли вслух, – едва сдержала вздох облегчения. Не нужно лишний раз напоминать ему о Келлере. – Что-нибудь придумаю. Украсть эту штуковину крайне сложно, но я бы не сказала, что невозможно.
– И давно в тебе пробудился такой оптимизм?
– Только что.
– Появились основания?
– Нет. Пришло осознание отсутствия выбора.
– Тоже неплохо.
Неплохо ему…
– Я могу выйти в город ненадолго?
– Нет.
– Я не сбегу.
– Всё равно нет.
– Но почему?
Ответом меня, конечно же, не удостоили. А потому всё, что мне оставалось – ходить возле шкафов с книгами и искать хоть что-то интересное. Разумеется, в кабинете главного дознавателя не было художественной литературы, а потому пришлось довольствоваться малым.
Спустя пятнадцать минут бездумного просмотра корешков я вернулась в кресло, стоявшее в углу, и принялась полировать взглядом ненавистного инквизитора.
Он не боялся оставаться со мной в одном помещении и при этом оставлять меня без дела, даже не подозревая, что в моей голове рождаются весьма кровожадные мысли.
Нужно собраться и продолжить искать что-то, что полностью уничтожит Лиама Торна в глазах общественности. В трущобах он, конечно, выживет, а вот в Альденхейме… С самого детства он отправлял туда людей, так что будет справедливо, если он испытает на себе все лишения несправедливо осуждённых хотя бы на физическом уровне.
Самый простой способ – рассказать обо всём эмиру, предоставив ему все доказательства, но подвергать свою страну угрозе войны… Я понятия не имела, насколько сильна сухелийская армия, но страна их больше раза в три, если ничего не изменилось со времён моего обучения.
Нет, так нельзя…
Страдать должен один.
Только один.
ГЛАВА 5: Семья
Спустя несколько часов Торн всё же соизволил отпустить меня, но оставил у себя дома, предупредив, что узнает, если я надумаю покинуть его стены. Можно было бы посмеяться, но подозрительные личности, снующие туда-сюда по улице, не оставили никаких сомнений – менталист установил слежку.
И не жалко ему разбрасываться кадрами, когда преступность в трущобах процветает?
Хмыкнув, взглянув на очередного мастера маскировки из окна, я отправилась изучать дом. Под взглядом дознавателя это было не совсем удобно, а так у меня была возможность изучить место, где мой враг проводил свободное время.
Наверное, было бы проще, напоминай это место настоящую обитель зла, но нет. Обыкновенное жилище холостяка с минимумом мебели. Решив начать с кухни, я посмотрела во все шкафчики и ящички, не найдя ничего интересного. Никаких ядов, странных специй, малое количество посуды… даже в холодильном шкафу было пусто, как на просторах северного края.
– Скука, – прокомментировала, недовольно цокнув.
Столовая тоже не радовала яркостью – светло-синие стены и массивный стол из тёмного дерева. Единственное излишество – причудливая хрустальная люстра, свисавшая с потолка.
Лаконично, спокойно, по-мужски. Но от этой пустоты веяло одиночеством и холодом. Даже наше подвальное пристанище в трущобах было обставлено с большим уютом.
Однажды мой наставник сказал: «Хочешь узнать человека – прийти к нему домой. А ещё лучше – попади в часть дома, которую он скрывает ото всех». Верное утверждение. Это место лишь подтвердило моё мнение о Торне – чёрствый сухарь, помешанный на правилах и дисциплине. Только человек, у которого аллергия на любые человеческие чувства, мог жить в подобной обстановке.
Поднявшись наверх, я решила отправиться в комнату дознавателя, которая, на удивление, оказалась незапертой.
Потрясающее легкомыслие!
А если я яд с собой привезла?
Хотя, не удивлюсь, если он решил устроить мне какое-то подобие проверки. Точно хочет уличить в какой-нибудь пакости. Как бы мне ни хотелось верить в обратное, но безответственным идиотом Лиам Торн не был. Кресло главного дознавателя департамента инквизиции не дают ни за родословную, ни за красивые глаза, ни за взятку, в каком бы размере та ни была. Человек, занимающий данный пост, служил не народу, а непосредственно королю, так что проверки проходил жесточайшие.
Мне не удастся подловить его на такой нелепости.
Спальня была ещё более аскетичной, чем остальные части дома. Похоже, что мужчина либо вовсе не ночевал дома, либо был крайне непритязателен.
Интересно, это академия так на него повлияла? Может, правду говорят, что на острове Драконье Гнездо воспитывают настоящих воинов? Там, в горах, непригодных для жизни, адепты проходят проверку суровыми условиями и учатся бороться с кровожадными тварями.
Не все аристократы готовы отправлять своих драгоценных деточек туда, но раньше мне казалось, что это связано с отдалённостью учебного заведения от столицы. А оно вон как оказывается…
Шкаф, кровать и тумба. Всё. Ну, ещё две двери, одна из которых вела в ванную, а вторая – в кабинет. Он-то меня и заинтересовал.
Небольшое помещение было единственным, которое выполнили в тёплых древесных цветах. Стул, стол и стеллажи под потолок, наполненные книгами, и снова полное отсутствие хоть каких-то развлекательных или философских книг.
Приглядевшись к корешкам получше, я поняла, что это были издания о лекарском деле, артефакторике и всевозможные трактаты о магических каналах. Крайне узконаправленная информация, абсолютно бесполезная для дознавателя.
– Наконец-то хоть что-то, – я не смогла сдержать своей радости, вытащив один из особо крупных фолиантов, содержащих информацию о болезнях, связанных с магией, и пролистнула несколько страниц. – И даже пометок никаких.
Может, менталист хотел выслужиться перед королём и сменить профиль? Столько научных трудов перечитать… Смело можно преподавать какой-нибудь спецкурс, если такие в академиях ещё есть.
Или дело тупиковое? Но тогда о нём было бы хоть что-то в газетах, если только оно не касается кого-то из палаты лордов.
Внезапно вспомнился сегодняшний визит Луизы Шеффилд и её слова:
«К тому же папа сказал, что очень надеется тебя увидеть. У него какое-то неотложное дело».
А если пламя Сухейла нужно именно ему, а не королю, и именно поэтому такая секретность? К сожалению, когда мы были близко знакомы, я была ещё слишком юна для того, чтобы задумываться обо всех общественных хитросплетениях. Тогда мне казалось, что ещё вся жизнь впереди для того, чтобы всё узнать.