Ирина Абашева – Закрытый остров (страница 10)

Они рванули в лес. Глухо по земле стучали ботинки, глухо стучало сердце, призывая войти в транс. Но уйти по тропе Текер не мог. На лице отражалось беспокойство, какая-то маленькая назойливая деталь выбивалась из привычной картины мира. Ему понадобилось несколько секунд, чтобы понять, что это запах. Запах лилий.

В лесу не могло быть этих цветов, они не росли в здешних местах. Но запах был. Отчетливый, он острым ножом разрезал реальность, и та распадалась на кусочки. Лилия бежала, смешно поднимая коленки и размахивая руками. Так больше устанешь, чем убежишь. Текер направил парней, чтобы пройти совсем рядом с девушкой. Крича о чем-то, она практически подбежала к ним и, видимо, не удержавшись, упала. Скривилась от боли.

Текер почти ушел по тропе, но надо было помочь. Он смотрел на лилию сквозь дымку, сквозь тропу. Приоткрытый рот, грязь и кровь на лице, глаза словно два горячих уголька костра. Они согревали, придавали уверенности и сил.

Он склонился, коснулся теплой кожи на ноге. Не страшно. Вывих. Рывком вправил и ушел. Ее глаза манили обернуться, даже когда он прочесывал лес, когда пытался найти следы, когда ни с чем возвращался в дом.

Текер стоял под душем. Порождение в этот раз ранило троих их людей и убило трех человек с большой земли, которые решили прокатиться на катере. Что их потащило в такую даль? Нет бы сидеть спокойно по домам. Выйдя из душа, он увидел несколько пропущенных от Касыма.

Ну что там могло еще произойти? Текер не хотел готовить дом к приходу расчетливой девушки и отправил туда брата. Касым все равно будет строить свой дом, ему полезно попрактиковаться. Текер отложил телефон, явно приняв решение не перезванивать.

Мать постучала в дверь:

– Касым звонил, просил сходить в твой дом. Там что-то срочное.

– Ладно, – Текер недовольно сморщился.

Вечер уже спустился на деревню, подарив долгожданную прохладу. Сейчас было самое удачное время для пробежки. И, решив совместить неизбежное с неприятным, Текер, пружиня, побежал легкой рысцой.

Когда он добежал до дома, темнота заполнила собой все вокруг. Текер сразу почувствовал запах лилий. Но девочка не могла сюда добраться. Скорее всего, она бы вышла на женскую часть деревни.

– Касым, Касым, ты где? Мама сказала, что у тебя что-то срочное.

Навстречу вышел брат, но Текер все прекрасно понял и без слов. Запах наполнял дом.

– Текер, я не знаю, как это получилось. Я пошел выбрасывать мусор. Вернулся и решил немного проветрить дом. А она зашла и упала. – каждое слово звучало приговором. – Она сама переступила порог. Ее никто не звал и не заставлял. Я могу быть свидетелем этого, – торопливо говорил расстроенный Касым.

– Понятно, – лицо Текера окаменело. – Где она?

– В комнате прислуги. Я туда ее отнес.

– Хорошо. Сегодня останусь здесь, иди домой.

Он проводил взглядом уходящего брата, потер переносицу, как если бы у него начиналась головная боль. Пройдя за стол, присел и, поставив локти на столешницу, задумался. Прикрыл глаза, сосредоточился.

Шух-шух. Едва слышные шаги за спиной. Запах усилился. Ш-л-е-п, ш-л-е-п.

– Вот что мне теперь с тобой делать? – спросил он, повернувшись к девушке.

Пискнув, та убежала и затихла в комнатушке, как мышь под веником.

После знакомства, общения жестами и совместного ужина Текер лежал в своей комнате. Эта мышка не захотела располагаться в комнате невесты, а снова спряталась в комнату для прислуги. Но, если все сложится и она останется, придется ей перебраться в другое место. Текер вздохнул и прикрыл глаза. Все же нужно идти по предначертанному пути, даже если это закончится уходом в горы раньше отмеченного дня. Ведь ничего не попишешь и сделанного не исправишь.

Женя ворочалась во сне, вернее всего, видя ужасы. Однако утешать или будить Текер не спешил. Как человек имеющий дело с головорезами он часто сталкивался с горем других людей. А как еще ты будешь реагировать, когда тебе сообщают о порождениях? Нужно время, чтобы ком скорби, боли и отчаяния скопился, поднялся на самый пик – и вот когда, гулко стуча, он покатится вниз, тогда и будут нужны поддержка и опора. Текер плавно поднялся за несколько секунд до крика.

Она весь вечер храбрилась и не подавала вида, что столкнулась с порождением, не заикалась о том, кто она и что тут делает. Он не стал настаивать на откровениях. Ведь лучше дождаться, когда человек будет сам готов к разговору, чем долбить несокрушимую стену. А теперь ком скорби несся вниз, расплескивая слезы, громыхая всхлипами и скатываясь сиплыми неразборчивыми причитаниями.

Дождавшись, когда Женя успокоится, он пошел к себе. Выйдя из каморки, замер на несколько секунд, отмечая, что теперь не только дом наполнился запахом цветов, но и он сам ими пах.

Утром надо было решить несколько вопросов и попытаться поговорить с Женей. Конечно, в неприятную ситуацию они попали. Но у Текера была идея, как из этого всего выпутаться с минимальными потерями. Завтра он пойдет к старейшинам и уточнит. Все равно идти и объявлять об испытаниях.

Глава 13

Евгения

Пора с этого острова выбираться. Надо найти способ добраться до отеля и потом улететь домой. Этих приключений мне хватит на пару десятков лет вперед. Ничего не хочу, только домой. Надо ещё что-то с Алисой и Григорием делать. Алиска… Сердце сжалось, и на глаза снова навернулись слезы. Я порывисто вздохнула и закусила губу, чтобы не зареветь. Как я теперь без нее буду жить? Вечно это Алискино желание вляпаться во что-то! Теперь все станет привычно и скучно. Григорию надо будет все объяснять. Он явно нас уже ищет.

На кухне громыхнуло. Я зажмурилась, желая, чтобы слезы впитались обратно. Резко выдохнула и встала. Пошлепала на шум и тихую ругань. На кухне обнаружился Касым – стало чуть-чуть обидно, что этот со шрамом и косой снова где-то гулял.

– Привет, – растерянно произнесла я. Интересно, а в доме, кроме этих двух, кто-то живет? – А где Крекер?

Я покраснела и сжала губы. Бли-и-и-ин. Придумала тайную кличку в честь хлебобулочного изделия и на автомате произнесла ее вслух. Касым заметил мое замешательство и рассмеялся.

– Только при брате так не скажи, – по-прежнему улыбаясь, ответил он. – Текер не поймет, почему ты называешь его другим именем.

– Прости, я не хотела. Оно само вырвалось, – смущенно пробормотала я. – Так где он?

– Он решит несколько вопросов и вернется, – Касым отвел взгляд. Мне показалось, что ему не хотелось распространяться о Крекере. Ну и ладно, не хотите – как хотите.

– А расскажи, где ты так хорошо научился говорить по-русски? – решила я сменить тему.

– До определенного возраста мы можем спокойно уезжать с острова, – он поставил передо мной завтрак. – Я учился в Турции, в Анталии. Там студенты выбирали дополнительный язык, я выбрал ваш. Как видишь, пригодилось.

– А брат твой тоже учился где-то? – улыбка, только появившаяся на лице, исчезла. Он уставился в окно, явно подбирая слова.

Я нахмурилась. Очень странно: все что касалось брата, сразу становилось загадочным. Может быть, он какой-то хан, падишах или как тут это называется. Или, может, наоборот, местный Синяя Борода, а я вот ничего не знаю и прямо сейчас вляпываюсь в очередную хреновую историю. Тем более непонятно, зачем он шел туда… в лес, когда там была эта жуткая тварь.

– Нет. К сожалению, он не мог себе этого позволить. Но он учился на острове и теперь хороший охотник за… – Касым развернулся и принялся перекладывать тарелки с места на место.

– За кем? – решила я дожать его: все эти недомолвки начинали раздражать.

– Просто охотник. И вообще, лучше спроси его самого. Текер сам тебе расскажет все, что посчитает нужным.

Мне кажется, его напрягал наш разговор. Хотя я могу и ошибаться – просто последние дни заставили меня стать очень подозрительной. Он повернулся, прикрываясь кружкой с чаем.

– Слушай, а как от вас можно уехать? – прервала я молчание. Завеса страшной тайны Крекера начинала напрягать. Вдруг еще съедят за любопытство.

– Ты хочешь уехать? – Касым закусил губу, жалобно уставился на меня. Его рука дрогнула, и чай пролился. – Сейчас все уберу.

Он убежал за тряпкой и долго не возвращался. Нет, ну это уже ни в какие ворота не лезет. Я – свободный взрослый человек, могу идти куда хочу. Что за паника? Хотя… Я вспомнила того безумного с кровью Алиски на пальцах. Меня замутило.

Может, Касым боится, что я о таких расскажу? Ну, если нельзя, то никому не расскажу. Да и кто мне поверит. Скажут, перепила русская на турецком пляже.

В конечном счете как-то попасть домой я была должна. Там мама, работа. Да и Алису в Россию надо вернуть, и с Григорием переговорить. Что же дальше делать? Непонятно. Пока я все это обдумывала, вернулся Касым с тряпкой. Принялся тереть пол.

– С острова так просто не уехать. У нас есть период извержения вулканов, тогда остров закрыт для всяческого сообщения с материком. Ты сможешь уехать, но примерно через пару месяцев, если быть точнее, через полтора.

– Полтора?! Мне нельзя тут застревать. У меня работа, у меня вещи, я домой хочу!

Касым вздохнул и отвернулся. Пробурчал что-то про великую занятость, мол, все будет потом. Интересно, и когда – потом? И, самое главное, что потом? Вот же фигня какая-то! Я сердито воззрилась на удаляющуюся спину. Застряла тут, никто не может ничего толком объяснить. Касым не хочет это делать, все на своего брата кивает.