Ирен Эшли – Трофей темного короля (страница 4)

Дракон снисходительно улыбнулся, откусил кусок сочного мяса, прожевал, картинно наслаждаясь вкусом. Сделал глоток вишнёвого напитка.

— Оскорбляешь меня, дорогой друг. Наоборот! Мое великодушное сердце всегда принимает высокие дела и помыслы. Тяжелый труд на благо Эдильборга — сугубо личное желание лирэи.

Говорил паршивец чувственно, идеально отыгрывая роль благодетеля. Порядочный и идеальный, идущий мне навстречу. Никогда не думала, что можно кого-то столь сильно ненавидеть…

— Великодушие алэра не знает границ, — согласилась старшая служанка, нервически посмеиваясь через каждое слово. Насколько же сильно она боится этого бессердечного монстра⁈ Женщина поклонилась, прижавшись лбом к холодному каменному полу, затем тихонько поднялась, маленькими шажками приблизилась ко мне, схватила за запястье и поволокла на выход, продолжая извиняться за моё неподобающие поведение.

Аристид позволил уйти.

— Ах, что же делать… — В коридоре Фрида схватилась за сердце.

Я остановилась напротив окна, с затаенной грустью наблюдая, как желто-алые краски неба градиентом заполняет сине-фиолетовая пелена, как сквозь цветастые облака и вулканический дым пробивается свет звезд. На Эдильборг опускался вечер.

— Зачем дерзишь алэру? Чего добиваешься?

— Я должна кланяться Аристиду в ноги и благодарить за роль зверушки?

Фрида ахнула, побледнела, испуганно оглянулась, приложила палец к губам и прошипела.

— Любишь испытывать судьбу, лирэя. Нельзя слугам называть своего алэра по имени.

— Он не мой алэр.

— Гордость и глупость — две стороны одной монеты. Пытаясь оставаться гордой, можешь себе сильно навредить. Я хотела помочь, почти получилось: алэр увидел тебя в трапезной с остальными слугами дворца и ничего не сказал, принял. Но ты разозлила его и теперь… — женщина всплеснула руками, потерла виски. В глазах застыл ужас. — Я вынуждена выслать тебя из дворца.

— Делай, что должна, Фрида.

— Точно глупая! — воскликнула она. — Работа на полях Эдильборга опасна для жизни. Я не знаю куда именно тебя отправят. Повезет если на плантации, а если работа рядом с жерлом вулкана? Высокий риск отравиться газами, получить ожоги, заблудиться, попасть под обвал или… оказаться в кратере вулкана в момент извержения! Эдильборг прекрасен, но опасностей в нем не меньше, чем красоты.

— Я буду в порядке. Всё лучше, чем оставаться рядом с Аристидом…

Фрида удрученно покачала головой. Она поняла, попытки переубедить бессмысленны. Слишком много отнял их алэр, чтобы я со смирением трудилась во дворце Огненной короны и склоняла голову.

— Пойдем, лирэя.

Фрида отвела меня в подземелье, передала стражникам, стоящим на посту. Точнее, сидящим и коротающим время за настольной игрой. При виде старшей служанки здоровяки вспомнили про обязанности, взяли оружия, встали у железных ворот.

— Снова играете.

— За собой следи, служанка. Зачем пришла?

Она не ответила сразу. Вздохнула, растирая похолодевшую кожу рук, словно сомневалась в поступке. Но и отступить не могла, я это понимала; один раз Фрида пошла против воли алэра, во второй раз навряд ли получится обвести его вокруг пальца.

Старшая служанка посмотрела на меня. С печалью и сочувствием. Так смотрят на осужденных, идущих на эшафот.

— Приказ алэра: запереть лирэю в темнице для распределения.

Мужики мерзко рассмеялись, похрюкивая.

— Если алэру не нужна эта красоточка, почему бы нам её себе не забрать⁈

Я похолодела от слов стражников. Фрида, кажется, тоже; она заслонила меня спиной.

— Хоть пальцем тронете, клянусь жизнью, лично сброшу в жерло вулкана!

Страж повыше ростом разместил руку на плече товарища и присвистнул.

— Думаю, после распределения, лирэя в жерле вулкана окажется быстрее.

— Это мы еще посмотрим!

— А если серьезно, чем она не угодила алэру?

— Не вашего ума дела, — огрызнулась Фрида. — Делайте, что велено. Молча! Позже я приду проверить! И не дай Абсолют, с головы лирэи упадёт хоть один волосок — вам не жить, ясно?

— Иди спокойно мой полы, служанка. Не тронем мы твою блондиночку.

Смерив напоследок здоровяков презрительным взглядом, Фрида ушла. Меня же отправили в темницу, дали воду в ржавой посуде, похлебку и заперли, клацнув тяжелым замком.

За время моего пребывания здесь, подземелье успело поредеть: большинство заключенных увели, остались лишь несколько мужчин и женщин, но не из Вилдхейма.

Я тяжело вздохнула, покривилась от затхлого воздуха, пропитанного тухлятиной и ещё чем-то кислым. Горло пересохло, дико хотелось пить. Осмелилась даже сделать глоток из ржавой кружки.

Прошлась по периметру тесной камеры, размышляя над будущим. Сложным и непонятным. А еще — страшным. Получше узнав нрав местного правителя, не удивлюсь, если утром меня отправят на работу в жерле вулкана. Аристид одержим идеей осадить меня, показать власть, которой я не в силах сопротивляться, пока.

Надо держаться. Уверена, Северин меня ищет. И родители тоже. Драконы мертвых земель лишь нападают, обворовывают, но не присоединяют захваченные территории. Они им не нужны. А значит, в Вилдхейм скоро вернутся, обнаружат моё исчезновение и отправятся на поиски. Наверное…

Никто и никогда не искал пленных. Лишь отчаянные по доброй воле отправятся пересекать Черную пустошь — пустыню, окружающую Эдильборг. Бесконечную и опасную.

— Серьёзно⁈ Лирэя? Они существуют?

Напротив моей темницы остановился разговорчивый страж с главного входа в компании какого-то незнакомого мужчины, тоже стражника, но помоложе и рослее.

— И правда, — блаженно протянул здоровяк, — существуют, — он облизнулся.

Дела плохи. Я насупилась, забилась в угол, не сводя глаз с двух обезумевших мужиков. В их лицах читалось лишь одно… похоть.

Пока они разглядывали меня с предвкушением, я осмотрела пространство темницы и с горестью осознала, что ничего напоминающее оружие в ней нет. Даже захудалой палки!

— На распределение отдали, — сложив руки на груди, поведал страж товарищу.

Тот картинно расстроился, покачал головой, состроив на лице всю горечь мира.

— Такую красоту? Несправедливо.

— Сгинет лирэя…

— Жаль…

Оружием я сделала кривую вилку. Лучше, чем ничего.

— Блондиночка, — стражник оперся ладонями на железные решетки, — как тебя зовут? Меня Сигвад, а друга моего — Хар. Почему молчишь? Мы хотим подружиться. — Не получив ответа, Сигвад обернулся к товарищу: — неразговорчивая такая.

— Боится.

— Скорее всего. Ты не бойся, лирэя. Не нас бояться надо, а вулканов, на которые отправят.

— Скоро вернется Фрида, — предупредила я.

— А голосок-то какой! — благоговейно произнес Сигвад.

— Нежный-нежный, — согласился Хар.

— Хочу, чтобы она кричала моё имя… Всю ночь, пока её не отправят на вулканы.

Чокнутый озабоченный мерзавец! Я крепче сжала вилку, готовясь защищаться.

— Тише-тише, красавица, — прошептал ненормальный страж, пальцем провел вдоль решетки. — Тебе понравится.

— Мы будем нежными.

Сумасшедшие!

— Хар, не могу больше ждать. Открывай темницу.

И пока Хар возился с замком, второй принялся освобождаться от своего металлического пояса, издавая какие-то непонятные звуки, похожие на стоны-полувдохи.

Ужас сковал тело, сердце забилось с удвоенной силой. Я вскрикнула, когда замок с лязгом рухнул на каменный пол, а внутрь темницы залетели озабоченные стражники.