Ирен Эшли – Трофей темного короля (страница 24)
— Когда тебя заботило исполнение приказов алэра?
— Меня не волнует алэр. Я переживаю за тебя, Рагнар. Один раз тебе повезло, второй раз может не повезти.
Мое сердце бешено колотилось. Я представляла себе последствия его непослушания — аресты, пытки, казни. Уж слишком хорошо выучила Аристида… Знала его жестокость, его безграничную жажду контроля. Он не остановится ни перед чем, чтобы подавить любое, даже малейшее проявление непокорности.
— Ты беспокоишься… за меня?
— Очень.
Наступила тишина, тягучая и давящая. Казалось, время остановилось. Я видела, как в глазах советника борются противоречивые чувства: гнев, разочарование и… что-то еще.
Внезапно, словно порыв ветра, Рагнар Верене оказался рядом. Его руки коснулись моего лица, а губы накрыли мои в страстном, отчаянном поцелуе. Я замерла, парализованная страхом и неожиданным волнением. На мгновение забыла обо всем: об Аристиде, об опасности, о последствиях. Остался только он, Рагнар, и обжигающий вкус его губ.
Но здравый смысл вернулся быстро, как пощечина. Я оттолкнула мужчину, испуганная, растерянная, осознающая весь трагизм ситуации.
— Прости, — прошептал он.
Я не ответила. Слова застряли в горле. Мои чувства были в полном смятении. Развернувшись, бросилась прочь, оставив Рагнара стоять в одиночестве. Испуг захлестнул меня. Я ушла, боясь за него. И боясь за себя. Потому что знала: Аристид не простит, если узнает. Никому из нас.
Арка IX
Фрида не задавала вопросов по поводу вечернего визита Рагнара Верене, но, пока накрывала на стол, посматривала на меня с явным упреком. А еще — она слишком громко расставляла посуду, всем видом демонстрируя недовольство. Когда в очередной раз служанка собралась со стуком поставить на стол чашку, я заявила:
— Я хочу позавтракать с алэром.
Фрида удивилась.
— Маитэа, это правда?
Я устала. Устала от бесплодных попыток вырваться, словно мотылек из паутины. Каждая попытка заканчивалась тем, что Аристид, словно терпеливый паук, подтягивал нити, возвращая меня в центр своей сети. Он стал моей тенью, моей неизбежностью...
И в этой неизбежности, как ни парадоксально, крылась своя извращенная безопасность. Быть с Аристидом, как быть в эпицентре урагана, где вокруг бушует хаос, но в самом центре воцаряется обманчивое спокойствие.
И Северин… он всегда будет жить в укромном уголке моего сердца, словно засохший цветок, бережно хранимый между страницами старой книги. Буду помнить, но пора и отпустить… Пора принять неизбежность, как принимают шторм посреди океана. Переждать, пережить, и двигаться дальше. Пусть даже и в клетке, пусть даже и с Аристидом. Это моя судьба, мой рок, моя… реальность.
— Правда, Фрида.
* * *
Солнце… в Эдильборге?
Я не верила своим глазам.
Обычно утро здесь начиналось с густой пелены дыма, выползающей из жерл дремлющих вулканов, окружающих город. Небо всегда отличалось серостью, хмуростью, но сегодня… сегодня золотые лучи пробивались сквозь тонкую дымку, лаская террасу дворца и играя бликами на мраморных плитах. Казалось, даже природа приветствовала начало новой главы моей жизни, нового, неизведанного пути.
Волнение подкатывало к горлу тугой волной. Я шла неспешно, стараясь сохранить видимость спокойствия, но каждый шаг отдавался глухим ударом в висках.
Аристид. Он сидел за массивным столом, вырезанным из черного дерева, и даже в этой непринужденной позе излучал власть. Черная рубашка, расстегнутая на несколько пуговиц, открывала вид на крепкую грудь, и почему-то именно сейчас я заметила, насколько алэр красив. Черты лица, словно высеченные из камня, высокие скулы, решительный подбородок… И глаза…
Когда он поднял на меня взгляд, по телу пробежал разряд. Глубокий, пронзительный, цвет глаз напоминал раскаленную лаву, таящуюся под коркой застывшей породы. В нем читались и вызов, и ожидание, и… что-то еще, что-то неуловимое, что заставляло сердце бешено колотиться. Легкая ухмылка тронула уголки его губ, и я почувствовала, как щеки заливает румянец.
Вокруг царила атмосфера напряженного ожидания. Даже воздух казался наэлектризованным, пронизанным невидимыми искрами.
— Принцесса Ладэтхейма решила почтить меня своим визитом. Какая честь!
Я молча села за стол. Слуги принялись порхать бабочками, выставляя передо мной столовые принадлежности.
— И тебе доброго утра, Аристид.
Алэр усмехнулся.
— Какие удивительные перемены! Что на это повлияло?
— Осознание, что проще покориться.
— Правильное решение. — Аристид поднял бокал с гранатовым соком. — За сближение!
Я отсалютовала ему, сделала глоток. Терпкость граната отдалась в горле, оставляя после себя вяжущий след, а потом… потом я чуть не подавилась, когда к столу подошел Рагнар Верене.
— Мой алэр. Маитэа.
Сердце пропустило удар. Дрожь, предательская и неконтролируемая, пробежала по всему телу. В памяти вспыхнул тот самый поцелуй. Запретный, безумный, наполненный отчаянием. Поцелуй, которого не должно было быть…
Взгляд советника скользнул по мне, задержался на мгновение, и тут же отвернулся к Аристиду. Рагнар держался отстраненно, подчеркнуто вежливо, словно между нами не было ничего, кроме формальных отношений.
— Ты выполнил приказ?
— Да, алэр. Об этом я и пришел доложить: пленник отправлен в Каменную Гавань.
Они заговорили о деталях, о безопасности, о допросах. Я наблюдала за Рагнаром, стараясь разглядеть за напускной холодностью истинные чувства. Но он был непроницаем. Он говорил четко, профессионально, не позволяя себе ни одного лишнего взгляда в мою сторону.
И еще я кое-что точно поняла — остатки нашей дружбы умерли навсегда…
— Отлично, Рагнар. Можешь идти.
Советник, поклонившись, удалился.
Алэр вернул внимание ко мне.
— Ты не притронулась к еде.
— Неголодна…
И правда. От волнения стол ком в горле.
Аристид заботливо накрыл мою ладонь своей и нежно погладил.
— Ничего страшного. — Улыбнувшись, подозвал служанку: — Фрида.
Радуясь нашему «сближению», Фрида воодушевленно подбежала к столу и, улыбаясь во все тридцать два, поклонилась.
— Да, мой алэр. У вас ко мне поручения?
— Перенеси вещи маитэа в мои покои.
— Что? — возмутилась я, вырвав руку.
Правитель мертвых земель рассмеялся. Весело и открыто, впервые так… искренне.
— Ты моя маитэа, Эмили. Чем больше мы будем проводить вместе время, тем быстрее… привыкнешь. Или против? Продолжим играть в кошки-мышки?
Я вздрогнула. Мои вещи… в его комнату? Сердце бешено заколотилось, словно пойманная в клетку птица. Шок парализовал. Я знала, что это произойдет рано или поздно, но осознание реальности обрушилось внезапно, как цунами.
— Нет, но… Аристид, это очень быстро…
— Всё-таки кошки-мышки?! — Ёрум усмехнулся, в его глазах мелькнула тень то ли иронии, то ли снисхождения. — Эмили, хватит играть в невинность. Ты ведь сама сказала: проще покориться.
Слова алэра хлестнули меня, как ледяной ветер.
Да, я так сказала… Сделала выбор, который окончательно лишил меня свободы, но взамен обещал стабильность и безопасность, причем не только мне.
— Ты… прав, — слова застряли в горле.
— Эмили, — Аристид встал из-за стола, подошел ко мне, касаясь пальцами подбородка, заставил поднять взгляд, — ты боишься меня?
Я неуверенно кивнула.
— Прошу, пожалуйста, не бойся. Я не причиню тебе вреда. По крайней мере, намеренно.