Ирек Гильмутдинов – Переворот с начинкой (страница 4)

— Решил нас напугать бутафорским оружием? Не смеши, чучело в платье. Кстати да. А ты уверен, что вы не из «таких»? Глядя на ваши одеяния, можно подумать обратное…

Сжатый кулак смачно въехал говорящему бандиту в нос. Послышался хруст костей, и тут же на асфальт брызнула кровь.

— За базаром следи, — прошипел я сквозь зубы.

Тот, что стоял слева, сделал ко мне шаг и ударил боковым в челюсть. У меня даже голова не дёрнулась. Всё-таки организм мага, да ещё такого, как я…, да я почти как терминатор.

— Это разве удар? — И я ударил в ответ аналогично, мужик отлетел метров на пять. — Вот это я понимаю удар. (Да простит меня Чак Норрис за плагиат.)

Третий, увидев произошедшее, резко развернулся и побежал. Тот, что со сломанным носом был, тоже хотел сбежать, но я ему не дал, подставив подножку.

— Снимайте одежду. Живо.

— Зачем? — проблеял со сломанным носом.

Я дёрнул кулаком, отчего мужик осел на пятую точку, а после стал поспешно раздеваться.

— Кай, позволь поинтересоваться, — тихо произнёс Санчес, — зачем нам их одежда?

— Чтобы не привлекать лишнего внимания. Хочу переодеться, — объяснил я. — Так мы будем меньше бросаться в глаза.

— Нет уж, благодарю, — брезгливо поморщился Джи-Джи. — Надевать это... Лучше я создам иллюзию, куда безопаснее. Кто знает, какими хворями они тут щедро делятся. Гигиена явно не их конёк.

Мысленно я себя одёрнул. Совсем вылетело из головы, что мы — маги. Окружающая обстановка выбила из меня все те годы, что я прожил в Кероне, вернув к привычкам обычного человека из технологического мира.

— Пошли отсюда, — прикрикнул я, убирая клинок в сумку. Дважды повторять не пришлось.

Спустя минуту мы выглядели как служащие какого-то учреждения. Я облачился в чёрный костюм с белой рубашкой и галстуком. Санчес выглядел схоже, только галстук наотрез отказался создавать — не пришёлся по вкусу. Мол как удавка на шее.

Мы вышли на центральную улицу и влились в людской поток, по пути осведомляясь о ближайшей гостинице. Внутренне я молился, чтобы они здесь вообще существовали. Ведь я не знал, куда вёл нас тот таксист — возможно, в один из домов, где сдают комнаты.

Гостиница называлась просто «Гостиница». Никаких «Хилтонов» и прочего пафоса. Простое серое здание в пять этажей, с небольшим сквером у входа. Всё как в старых советских фильмах — чётко, практично и... уныло. По крайней мере, здесь. Да простят меня предки за такие мысли.

Переступив порог, я первым делом заметил телефон с дисковым номеронабирателем. Это навело на мысль, что с технологиями здесь не всё так радужно. Мой пыл слегка поостыл, а мечты о мощном компьютере и долгих игровых сессиях пошатнулись. Возможно, здешний предел мечтаний — «Пак-Мэн» или «Тетрис» в качестве вершины компьютерной графики.

Что ж... Странно. Прожил восемнадцать лет и почти не вспоминал об играх, а оказавшись в мире технологий, только о них и думаю. Может, чёрт с ним со всем? Закрыть Обелиск и убраться отсюда? Осталось всего-навсего понять, что для этого нужно сделать.

Мы подошли к стойке, где стоял парень лет двадцати пяти. Среднего Роста, модельная стрижка, скучающий вид.

— Добрый день, — поздоровался я и улыбнулся. К людям, что улыбаются, всегда меньше подозрений. Но это не точно.

— Добрый день, добро пожаловать в гостиницу. Меня зовут Владислав. Чем я могу быть вам полезен?

— Мы хотели бы снять номер, но с двумя комнатами.

— Мы с радостью предоставим вам номер, — портье улыбнулся нам своей искренней улыбкой. Я даже слегка был обескуражен такой искренностью. Потом до меня дошло. А может тут вообще неприятно жить в гостинице? Машин на парковке я не заметил, да и в холле только мы трое и портье. Интересно, тут вообще есть другие постояльцы?

— Скажите, а у вас номера как-то отличаются? Ну там с повышенным комфортом или люкс и прочее.

Сам я не бывал в гостиницах ни разу, а потому нёс эту пургу, чтобы запутать его.

— Да, конечно. Есть номер повышенного комфорта. Стоит пятьдесят рябчиков в день.

Хм-м, «рябчики» — это похоже на название денег.

— Только у нас с животными нельзя, — он кивком указал на Перчика, что восседал на плече Санчеса и притворялся, будто ничего не впиливает.

— Владислав, у меня к вам две просьбы. Во-первых, у нас похитили все деньги... — При этих словах его глаза неестественно округлились, будто он услышал нечто неслыханное. Искреннее изумление читалось в каждом мускуле его лица. Что за театр? Словно в этом мире не существует грабежей. Хотя нас уже попытались обобрать, причём не прошло и пол дня.

— Вторая просьба: сколько потребуется, чтобы вы закрыли глаза на то, что с нами находится наш друг и питомец Перчик?

— Погодите... сделал он паузу, давая мне возможность представиться.

— Евгений, — я назвался своим привычным именем, так как Кайлос здесь явно был бы неуместен.

— Очень приятно, Евгений. Понимаете, у нас такое не принято... — Он нервно огляделся, хотя в холле не было ни души, а на потолке я не заметил ни одной камеры наблюдения. — Но, полагаю, пять рябчиков смогут убедить меня, что всё это было лишь плодом моего воображения, — вновь расплылся он в улыбке. — Только знаете, что это нелогично.

— Что именно? — наклонился я к нему, понизив голос.

— Вы сказали, что вас ограбили. Выходит, денег у вас нет. Из чего можно сделать вывод...

— Хочешь пирожок? Могу расплатиться вкусным пирожком. Ты такого точно не пробовал, — начал было я, но тут же спохватился. Я в другом мире — где ж тут удивить выпечкой? Хотя, с другой стороны, пирожок-то из иного мира. Только он этого не знает.

— А давайте, — неожиданно согласился он, чем по-настоящему озадачил меня.

Я извлёк из сумки пирожок с грибами и картошкой и протянул портье.

— Необычная у вас сумка. Словно из какого-нибудь фильма о волшебниках, — произнёс он, принимая угощение. В который раз за день я мысленно выругался. Сумку-то мы забыли зачаровать.

Бросив взгляд на Санчеса, я нахмурился. Тот только развёл руками с немым посылом: "Извини, вышел косяк".

Завернув угощение в бумажку, он вопросительно уставился на меня. Тут вновь до меня дошло. Пирожок он принял из вежливости. Сейчас же ждёт денег.

— Скажите, а золото у вас к оплате принимается? — осведомился я.

— К сожалению, нет. Но неподалёку имеется обменный пункт, — вежливо ответил портье. — Там вы сможете обменять драгоценный металл на деньги без каких-либо проблем.

— Не подскажете, какой нынче курс? Простите за дотошность — мы в вашем городе впервые, приехали издалека.

— Всё в порядке, — он мягко улыбнулся. — Я даже рад. Вы первые постояльцы за последние два месяца.

— С чем это связано? — мне было искренне любопытно.

— Внесезонные месяцы. Летом, когда море прогреется и пляж станет доступен, от гостей не будет отбоя. А сейчас там слишком прохладно, отсюда и пустующий холл.

— Понятно. И всё же, каков курс?

— Секундочку, уточню.

Владислав набрал номер.

— Юленька, здравствуйте! Это Владислав. Узнали? Эх, не суждено мне разбогатеть... Скажите, а какой у вас сегодня курс? Ага, понял. Благодарю. Всего доброго!

Положив трубку, он обернулся к нам:

— Итак, господа, один грамм оценивается в двадцать пять рябчиков.

Я мысленно произвёл расчёты. На момент моего... поспешного исхода из родного мира, грамм золота стоил около двух с половиной тысяч рублей. Выходило, один рябчик приравнивался к сотне рублей. Номер, который нам предложили, обходился в пять тысяч за сутки. Неожиданно скромно. Возможно, сказывалось внесезонье.

— У нас имеются монеты из чистого золота. Если бы вы согласились оказать услугу и обменять их для нас, пять процентов от суммы останутся вам в благодарность. Мы же тем временем могли бы принять душ и немного отдохнуть с дороги.

С этими словами я выложил на стойку десять золотых монет. Глаза молодого человека вспыхнули алчным блеском, но почти сразу же потухли, уступив место насторожённости.

— Не тревожьтесь, они не краденые, — поспешил я развеять его немой вопрос. — Мне досталось наследство от прадеда. За ним я и отправился в путь. Монеты — часть той коллекции. Для меня ценность представляет лишь материал, из которого они сделаны.

Парень заметно расслабился, и на его лице вновь появилась улыбка. Ещё бы — десять монет! Каждая весом грамм по пять. В итоге он получал почти шестьдесят пять рябчиков чистой прибыли.

Он легонько ударил в колокольчик, и из-за двери появился юноша лет четырнадцати.

— Саша, проводи гостей в номер пятьсот тринадцать.

— Сейчас, Владислав Петрович, — тот кивнул, вежливо поздоровался с нами и, отметив отсутствие багажа, развернулся с приглашающим жестом. — Пожалуйста, за мной.

— Вы пока располагайтесь, отдыхайте, а документы оформим чуть позже, — проговорил портье нам в спину.

Мы поднялись на лифте на пятый этаж. Мальчишка провёл нас до двери, открыл её ключом, который после вручил нам.

Зайдя внутрь, я был приятно поражён. Номер был роскошен. Две кровати, четыре комнаты, две ванные, три туалета и даже джакузи. Всё выглядело не то, чтоб новым, но почти в идеальном состоянии. Везде было чисто, ни пылинки. Видимо, уборка проводилась постоянно.