Ирек Гильмутдинов – Переворот с начинкой (страница 6)
— Хуже. Если верить сайту — идейные фанатики. И самый главный охотник на инакомыслящих, следователь первой категории — Мартин Сергеевич Когтев.
Я откинулся на спинку стула, описывая его так, будто видел собственными глазами. Так как на сайте явно не законом он описывался весьма специфически… Вообще создалось ощущение что это всё написано для тех людей, которые не хотят попасть к ОГБЧПв лапы, а потому должны знать своих врагов в лицом.
— Пишут, что внешность у него... запоминающаяся. Мужчина лет сорока, сухопарый, поджарый, всегда в идеально отутюженном форменном кителе стального цвета. Волосы — цвета воронова крыла, зачёсанные назад, без единой непокорной прядки. Лицо узкое, с острыми скулами и тонкими, почти бескровными губами. Но главное — глаза. Холодные, светло-серые, как ледяная крупа. В них нет ни капли тепла или любопытства к человеку как к личности. Для него люди — это объекты, которые либо соответствуют стандарту, либо подлежат утилизации.
— Звучит как неприятный тип, — проворчал Санчес.
— Согласен. Так далее. Там ещё кто-то в комментариях дополнил. Вот слушайте.
— «И это ещё мягко сказано. По характеру Когтев — педант, дотошный и безжалостный логик. Он не кричит на допросах, не применяет грубую силу без расчёта. Вместо этого он методично, час за часом, разбирает личность допрашиваемого на винтики, находя самые больные точки: семью, друзей, тайные страхи. Он обожает чувствовать себя умнее других, получает садистское удовольствие от интеллектуального превосходства и того момента, когда у жертвы в глазах гаснет последняя искра надежды. Для него поимка «врага народа» — не просто работа, это высшая форма искусства, а служение Голему — смысл существования».
Я тяжко вздохнул. Мир, в котором подобные люди облечены властью, не может быть светлым по определению.
Впрочем, возьми мы сейчас первого попавшегося обывателя — того, что исправно ходит на работу, провожает отпрысков в школу и детский сад, вечерами собирается за семейным ужином, соблюдает супружеский долг по субботам и выезжает на пикник в воскресенье — этот человек со мной решительно не согласился бы. Ему живётся вполне сносно, покуда не нарушается раз и навсегда заведённый ритм жизни. А потому в его глазах такие, как Мартин Когтев, — не палачи, а стражи порядка. Не каратели, а защитники того самого хрупкого благополучия, что позволяет ему спокойно спать по ночам.
И в этой простой, уютной слепоте — заключалась самая чудовищная истина этого мира.
— Так что, друзья мои, если на нас падёт подозрение, иметь дело мы будем именно с ним. И это будет куда опаснее, чем схватка с целым легионом солдат. Солдат можно убить. А как убить идею, воплощённую в человеке, который видит в тебе лишь бракованную деталь? Правильно никак, да и он не один такой. Их там под тысячу человек служит. Причём каждый отбирается Мартином лично.
Мы с минуту помолчали, каждый думая о своём.
— Что ж, друзья мои, теперь вы понимаете. Мы оказались не просто в ином мире. Мы — в гигантской, но до отчаяния тесной тюрьме. А наш надзиратель — человек по имени Аркадий. Осознаёте ли вы теперь, с чем нам предстоит столкнуться? Нет? Я — тоже. Но одно я знаю точно: нам ни в коем случае нельзя попадать в лапы местных властей.
— На сегодня достаточно. Теперь — отдых, а с утра по магазинам. Перчик, — я повернулся к бельчонку, — объясни нашему старшему товарищу, что такое магазины, такси и прочие блага цивилизации. Отвечаешь за него головой. И запомни: если вдруг придётся разделиться, ты остаёшься с ним. Ясно?
— Без проблем! Но проводить ликбез на пустой желудок — сомнительное удовольствие... — он многозначительно подмигнул.
Я лишь молча закатил глаза и направился в спальню. Голова раскалывалась, всё существо жаждало забытья.
Уже лёжа в постели, я уловил тихий голос Санчеса:
— Перчик, а ты умеешь обращаться с этой... штуковиной? С компьютером?
Судя по восторженному, но сдержанному возгласу, ответ был утвердительным.
Я погасил экран, и комната погрузилась в тревожную тишину, нарушаемую лишь мерным тиканьем настенных часов.
В прокуренном кабинете следователя Самойлова Игоря Дмитриевича царила гробовая тишина — настолько звенящая, что можно было расслышать, как гудит спираль в лампе под потолком.
Игорь Дмитриевич всегда подходил к делу с присущей ему основательностью. Это правило он усвоил ещё в студенческие годы и пронёс через всю службу. Делать всё — от и до. Чтобы потом не возникало лишних вопросов, а спать он мог ложиться с лёгким сердцем.
Сейчас его пальцы сжимали папку с делом. Компьютерам он не доверял, предпочитая им бумажные носители — к немалому огорчению секретарей, которым приходилось часами стучать по печатным машинкам. Когда-то давно здесь были принтеры, но чернила для них закончились много лет назад, как и многое другое в этом мире. «И компьютеры скоро разделят их участь», — мысленно твердил он, глядя на усталые лица подчинённых, когда вручал им очередной приказ перенести электронные файлы на бумагу.
Их вздохи и потухшие взгляды он считал слабостью. Для него эти пожелтевшие листы были не просто носителями информации — они были материальным свидетельством, надёжным щитом против неопределённости цифрового века, который медленно, но верно угасал, как и всё в этом мире.
— Итак, кто ты у нас такая... — его голос прозвучал в тишине, словно заключительный аккорд.
Имя и фамилия: Светлана «Свет» Волкова.
Характеристика:
Возраст: 25 лет. Окончила институт по специальности «Компьютерный инженер связи». Имеет дополнительное педагогическое образование. Работает в школе №13 учителем информатики.
Внешность: светловолосая, предпочитает заплетать волосы в практичную, но не лишённую изящества косу. Серые, умные и невероятно выразительные глаза. В быту носит поношенную, но чистую куртку и джинсы, на работе — строгие платья. Движения быстрые, точные, выдают человека, не чурающегося физической активности. В детстве посещала секцию боевых искусств. Оставила занятия в пятнадцать лет.
Причина: отца осудили за порчу партии хлеба на производстве и отправили на рудники, где он скончался через пять лет от лихорадки.
Игорь помнил то дело. История была тёмной. Мужчину обвинили в том, что он явился на работу в нетрезвом состоянии и вывел из строя оборудование, что привело к порче трёх тысяч буханок хлеба, предназначавшихся для утренней реализации. Самойлов тогда только начинал службу и был зелёным новичком, но даже ему ситуация показалась сомнительной. Тимофей Волков не имел репутации пьяницы — выпивал по праздникам, но не злоупотреблял.
Следователь тряхнул головой, отгоняя навязчивые воспоминания, и вновь сосредоточился на досье.
Образ жизни: ночные клубы не посещает, в отношениях не состоит. Редко бывает на публичных мероприятиях. Предпочитает проводить время в библиотеке. Проживает с матерью в двухкомнатной квартире на улице Дружбы Народов.
Роль в сопротивлении: технический специалист и связная. В открытых акциях не участвует. Светлана занимается взломом государственной системы тотального наблюдения «ОКО», координирует действия ячеек и выявляет «слепые зоны» в сети наблюдения.
Игорь захлопнул досье, поднялся с кресла и зашагал по кабинету. В движении мысли обретали ясность и стройность.
Брать её сейчас — значит вырвать сорняк, оставив корень в земле. Сопротивление просто найдёт нового инженера, и всё начнётся по новой. Следовательно, нужна слежка. Доверить столь деликатное задание младшим чинам было бы опрометчиво. Конечно, им тоже нужно набираться опыта, иначе как они научатся? Но только не в этот раз.
Накинув плащ — к вечеру заметно похолодало — он вышел из управления. Проходя мимо коллег, уже собрался попрощаться, но замер, услышав оживлённый рассказ Кеши.
— Сегодня, похоже, день шизофреников, — смаковал детали коллега. — Поступило сразу несколько связанных жалоб. Сначала некто — высокий парень и мужчина постарше, одетые как персонажи из саги «Властелин Браслетов», — каким-то макаром проникли в «ОКО». Сбежали, оглушив охранника, и сели в такси. Которое, по словам водилы, захватили силой. Тот ещё божится, будто с ними говорящая белка. Его отправили в психушку на обследование. Но это цветочки. Потом эти же двое избили трёх «порядочных» граждан. Пытались отобрать у них одежду. А когда они сбежали… в общем троица клянётся, что негодяи магическим образом — Кеша выразительно изогнул пальцы, изображая кавычки, — прямо из воздуха создали себе новые одежды. Их плащи превратились в деловые костюмы! Представляете, какой бред?
— Выследили их? — не удержался Игорь.
— Нет. Дальше след простыл. Похоже, успокоились. Завтра по камерам пройдусь, проверю, куда делись.
Попрощавшись, следователь направился домой, к жене. Будет что рассказать за ужином.
Поднявшись с первыми лучами солнца, мы основательно подкрепились и, рассчитавшись за номер еду и прочее, покинули гостеприимные стены гостиницы. Было решено более не возвращаться под её кров. Во-первых, нас могли выследить, во-вторых, мы планировали масштабные закупки, и если все товары доставить сюда, у персонала неизбежно возникли бы вопросы: куда исчезает всё, что мы заказали, учитывая, что при нас когда мы покинем стены будет лишь одна скромная сумка?